Набережная третий раз за сегодняшний день поразила. Тротуар оказался чистым и ровным. По обе стороны пешеходной мостовой скамейки. Основания и ручки их выкованы из железа и представляли из себя невероятные узоры. На вид замысловатые и хрупкие, как кружево, фактически – прочные и надежные. Через равные промежутки весело горели фонари, выдержанные в таком же стиле. Должно быть в темное время суток гулять по этой аллее одно удовольствие: светло и уютно. Я подошла к такой же узорчатой ограде, отделяющей набережную от крутоватого берега.
Раньше я считала, что красивее моря ничего не может быть на свете. Глубокое синее море. Ярко - голубая морская гладь в ясный летний день. Величественные горы. Статный лес, сосны. Облака в виде белых пушистых зверей, сказочных фигур, так низко, что можно достать с горы рукой. Закаты, рассветы. Все, чем я жила и дышала. Где оно теперь? Все это даже не прошлой жизни. Для меня оно исчезло, испарилось навсегда! Я все это ненавижу!
Реки вообще всерьез никогда не воспринимала. Только море. Море в любом настроении. В тот день, однако, река покорила меня. Завоевала любовь своей неприступностью, гордостью... Великая сибирская река Обь. Дождь прекратился, выглянуло солнышко, ненадолго порадовало перед тем, как уйти спать. Дымка рассеялась, и противоположный берег обрисовался четче. Какой широченной река казалась! На сотни метров в ширину. Справа, посреди реки, виднелись островки различной величины. На них также росли деревья, а кое – где даже ютились избушки, на самых высоких точках острова. Наверняка весной и осенью Обь разливается так, что от этих островков практически ничего не остается. Только возвышенности с избушками. Неужели там живут люди? Последние лучи заходящего солнца освещали вокруг довольно ярко. Вода теперь не казалась черной. Она стала коричневой, а там, где очень глубоко даже темно - бурой. Тайга играла разнообразием красок: осины, березы начали желтеть и краснеть. Эти яркие краски очень кстати разбавлялись зеленью кедров, лиственниц, сосен и елей. Солнышко ласкало теплом лицо и руки. Зажмурившись, постояла так еще немного. Ян! Ты никогда уже не увидишь такой красотищи! Никогда не познаешь этой новизны. Все вокруг настолько грандиозное, отличное от того, к чему мы привыкли. Ты не увидишь... А я здесь... Душа заметалась, грудь засаднило болью. Я здесь. Моя жизнь началась с новой точки отсчета. Жизнь без тебя...
***
Вернулась в общежитие позже, чем через тридцать минут. Моих сумок в холле не оказалось. Толкнула дверь в 212 б, оказалась не заперта. Посреди комнаты красовался стол. На сковороде дымилась жареная картошка, а на тарелке подмигивали маринованные грибы. От божественного запаха предательски заурчал живот. Возмутился, что о нем не вспоминали с самого утра. За столом сидело четверо. Двоих я уже знала, остальные оказались симпатичными девушками, чем – то очень схожими друг с другом, но в то же время совершенно разными. Одна светленькая, высокая, худощавая, с вытянутым лицом. Неторопливые движения и томные карие глаза выдавали спокойный характер девушки. Вторая – темненькая, пышненькая, невысокого роста, с живыми серыми глазами и таким же живым темпераментом.
- Давай знакомиться, Соломия? Меня зовут Алина Мамбетова, - первой начала моя соседка. Внимательно посмотрев в ее глаза, поняла, что девушка ничуть не изменила свою позицию. Темные глаза – щелочки сверлили злостью. Она проиграла сражение, но не войну. Я вздохнула: «посмотрим».
- Андрей Ильин. Вещи забрал. Территорию освободил, - пытаясь изобразить рубаху-парня, улыбнулся красавец. Внимательно анализируя мою реакцию, Ильин уже просчитывал в уме пути дальнейшего завоевания благосклонности новой жертвы. Но не на такую напал... Я разочарованно отвела взгляд.
- А мы – Марии, - протянула руку темненькая. – Ее зовут Мария Светлова, а меня – Мария Иванишина. Среди друзей: Маша – светленькая и Маша – темненькая. Но ты можешь обращаться ко мне Маруся. Мы все твои одногруппники. Будущие экономисты, информатики и программисты.
Ужин прошел весело, без напрягов. Я тоже внесла долю из своих запасов. Симпатичней всех показалась Маруська. Пожалуй, я могла с ней подружиться, если бы не наложила табу на дружбу вообще.
После ужина Андрей ушел. Девчонки показали где что лежит, стоит, висит, как включать печку. Ознакомили с графиком дежурств и посвятили в прочие нюансы быта общажной жизни.
Только поздним вечером я приступила к заселению территории. Первым делом повесила медальон Николая Чудотворца на гвоздик у изголовья кровати. Так, Ян всегда будет рядом.