— Родя, — обратилась я к брату. — Просканируй эту стену. Не ищи двери. Ищи... несоответствие.
Он кивнул, его взгляд обрел привычную сосредоточенность. Он поднес сканер к стене, и его глаза замерли, уставившись в пустоту, видя то, что было скрыто от нас. — Пустота, — прошептал он. — За этой глыбой — тоннель. Правильной формы. Искусственный. Но... — он покачал головой, — ...нет швов, нет механизмов. Цельный монолит.
Дарий, не говоря ни слова, вытянул руку. Я почувствовала, как воздух сгустился от мощного импульса телекинеза. Но каменная глыба даже не дрогнула. На лице Дария отразилось изумление. — Не получается. Это... не просто камень. Он поглощает энергию.
— Ты всегда ставил ловушки, Родя, — сказала я, подходя ближе. — А они... они ставят замки, которые не взломать грубой силой. Но у каждого замка есть ключ. Они не стали бы создавать проход, которым не смогут пользоваться. Ищем сканер. Не механический. Биометрический.
Поиски заняли несколько минут. Родион, наконец, нашел его — крошечную, почти неотличимую от фактуры камня панельку, прикрытую слоем пыли. — Считывает не отпечаток, — он тут же проанализировал. — Сложная генетическая сигнатура. Основана на... мутации.
Мы бы так и остались ни с чем, но в одном из темных углов послышалось шевеление. Там оказался единственный оставшийся в бункере мутант — юноша лет шестнадцати, с чешуйчатой, как у ящерицы, кожей на одной руке. Он жался в углу, испуганно наблюдая за нами.
Самое странное, что его не разбудили раньше, ведь мутации у него не слишком большие. Или это опять эксперименты Ивана?
Парнишку звали Лео. Он не пошел с другими, потому что боялся Ивана, того холодного, безжалостного расчета, что читался в его глазах.
— Лео, — мягко позвала я его. — Тебе страшно. Я понимаю. Но нам нужна твоя помощь. Только ты можешь открыть эту дверь.
Он колебался, его желтые зрачки-щелки метались между нами и стеной. Наконец, он кивнул и, дрожащей рукой, прикоснулся к панели.
Раздался тихий, почти неслышный щелчок. Каменная глыба, которую не смог сдвинуть телекинез Дария, бесшумно и плавно ушла в сторону, открыв черный, зияющий провал.
Из него пахнуло воздухом — холодным, стерильным, пахнущим озоном и смазкой. Запах, которого не могло быть в древнем только открывшемся бункере, значит им пользуются. И пользуются давно.
Мы вошли. Плотная, оглушающая тишина бункера сменилась низким, едва уловимым гулом работающих механизмов. Под ногами был не неровный камень, а гладкий, отполированный металл решетчатого настила. Стены, освещенные холодным синим светом лент, уходили вниз, образуя крутой спуск.
— Это... — Родион провел рукой по стене, его лицо выражало крайнее изумление. — Я думаю, понял, эти старые штольни проложены в породе, богатой фазовыми кристаллами. Они вносят хаос в любое энергетическое сканирование, рассеивая его. Иван не стал бороться с системой Дария. Он просто спрятался в самом большом ее "мертвом пятне". Он знал о нем. Он все просчитал.
Ледяная рука сжала мое сердце. Иван знал об этом убежище. Он его отремонтировал нашими материалами. Прямо у нас под носом. И он явно был не один.
Тоннель вывел нас на высокую металлическую галерею, опоясывающую нечто невообразимое. Мы замерли на краю, и у меня перехватило дыхание.
Внизу, теряясь в туманной дали, простирался колоссальный ангар. Его масштабы были ошеломляющими — он мог бы вместить весь Первый город. Но это было не пустое пространство, оно кишело жизнью.
Сотни тысяч мутировавших существ были построены в ровные, молчаливые шеренги. Это не была толпа. Это была армия. Идеально дисциплинированная. Я видела отряды, сгруппированные по типу мутаций: впереди — массивные, покрытые костяными пластинами существа, похожие на живые танки; за ними — более стройные и ловкие, с длинными конечностями и острыми когтями; сбоку — те, чьи тела источали едкую дымку, и на них были надеты усиливающие резервуары.
И оружие... Боже, оружие.
Это не были просто винтовки. Это были продолжения их тел. Для существ с клешнями — усиленные экзо-перчатки с вибрирующими лезвиями. Для тех, кто плевался кислотой — сложные системы нагнетания и прицельные комплексы на шлемах. Повсюду стояли стойки с энергетическими ружьями, и Родион, взглянув на них, прошептал: — Это наши технологии... Но упрощенные. Грубые. Поставленные на поток.