В глазах Кирилла загорелась надежда:
- Как мне это проверить?
- В ясную полночь, в полнолуние, предстань перед ней на открытой местности. Так, чтобы она увидела свечение твоих глаз. Этот свет может выдержать без последствий только возрожденец или твоя половинка, предназначенная Высшими Силами. В противном случае она потеряет сознание, а когда очнется, ничего не вспомнит об этом свечении.
- Полнолуние через два дня. И погода ожидается ясная. Решено. Я хочу поставить точку в этой тяжелой для меня проблеме.
- Но назад дороги не будет, сынок. Если ты испытаешь ее, а она окажется простым человеком, то, когда она очнется, может не вспомнить не только прошлую ночь, но и практически все, что ее с тобой связывало. Ты хорошо подумал? Ты сможешь без нее?
- Да, мама. Я иначе не могу. Чувство долга выше моего эгоизма. А продолжать любить мне никто не запретит. Помогать ей, решать проблемы, защищать. Это будет мой крест. И носить я буду его, заранее обрекая себя на одиночество.
- Ой, сынок. Какой же ты еще ребенок. Какой же ты уже взрослый. Как много предстоит тебе еще взвалить на свои плечи. Но эта ноша будет самая тяжелая, - мать заплакала, спрятав лицо на плече сына.
- Не надо мама, не плачь. Такая моя участь. Я смогу.
К утру, Кирилл уже переступил порог своей квартиры в Н. Юзор спал, опустив голову на стол. Кир сел на стул напротив и опустил голову на руки. Предполагаемые картины исхода встречи в полнолуние сменяли друг друга. Рисовался в воображении и положительный результат и самый страшный. Вот они с Мией вместе старятся, засыпают, взявшись за руки. А вот Волченко в преклонном возрасте, опираясь на палку одной рукой, в сопровождении внуков проходит мимо молодого мужчины и даже не смотрит в его сторону. Но самое страшное: Кирилл стоит возле свежей могилы и вытирает украдкой слезы. Кладет цветы на возвышение возле креста, а с фотографии на него смотрит старческое лицо Соломии Волченко и только глубокие глаза любимой выдают прежнюю Мию.
Кирилл застонал и поднял глаза. На него внимательно смотрел друг.
- И давно ты за мной наблюдаешь?
- Достаточно, чтобы понять, что ничего хорошего ты не выездил.
- Надежда есть. Пятьдесят на пятьдесят. Окончательно все решиться послезавтра.
И Кирилл вкратце пересказал суть услышанного в родительском доме.
- У нас осталось только два дня. Возможно это последние два дня, когда я могу наслаждаться ее запахом, прикосновеньями, жить ею. Последние два дня, за которые я даже не успею насытиться ее поцелуями. Я даже не представляю, как я буду жить дальше. Рядом с ней, но без нее, без моей чудачки!
- Да хватит уже хандрить, дружище! Ведь надежда велика. Это последние два дня, когда вас разделяет огромный ров. Послезавтра вы будете вместе безраздельно и навсегда.
- Как бы мне хотелось, чтобы ты оказался прав.
- Я прав. Но, если допускать противоположный исход... Тебе не кажется, Кир, что Мия имеет право знать правду до того, как ты устроишь ей испытание?
- Нет, ни в коем случае! Я не имею права рассказывать человеку наш секрет. Это нарушение всех законов «Черного Братства».
- Какое нарушение? Каких законов? Ты сам в будущем закон Братства! И ты не имеешь права сам принимать решение за двоих. Ты самостоятельно, без согласия любимой, хочешь лишить ее самого близкого человека. Ты думал о том, что у нее кроме тебя никого нет, на всем белом свете. Она должна участвовать в принятии решения!
Кирилл задумался:
- Может ты и прав. Но только ее решение вряд ли изменит мое. Хотя, я думаю, ее решение совпадет с моим полностью. Но это будет честно по отношению к любимой девушке. И мы сможем попрощаться достойно.
Продолжение 25.01
***
Второй день подходил к концу, а Варга все никак не мог выбрать удобный момент, чтобы посвятить любимую девушку в свои планы.
На протяжении этих дней Кирилл поражал свою Мию нежностью, вниманием. Никого еще в целом мире не было заботливее, добрее, остроумнее, чем Варга. Кирилл старался всячески развлечь свою любимую, казаться легким и невесомым. Парень не пропускал ни одной возможности поцеловать, ласково погладить руку, любяще прикоснуться к щеке, нежно провести по волосам, страстно прижать к себе. И постоянно запоминающе заглядывал в глаза, шумно вдыхал запах девушки. К вечеру второго дня Кирилл понимал, что Мию это начало настораживать. Она просто недоуменно поглядывала на друга, но вслух ничего не говорила.