Этого не ожидал никто, ведь главными врагами Свиртенгралля всегда были вавилонцы, но Сторн вернулся в Адальир из древнейших времён, и для него основной целью всегда являлся именно чужой король.
Эллер не успел среагировать, когда Сторн, продолжая прыжок коня через построения ормундских рыцарей, полетел на него с выставленным вперёд мечом. Тут бы Эллеру и пришёл конец, но вдруг между ним и противником появился Волербус, вылетевший наперехват.
Монарх подался назад, инстинктивно уходя от атаки, и лишь успел заметить, как могучие руки Волербуса вцепились Сторну в глотку, сбив того с траектории полёта. И вновь предметы растворились в слепящем белом свете. На этот раз, когда ослабло свечение, уже не было видно энергетической волны. Вместо неё от факела Т'аоса веером разлетались световые сгустки, напоминающие мерцающие звёзды. В воздухе за собой они оставляли хвосты клубящегося белого дыма, подобно кометам. Рой таких звёзд обрушился на сражающихся с экстриодронами рыцарей Ормунда, огни минули людей, не причинив им вреда, и в мгновение ока сокрушили экстриодронов. От столкновения с огнями те роняли мечи, тотчас разваливаясь на части.
Силий устремил взор вдаль, где на равнине виднелись остатки армии Свиртенгралля. Уцелевшие экстриодроны и гигантские неповоротливые чудовища, напоминающие смесь динозавров с карьерной техникой земной строительной корпорации, обратились в бегство и спешно покидали долину, двигаясь на север в сторону прохода к земле Фарфаллы. Световые сгустки настигали их, и слышались взрывы. Конных сбивало с лошадей, пеших разносило на части. Когда огни ударяли в чудовищ, то многоногие гиганты теряли ход, их окутывало густым чёрным дымом, и следом они рассыпались на детали.
Ослабнув, свет явил и ещё нечто, не виденное ранее: Волербус стоял напротив короля Эллера, а у его ног валялся поверженный Сторн. Рокер довольно ухмыльнулся и обернулся к синему льву:
— Обычно в такой ситуации появляется Силий, но не стоит думать, что больше некому прийти на помощь! — воскликнул он. — Когда Арбитр Стихий занят или сам нуждается в подмоге, появляются его друзья, в конце концов, не зря же он вложил в нас столько своей души.
Синий лев расплылся в довольной улыбке, оголив ряды сверкающих клыков, и кивнул Волербусу.
Рок-менестрель же взмахнул крыльями, взлетев на плечо возрождённого хранителя Т'аоса:
— Враг бежит, ступай за ним, покончим с дрянью Свиртенгралля! — крикнул он Т'аосу в большое каменное ухо, видневшееся под шлемом.
Великан кивнул и огромными шагами направился к дальнему краю равнины, где ещё виднелось какое-то шевеление среди почти полностью уничтоженной армии Сторна.
Воодушевлённые столь стремительной победой, рыцари Ормунда, возглавляемые Эллером, кинулись следом за Т'аосом. Вавилонцы присоединились к погоне и, добравшись до места, принялись крушить ещё уцелевших чудовищ. Т'аос ещё дважды применял световое оружие, прежде чем все экстриодроны обратились в металлолом.
Поняв, что сражение выиграно и противные армии разбиты, Силий убрал меч в ножны, привычным движением расправил бородёнку, протянув её непослушные волоски сквозь плотно сложенные пальцы, и огляделся. Вся западная часть равнины перед Ормундом была завалена дымящимися обломками чёрной стали и усыпана миллионами винтов, болтов, гаек и заклёпок. Особенно много порушенных экстриодронов скопилось у крепостной стены города, куда их уносили световые волны энергетических атак. Там сформировался настоящий защитный вал из тысяч воинов, чьи нагромождения местами образовывали кучи высотой метров в десять.
Над долиной гулял ветер, медленно разгоняющий белёсый туман, остававшийся после атак Т'аоса, то там, то здесь возникали и вновь растворялись в воздухе небольшие смерчи. А иногда слышался странный гул, переходящий в звон, кружащий в самом зените.
Силий изо всех сил пытался понять, что же здесь произошло. Он силился проникнуть в суть использованных энергий, дабы уяснить, откуда появился Т'аос, и что за оружие он применял, но в окружающем пространстве носилось такое бесчисленное количество энергетик самых разных векторов, что даже умудрённому Арбитру Стихий не удавалось ничего понять.
— Я не верю глазам своим, — произнёс Силий.
— Ты никогда не верил и в меня, — заметил Волербус. — Но лишь потому, что никогда до конца не верил самому себе. Ведь именно поэтому ты отказался от Электрического Рима. Опасался, что не совладаешь с собою, с собственными энергиями и станешь подобен Карлиулиусу?
Силий поморщился и неохотно кивнул: