— Ох, какое разочарование. Я надеялась на более потных мужчин.
Сердце Бэка так сильно подпрыгнуло, что могло бы посоперничать с гидравлическим рукавом, подающим воду под напором 400 фунтов на квадратный дюйм. Только он подумал о том, чтобы разыскать ее, как вот она здесь, и святое дерьмо, как она вырядилась для дебюта в ПО № 6.
Кожа облегала ее изгибы, словно была нарисована на теле кистью, или вытатуирована ее машинкой. На высоких шпильках она была Люку почти до подбородка, а он был самым высоким из них. Ее пиджак был расстегнут, открывая буйство ярких цветков в вырезе. Единственное, чего ей не хватало, это арбалета.
— Привет, — выдавал он. Ух ты, почти Шекспир.
— И тебе привет, — ответила Дарси с улыбкой в голосе. — Можно тебя на пару слов?
Этого намека должно было быть достаточно для назойливых братьев Бэка, чтобы свалить, но, судя по их бессовестным усмешкам и поднятым бровям, никто и не думал шевелиться. Придурки. Очень быстро, он всех представил и уже был готов увести ее оттуда, когда объявился Гейдж.
— Эй, это же Дарси, не так ли? — спросил Гейдж. — Чертовски горяча, мне нравятся твои тату! — Не признающий границ, малыш-братец развел полы пиджака Дарси и внимательно рассмотрел ее вырез. — Слышал, ты стала первоклассным тату мастером.
— Я бы так не сказала, — ответила она, в то время, как легкий румянец окрасил ее щеки.
Гейдж скрестил свои мускулистые руки на груди. Слоган на сегодняшней футболке гласил “Я — Пожарный, а Какая Суперсила у Вас?”
— Бэк следил за тобой в Интернете, подражая Шерлоку и пытаясь собрать цельную картину из кусочков. Эти кусочки… Дарси Кокрэйн, холодная крошка!
— Иногда я все еще надеюсь, что он перерастет всю эту гейскую фигню, — пробормотал Бэк, вызвав у Уайатта низкий смешок.
— О! — лицо Дарси выражало удивление, пока она рассматривала Гейджа с возрастающим интересом. — Верно, ты же гей. Мэл умрет от разочарования.
Гейдж подмигнул.
— Да, такое часто случается.
Снимая перчатки, Бэк вспоминал детали своих исследований по Дарси, которые охватывали обширную географию: Лондон, Париж и Лос-Анджелес. Она переезжала с места на место, всегда оставляя своих заказчиков и, без сомнения, множество обожателей, желать большего. В мире тату Дарси Кокрэйн была чертовски крупной шишкой. Она выигрывала конкурсы, представляла свое творчество на каком-то мероприятии под названием Боди Экспо, была уважаемым человеком в бизнесе по нанесению пигмента на кожу. Она даже сделала тату знаменитой рок-звезде, и также ходили слухи о коротком горячем романе, если верить TMZ (таблоидный новостной сайт).
Гейдж все еще продолжал болтать, боже.
— Не могу поверить, что за все это время, он так ни разу не попробовал разыскать тебя. Я имею ввиду, для этого же и предназначен Интернет.
— Я думала все ради видео с котиками и порно, — невозмутимо ответила Дарси, с блеском в глазах взглянув на Бэка.
— И еще шпионажа, — продолжил Гейдж со знанием дела. — Я всегда слежу за своими бывшими, обычно скрестив пальцы в надежде, что кто-нибудь из них закончит на второсортном порно сайте или выложит ужасное фото крупным планом.
— Неужели у кого-то бывают удачные крупные планы, идиот? — усмехнулся Люк.
Гейдж двумя руками указал на себя.
— У этого лица просто не может быть плохого дня.
Дарси тепло рассмеялась, прямо так, как Бэк помнил, не то, чтобы он давал ей много поводов для этого. Подростком, он очень нервничал рядом с ней, казалось, кожа натягивалась так сильно, что сейчас слезет с костей. Ему нравилось думать, что с возрастом он стал проще относиться ко всему, но у него никогда не будет врожденного очарования Люка или легкого чувства юмора Гейджа.
Ревность по отношению к своему брату-гею разъедала его внутренности. Эти двое станут друзьями уже к вечеру; текила и битва подушками скрепят сделку. И все же, часть Бэка была рада тому, что Дарси вписалась в его семью. Он хотел, чтобы она стала частью того, что было важно для него.
— О чем ты хочешь поговорить? — спросил Бэк, прерывая шоу Гейдж и Дарси.
— О, верно, — она открыла огромную сумку, висящую на плече, и вытащила лист бумаги. — Я хотела показать тебе дизайн татуировки.
Ее темно-зеленые глаза блестели от возбуждения и неуверенности, когда она протягивала листок Бэку. Имена Шона и Логана, написанные кельтским шрифтом, ударили по нему сильнее, чем пропущенный вчера хук справа. Даже после всего прошедшего времени, он чувствовал это. Пустоту, которую они оставили.