Поднимая свою тушку с кровати, с лёгким сердцем и пустой головой села за стол, но всё же одумалась, не по человечески это как-то... Нужно хоть хозяйку дождаться... Желудок протестующе запел дифирамбы о ущемлении прав, на что я вежливо попросила его заткнуться. Ничего, во мне жира с запасом, не оголодаю. Спустя пару минут дверные петли характерно скрипнули, нарушая моё уединение, на пороге показалась фигура. Это была та самая женщина спасшая меня от незавидной участи быть разорванной толпой и непосредственная хозяйка этого дома. Не женщина - а мечта, даже завидно стало.
Высокие скулы и округлое лицо со здоровым румянцем, мягкость черт и кожа, затронутая загаром. Серые глаза хозяйки, округлой формы с приподнятыми уголками глаз, смотрели с насмешкой и строгостью. Пухлые губы тронула снисходительная улыбка. Тугая, толстая коса, была перекинута через плечо.
Являлась обладательницей фигуры типа «песочные часы», это придавало хозяйке немало женственности и статности, соответственно, делая её привлекательной для мужчин, уж в этом я не сомневаюсь. Единственное что удивляет, при всей своей красоте, возрасте, она всё ещё была одна. Я не нашла ни одного намёка на присутствие в её жизни постоянного мужчины и спутника жизни. Ладно я то, непосредственная девушка без какого либо опыта, при всём при том, с лишним весом, но эта удивительной красоты женщина... Не понимаю.
- Nav isti piecelas, lai gan, ka es joprojam nesaprotu mani. Oh labi.(Не уж то встала, хотя что я, всё равно ведь не понимаешь меня. Ну да ладно.) - Махнув на свою гостью рукой, хмыкнула женщина, решив не томить долгим ожиданием чужеземку и наконец позволить ей поесть, вон какие взгляды голодные бросает на стол, поневоле жалко девочку становится. Помолившись за еду, перехватывала непонимающий, удивленный взгляд молодой девицы при её манёврах, по мере своих возможностей, дала понять, что можно приступать к еде. Удалось с успехом. Девушка с аппетитом вцепилась в бок отрезанного ломтя хлеба, быстро орудуя ложкой, опустошала тарелку похлёбки. От осознания предстоящей работы с новоявленной воспитанницей, травница покачала головой, неторопливо прикончив свою порцию. - Es jutos Mana sirds namuchalas es esmu ar jums. Bet es nenozeloju.(Чувствует моё сердце, намучаюсь я с тобой. Но жалеть не стану.)
2 глава.
Я маг?!
За долгое время, что я прожила у травницы, успела научиться многому, получила неоценимые знания в сфере знахарства, деле травницы и узнала уже многое об этом мире, что должен знать каждый его представитель. Теперь спокойно могла выйти за свояченицу, с тяжёлой судьбинушкой(долго над легендой моего прошлого думали на пару с травницей, вышло не дурно). Но всё по порядку, излишне вдаваться в подробности не стану, но расскажу об этом тяжёлом времени, но, тем не менее, очень приятном.
Вот уже какую неделю я трудилась за крышу над головой, одежду и еду, помогая посадить или наоборот собрать нужные травы или овощи, помогала с больными, хоть первое время селяне относились ко мне с опасением и всячески пытались отказаться от моей помощи, но постепенно привыкли и приходили сами, если хозяйки не было на месте, или занималась другими. Дармоедства травница терпеть не могла, поэтому, как только я полностью поправилась, впрягла меня по самое не балуй. Вставая с первыми петухами, работали до обеда на территории травницы и ходили в лес на сборы трав, попутно разучивая их свойства и названия, но это после того, как я уже сносно знала язык, над которым мы корпели каждый вечер, принимали больных или сами приходили к нуждающимся. Тут-то мне преподнесли не один сюрприз. Ещё одним шоком стало то, что здесь преобладала магия, а не наука! Об этом я узнала, когда хозяйка лечила сложного пациента с помощью магии целителя. Кроме растений, цветов, плодов и деревьев которые я знала, были и те, что мне не известны, да и не встречались на родине. Та же ситуация была с животными, и расами обитавшими здесь. Кроме чистописания, чтения на их языке, я учила географию, политику, расоведение и многое другое, что поможет мне выжить и не выдать своего чужеродного происхождения. Об этом знахарка поняла сразу, а я не стала утаивать, не знаю почему, но я слепо доверилась женщине и не пожалела. Она стала мне как мать, сестра и наставница в одном лице.