-Ешь-ешь! Раз такой хороший аппетит, значит скоро поправишься, - приговаривал дядя, - а память восстановится. В твоем возрасте – это дело наживное. Ты молодая, сильная, спортом занималась…
-Да? – Удивилась я. – Каким?
-Борьбой самбо. Сам видел, как ты нунчаками владеешь…
-Чем?
-Принесу как-нибудь.
-Чтобы она больницу разгромила? Не придумывай. Вот выпишется, тогда поэкспериментируете. – Проворчала тётя. – Ты, Саша, сейчас на еду налегай.
Я дочиста опустошила все контейнеры, и тогда мои посетители засобирались.
-А с Михаилом поговоришь? Он ведь здесь практически безвылазно. Иногда на работу съездит проконтролировать, и тут же возвращается.
-Я не против, но почему-то он сам не заходит… не знаю… Может, мы вовсе не пара с ним? Может, вы ошибаетесь?
-В том, что любили, сомнений у нас нет, но в сложившейся ситуации…
-Ладно… позовите его, если он там.
-Хорошо.
Дядя и его домочадцы ушли, заглянула медсестра, отключив меня ото всех капельниц.
-На сегодня хватит, - сказала она, - как самочувствие?
-Нормально. Немного болела голова, но сейчас уже прошло.
-Скоро ужин.
-Спасибо, меня уже покормили домашним.
-Как хотите, тогда я позову вашего молодого человека? Вы точно не против? Он за дверью.
-Да…
Медсестра вышла, а вместо неё на пороге появился Михаил. Он мялся у двери, не зная, что делать дальше.
-Вы Михаил? – Спросила я и сразу увидела, как его передернуло.
-Вы? – Переспросил он. – Значит, это правда? Теперь мы уже на «вы»?
-Простите… Прости…
Мы достаточно долго молчали. Я рассматривала своего молодого человека, словно мы увиделись в первый раз. Очень красивый… Высокий, статный, с поразительными глазами какого-то нереального цвета…
-Рассматриваешь?
-Да…
-И…
-Неужели мы и вправду были вместе?
-Почему ты так говоришь?
-Вы очень красивый… Ты… Просто не верится…
-Это мне верится с трудом, что ты выбрала меня, но теперь…
-Как долго мы были вместе?
-У нас всё только начиналось.
-Значит, в самом начале пути? Просто встречались или уже…
-Да…
-То есть до такой степени? Послушай, Миша, - начала я, взяв его за руку, - не хочу обижать тебя и делать больно, но пока мы не зашли далеко, откажись от меня. Ты знаешь о том, в какой ситуации я оказалась. А если я уже никогда не вспомню... если не смогу заново полюбить?.. Я не хочу тебя мучить. Ладно, моя бабушка, дядя… Они родственники, но ты… Мы ведь ничем с тобой не связаны.
-Сашка, прошу, я больше всего боялся, что ты скажешь именно это… Дай нам еще один шанс… Ты потеряла память, а я - свое сердце. Когда мы были в аэропорту перед вылетом ты мне говорила: «Я здесь!» - Михаил положил мои ладони к себе на грудь, и я ощутила его сердцебиение. – Если ты покинешь это место, оно останется пустым.
-Ты заполнишь его кем-то другим…
-Боже! – Михаил вскочил с места, схватив себя за голову. – Ну, за что нам всё это!
-Миша, время… Оно всё излечит, правда… Если у нас всё действительно только начиналось, ты сможешь меня забыть, поверь.
-Сашка, я каждый день думаю о тебе, о том, как нам было хорошо той ночью, о твоем запахе, который сводит меня с ума. Да если тебя не будет рядом, я свихнусь. Прошу, не отталкивай меня. Твои глаза сейчас такие пустые, если бы ты знала, как больно сейчас смотреть в них и не видеть свое отражение.
-Миша, я хотела, как лучше… Я не хочу быть причиной…
-Молчи… Прошу, молчи! Нравится тебе это или нет, но я буду рядом. По-другому просто не смогу…
В дверь постучали, вошел Александр Анатольевич.
-Добрый вечер, - сказала я своему лечащему врачу. Мужчины пожали друг другу руки. Александр Анатольевич был лет тридцати, достаточно симпатичный, в халате он выглядел очень представительным, но в этот раз он зашел в обычной одежде. Сел у моей кровати, взяв мою руку в свои теплые ладони, от чего у Михаила сверкнули глаза и заходили желваки.