Продолжай. Давай мальчик, скажи ему, что я просил. Я привалился спиной к стенке палатки и прислушался.
— В данный момент он не может общаться с людьми этого мира, мой господин. Даже с вами. Но он говорит, что будет с нами и сделает все, что нужно.
— Понимаю. — На миг повисло молчание, потом принц развернулся на каблуках. — Отлично, мы верим его слову, каким бы способом он ни донес его до нас. Сейонн откроет ворота. Рош, Петра, Кошо и Денис, вы едете со мной.
— Могу я просить разрешения тоже ехать с вами, мой господин? — взволнованно спросил Феид. — Я должен быть у ворот… в Танжире… я верю… если вы окажете мне такую честь.
Все снова замолчали.
— Я слышал хорошие отзывы о тебе в Сире и Таине-Хорете. Твоя рана тебя не беспокоит?
— Она почти зажила, Аведди.
— Прекрасно. Едешь со мной. Полагаю, нам следует поближе познакомиться.
Замечательно. Александр уже начинает понимать. Я хотел, чтобы Феид был рядом с Александром. Вообще-то я и сам не знал точного расстояния, на которое мог уходить от своего спящего, но чем дальше мы оказывались друг от друга, тем сильнее возрастало наше беспокойство. Если я хочу сосредоточиться на деле, мне надо быть как можно ближе к нему.
— Блез, ты приготовишь резерв? — Александр продолжал уточнять детали плана.
— Мы оставим пятерых за дюной на случай, если вам понадобится помощь, — ответил Блез. — Гар, Катя, Бертрам, Йори и я сам. Фаррол поведет остальных бойцов прямо в Ган-Хиффир.
— Ты? Я думал, это мы уже обсудили.
— Я обещал Линии, что не пойду дальше дюн, — ответил Блез. Непривычные интонации в его голосе выдавали, насколько серьезно его мучит рана. — Один из нас должен остаться, вдруг придется спешно отступать. Хотя бы на это я сгожусь.
Звук удаляющихся шагов и посторонние разговоры свидетельствовали о том о том, что собрание завершено. Александр в очередной раз обдумывает план, он будет делать это до самого выезда. Каждый член отряда должен знать, что произойдет в ближайшие часы, а Александр должен знать, что они будут делать. Он был прекрасным командиром.
— Госпожа Элинор, на вас заботы о лошадях.
— Маттей и Гела возьмут пять дополнительных лошадей с оружием, водой, одеждой и знаменами, как вы просили, — ответила Элинор. — Они будут под воротами Танжира сразу после захода солнца, когда ворота закроют. Останутся на ночь за стеной, как и другие опоздавшие войти в город. Стражники на воротах все делают строго по часам. Гела выросла в Танжире, она знает город, может быть, вам пригодятся ее знания. Они будут ждать вас к первой страже и присмотрят за вашими лошадьми, когда вы войдете в город. Если я больше не нужна, я вернусь в Зиф-Акер.
— Конечно. Благодарю вас, госпожа Элинор. Мальчику лучше?
— Гораздо лучше. Это просто детская лихорадка. Лихорадка. Эван. Моя мать умерла от лихорадки, как и многие другие эззарийцы. Дети. Как дети переносят лихорадку? А ночные события шли своим чередом.
— Горрид! — позвал принц. — Проводи Элинор в Зиф-Акер. Хотя госпожа умеет за себя постоять, две пары рук и глаз надежнее, чем одна пара. Мы все обсудили? Тогда всем удачной ночи. Пусть хранят нас наши боги.
Шаги приближались к тому месту, где я прятался. Два человека. Я нырнул в палатку Феида и стал ждать его возвращения, окутав себя облаком тьмы на случай, если Александру вздумается поискать меня. Ты доволен, старик? Я спрятался от него. Хотя, возможно, и хорошо, что мы не говорим. Я был уверен в своем решении, но еще не готов сообщить о нем тем, кто скорее всего не поймет меня.
И Эван… болен. Я представил его таким, каким видел в последний раз, — стоящим в круге света с широко раскрытыми глазами, а потом бросившимся искать спасения на руках Элинор. Я с трудом удерживался, чтобы не пойти сейчас за Элинор. Еще не время, говорил я себе. Не сейчас. Потом. Но если я стану мадонеем… что тогда?
Широкие плечи закрыли узкий вход в палатку.
— Лорд Сейонн! — Этот «шепот» разбудил бы мертвого.
— Ты не мог бы говорить потише? Никто не должен знать, что я здесь.
— Аведди расспрашивал меня наедине а том, где вас искать, как вы и предполагали. Но я ответил, как было велено. Ему не понравилось, когда я сказал, что не смогу передать никаких сообщений от него. Он уже хотел уйти, но потом остановился и спросил, выглядели ли вы «здоровым» и «спокойным». Я ответил, что вы казались вполне здоровым, и я не заметил никакой напряженности, если он это имел в виду под словом «спокойный». Он сказал, что если вы хотя бы один раз неудачно пошутили, это и означает «спокойный», и тогда ему тоже не о чем волноваться. Тогда я пересказал ему ваши слова. О том, что вы много раз намеревались войти в его сны, но все-таки выбрали мои, потому что они «менее напыщенные и более красочные». Я не совсем понял Аведди, но он засмеялся и сказал, что теперь все в порядке. Все ли я правильно сделал? Он обращался ко мне и ничего не стал передавать для вас, поэтому я пересказал нашу беседу. — Крупное тело Феида заполнило почти всю палатку, вместе с запахом пота и ароматического масла, которым он смазывал волосы и бороду.