Я вдохнул поглубже, но на этот раз не для того, чтобы успокоиться, а, чтобы ощутить ее запах. Запах оказался вполне обычным, свежий запах чистого тела, и никакой парфюмерии, которая так раздражала мое острое обоняние.
Я просканировал спектр ее ауры. Странно: мутный зеленый цвет, я бы охарактеризовал его даже как «болотный», но зато какой насыщенный. За этим цветом невозможно было угадать больше никакого другого цвета (обычно я угадывал сущность человека по спектру ауры, который состоял из нескольких цветов).
Вдох – выдох… Я с облегчением понял, что способность владеть собой начала возвращаться. Я даже уже готов был отвернуться и спокойно, хотя бы внешне, продолжать свой путь. Я медленно начал поворачивать голову, когда вдруг мои глаза попали в поле действия какого-то магнита. Сильнейшего магнита, который не отпускал мои глаза, не позволяя продолжить поворот головы.
Мои глаза зацепились за взгляд моего врага - незнакомки. В разрез со слабым телом, безжизненной аурой, ее глаза жили. Жили своей полноценной жизнью, излучая свет, по силе который можно сравнить с прожектором, и этот свет пронзил меня до глубины души, наполняя новым чувством. Чувством неспокойным, но не похожим ни на одно из тех чувств, которые я испытывал хотя бы однажды в жизни. Ни на ярость, ни на бешенство, ни на злость. Это чувство только родилось, а уже успело заполнить все уголки моего тела, моего сознания, наполняя жаром.
Я стоял, продолжая смотреть в эти странные глаза. Я сфокусировал свой взгляд на ее глаза, это одно из моих аномалий: уметь наводить резкость в нужный момент. Ее глаза были бездонны, огромны и … прекрасны. Они имели глубокий серо-голубой цвет, а от зрачка к середине радужки лучились золотисто-коричневые ниточки. Эти лучики горели, и мне подумалось, что они способны менять оттенки в зависимости от настроения. И чем больше я смотрел в эти глаза, тем больше начинала кружиться голова, как будто я участвовал в гонках по спирали.
Чувство ненависти к этой девушке не угасало, а только росло; ненависть с первого взгляда. Это было новое качество ненависти. Я понял в тот момент, что моим надеждам на покой пришел окончательный конец. И по каким-то неизвестным мне причинам, этот конец связан с появлением этой девушки.
Я, казалось, стоял так уже вечность, это могло вызвать подозрения. Нужно было что-то делать. Все-таки смог собрать воедино все силы, всю волю, и с силой зажмурил глаза, разрывая связь. Издав непроизвольно отчаянный утробный звук, я окончательно смог отвернуться и спокойно идти дальше.
***
Подходя ко входу в манеж, я на мгновение поднял глаза на огромные электронные часы, висящие над входом, чтобы определить насколько опаздывал, и с удивлением обнаружил, что все это действо заняло не более двух минут.
У входа стоял, ожидая меня, мой верный друг Юзор.
-Ну, ты хорош! - весь его вид выражал огромное беспокойство. - Что это было, Кир?
-Не пойму, о чем ты? - ответил я сквозь зубы, делая вид, что не понял вопроса, прекрасно понимая, что друг не отвяжется. Я не решался посмотреть ему в глаза.
-«Не пойму о чем ты» - передразнил хант. - Ты чуть не разодрал только что эту несчастную девчонку! У тебя же прекрасно получалось владеть собой последнее время? Всегда…
-Значит не всегда, значит, не достаточно еще силен! – зло перебил я друга. И наши глаза встретились, я понял, он меня не бросит и на этот раз, и мы сможем разобраться в этом вместе.
-Ты лучше скажи: с каких пор вместе с нами первокурсники занимаются? - все еще не в состоянии разжать зубы спросил я, кивая в сторону незнакомки.
Юзор ухмыльнулся:
-Ходить надо на пары, а не прогуливать. Это Соломия Волченко, наша новая сокурсница. Так, дружище, быстрей переодеваться, не хватало привлечь к себе внимание опозданием на физкультуру.
Я живенько переоделся. Мы успели выйти на спортплощадку как раз к построению. Краем глаза заметил, что коротышка стояла самая последняя в строю, я же возглавлял шеренгу.