В этот момент я поняла, что мне не следовало приходить сюда сегодня. Потому что теперь я не смогу стереть его образ в этом доме.
Дом, который я никак не могла понять, начал складываться в моей голове. Комната должна быть оформлена в деревенском стиле и пахнуть кедром, так же как Дэвид. Прохладными осенними вечерами она будет освещаться пылающем в камине огнем. Густая листва кленов на заднем дворе будет радовать переливами красок от зеленого до желтого, а затем ярко красным. И Дэвид был в моих фантазиях, проходя через входную дверь и принимая меня в свои объятия.
Закрыв глаза, я прижала кончики пальцев к векам. Кусочки головоломки стали вставать на свои места. Билл и я посмотрели почти десять домов с тех пор, как начали поиски, и так и не смогли прийти к согласию. Я представляла Билла в квартире, лежащим на нашем разноцветном диване и кричащим в телевизор. Я представляла его поздним утром, жалующегося, пока он готовит мне завтрак. Я никогда не чувствовала себя в квартире, как дома, потому что знала, что в конечном итоге мы переедим куда-то на постоянное место.
Слова Девины, которые она произнесла при одной из наших последних встреч, всплыли в моей голове. “Все зависит от того, с кем ты создаешь свой дом”.
Дело не в том, что в домах, которые мы смотрели, мы не чувствовали себя, как дома. Дело в том, что Билл не чувствовал себя там, как дома.
— Иди сюда, — позвал Дэвид, отрывая меня от моего душераздирающего осознания. Я повиновалась, не сводя с него глаз. — Ты можешь поставить встроенные сиденья под этим окном и оборудовать уголок для завтрака на другой стороне. И смотри. — Он указал на соседнюю комнату и сказал что-то. Наклонившись, я осмотрела комнату через дверной проем, но, черт побери, я понятия не имела о чем идет речь, потому что мой мозг работал совсем в другом направлении. Билл был так далеко, а Дэвид так близко. Столь близко, что если мне еще чуть-чуть наклониться, я смогу ощутить тонкий, едва уловимый…
— Ты что, только что нюхала меня?
— Что? — моргнув, я покачала головой. — Нет.
— Да, Оливия, — возразил Дэвид, плутовская улыбка появилась на его лице.
Я закатила глаза.
— Я этого не делала. Я просто старалась получше рассмотреть.
— Не лги мне.
— Ладно, я стою очень близко к тебе и, ладно, я готова признать, ты хорошо пахнешь, так что вполне возможно я допускаю, что нюхала тебя, но…
Его взгляд остановил меня.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Я же только что призналась…
— Нет, не на этот. — Он остановился. — Ты в депрессии, Оливия?
Я шокировано моргнула, судорожно подыскивая ответ.
— Просто ответь, не…
— Ты когда-нибудь думал о той ночи? — слова вылетели из моего рта, прежде чем я успела понять, что сказала.
— А ты? — спросил он.
— Нет. Я не позволяла себе.
— Из-за того, что ты сделала?
— Нет. — Я смущенно опустила взгляд.
— Ты сожалеешь?
— Я ненавижу себя за то, что сделала, — медленно проговорила я. — Я думаю о том, как это обидит Билла, если он обо всем узнает. Это разрушит его. Чувство вины почти непереносимо. — В выражении его лица появилась мука. Дэвид посмотрел в пол. — Но…
Он снова поднял взгляд, пристально вглядываясь в меня.
— Но больше всего я ненавижу то, — продолжила я, — что совсем не жалею об этом. Я не думаю о той ночи, потому что боюсь, что никогда даже близко не испытаю того, что испытала тогда.
Резко выдохнув, Дэвид сложил руки на груди.
— Это звучит глупо, — сказала я, покачав головой и глядя в сторону. — Думаю, для тебя это была простая…
— Я думаю о той ночи постоянно.
Мой взгляд вновь вернулся к нему. Мы смотрели друг на друга, пространство между нами вибрировало. Мои пальцы дрожали от мучительной невозможности прикоснуться к нему все эти месяцы. Дэвид медленно распрямился. Его руки неловко взмыли в воздух, а затем обхватили мое лицо, захватив и волосы тоже. Дэвид медленно очертил линию подбородка большими пальцами и, когда я не предприняла попыток отстраниться, он наклонился и прикоснулся губами к моим губам. Тяжело дыша, мы надолго замерли, пока Дэвид не поморщился.
Он отступил, и мы соприкоснулись лбами.
— Я мечтал об этом пятнадцать долгих недель, — тихо сказал Дэвид.