С нетерпением ожидая встречи с заветным окном, Варга решил сначала заехать в дом родителей. Отношения с родными не наладились, но перешли из враждебных в сдержанно-натянутые.
Зайдя в дом, Кирилл даже не пытался включить блокировку сознания. Скрывать ему больше нечего. Напротив, это родители что-то скрывают от него. Ну и пусть, время покажет. Сейчас у него не было ни желания, ни сил, чтобы бороться с этим положением вещей. Пробежав мимо открытых дверей в гостиную, на одном дыхании влетел по лестнице вверх и прямиком в свою комнату. Скинув несвежую толстовку, принял душ на скорую руку. Нашел в шкафу чистую футболку и мастерку и быстро натянул. Еще несколько чистых вещей кинул в спортивную сумку. До слуха доносились приглушенные голоса отца и Влада. Он при желании мог различить каждое слово, последнее время все органы чувств обострились с невероятной силой. Но даже не сосредотачиваясь на разговоре родных, Кир понял, что они совещаются по поводу дел своей фирмы. Но вдруг что-то заставило его прислушаться к голосам внимательнее. Фамилия казалась знакомая… Волченко, что ли?
- До оглашения завещания еще несколько недель, но я беспокоюсь о состоянии ее здоровья. Может можно как – то обойти эти сроки, не нарушая закон? – спокойным голосом говорил Влад Вук.
- Чем обосновано твое беспокойство?
- Когда я видел Соломию Волченко первый раз, ее вид был, мягко говоря, плачевный. Но дней десять назад, я встретил ее случайно на улице: вид голодный, осунувшийся, истощенный. Одежда крайне легкая, не по сезону. А спектр ее ауры просто критического болотного цвета.
- Ты уверен? Именно болотного?
- Обижаешь, Марк! Я лучше тебя разбираюсь в этом, ты же знаешь. Никакой ошибки быть не может. Цвет на грани черного и тогда будет поздно. Мы ее потеряем. На данный момент она единственная из наших клиентов, кто требует курирования.
Кирилл спустился и неспеша подошел к дверям, слушая заинтересовавший его разговор. Слушал ушами, сканировать посчитал нечестным по отношению к родным.
- Вы говорите о Соломии Волченко, девушке двадцати одного года?
- Да, - одновременно ответили мужчины, оборачиваясь к парню. – Ты ее знаешь?
- Я с ней учусь в одной группе. Она новенькая. Сейчас тяжело переболела фарингитом. Болезнь осложнена истощением. А о каком наследстве вы говорили?
- Прабабка оставила ей домик и небольшую сумму на счете. Но полгода еще не прошло. А ты говоришь у нее истощение? Это от безденежья. Да, ты прав, Влад. Надо подумать, как быстрее дать завещанию ход. Тем более она круглая сирота, родственников больше никого, наследников нарисоваться больше не должно.
Кир вернулся в свою комнату, думая: «А я подумаю, как помочь со стипендией». Кое-что из полученной от родных информации внесло хоть какую-то ясность.
Уже спустя полчаса, стоя возле университетского общежития, Варга понял, как он сможет помочь девушке. В знакомом окне горел свет. Тень Мии появлялась довольно часто. Девушка была неспокойна. От понимания ее растерянности и скрытого отчаяния у Кира щемило сердце. Он мог запросто накупить кучу еды: полезной и не очень, приобрести полный гардероб, необходимый в суровую зиму. Но этими методами прощения не добиться. Необходимо действовать боле тонко. Уж больно девушка горда. Это не Бекмамбетова. Вся надежда на стипендию. Ура! План созрел.
***
На следующее утро Варга шел на занятия, очень сильно волнуясь: как Мия будет реагировать на его особу. Но день прошел спокойно. Парень с нетерпением ждал последней пары занятий. Когда преподаватель вошел в аудиторию, Кир слегка просканировал его сознание. Так и есть, доценту было глубоко наплевать на трудности студентки Волченко, он даже и думать о ней забыл. Кирилл слегка напрягся и дал посыл. Сознание учителя было податливым, как пластилин. Из своих наблюдений Кир уже знал, что к таким людям, с легко поддающимся к внушениям сознанием, относятся в основном злоупотребляющие спиртными напитками. Это открыло доцента с другой стороны. Легко добившись желаемого результата, Кир решился посмотреть на недоумевающую девушку. На душе было радостно. Вот его реальная помощь приобрела конкретные очертания.