В месте столкновения мечей возникло густое, фиолетовое пламя, которое принялось шириться, заполняя залу дворца. Вместе с волной фиолетового свечения по Гау-Хэс катился нарастающий гул, столь мощный, что буквально разрывал барабанные перепонки. Авельир зажал уши, чтобы не лишиться слуха, но шум был слишком сильный. Докатившись, волна энергии подхватила вавилонцев и даже Конструктора с Силием и отшвырнула их к стенам, впечатав в камень. Атака Низерельдера была настолько стремительной, что никто ничего не понял, Силий успел лишь спрятать хрустальную рыбку Ваджавьяры в кулак, прикрыв пальцами, буквально за секунду до столкновения со сводами Гаур-Хэс, почти интуитивно стремясь защитить волшебное создание.
Несясь в потоке странного пламени, люди на ходу каменели, словно обращаясь в статуи из знаменитого сада магистра Сан-Киви Фарфаллы, и следом рассыпались в прах. Кэльвиар под напором энергии Низерельдера мгновенно почернел и стал рассыпаться в труху, осыпаясь на пол. Гиратро повалился в противоположную сторону, словно истратив весь запас энергии. Падая, он уменьшался, пока не потерял большую часть своего объёма. Корона-адальир при этом стала ему так велика, что соскочила с головы. Обломки Кэльвиара ураганным ветром вынесло из залы на центральный балкон-лепесток, который тотчас обрушился, упершись дальним краем в землю Арвельдона.
Волербус схватил Ариллию в охапку и прижал к себе, закрыв крыльями со всех сторон, насколько это было возможно. Однако волна фиолетового пламени сбросила их с места, подхватила, словно ураган, и также швырнула в стену.
Тотчас гул стих, и вокруг в воздухе начали танцевать зелёные листья и розовые лепестки, а на броне доспехов Волербуса показались крохотные изумрудные жучки. Вскоре движение прекратилось, и Волербус с Ариллией обнаружили себя в каком-то странном пространстве, заполненном зеленоватым туманом. Судя по энергетике, это был не Адальир, но и не Земля. Оглядевшись, Ариллия заволновалась:
— Где мы, что это за место?
Вокруг не было видно ничего, кроме этого зеленоватого тумана, через который иногда проблёскивали далёкие звёздочки, и доносился голос флейты.
— Нас выбросило в пространство между миров, — догадался Волербус, мгновенно проанализировав все доступные энерготечения. — Это, видимо, тот самый эфир, в котором плывёт мир королевства Адальир.
— Надо отсюда выбираться, — уверенно сказала Ариллия, попытавшись двинуться в сторону, но даже не поняла, поучилось ли у неё хоть что-нибудь.
Поскольку вокруг плыл лишь этот зеленоватый туман, невозможно было понять, движешься ты, или остаёшься на месте, ведь рядом попросту не было ориентиров, относительно которых можно было бы заметить перемещение. Волербус усмехнулся, взял Ариллию за руку и замахал крыльями, но это также не дало эффекта.
— По ходу, связь миров вновь нарушена, — заключил Волербус. — Низерельдер не смог разрушить мою силу, поскольку она включает энергетику демона сновидений, а Даосторг и сам существовал между мирами. Поэтому он вытолкнул нас из Адальира…
— Ты хочешь сказать, что мы не можем вернуться в Адальир? — Ариллия нахмурилась. — А в твой мир?
— Портал закрыт, — покачал головой Волербус. — По крайней мере, мне пока не удалось нащупать никакой бреши, видимо, придётся болтаться здесь вдвоём, Бог знает сколько.
Ариллия огляделась, вздохнула, и приблизилась к Волербусу, нежно обняв его за шею.
— Ладно, будем коротать вечность вместе, — улыбнулась она. — Я, собственно, не против, если только ты будешь рядом.
Волербус, конечно же, помнил о друзьях, и судьба Адальира заботила его, поэтому он стремился найти выход из слоившейся ситуации. Раньше, Брелов начал бы рвать и метать в поисках решения, но Волербус слишком хорошо чувствовал энергетику и понимал, что в Адальир им уже никак не втиснуться, если только не произойдёт чудо. Зато возлюбленная Ариллия была рядом и это его безмерно радовало. Он крепко обнял девушку и поцеловал в губы:
— С тобой хоть вечность вместе! — рассмеялся Волербус.
Волна фиолетового огня вперемешку с чёрным дымом, сопровождаемая оглушительным гулом, выкатилась из Гаур-Хэс, расширяясь сферой, и понеслась на все стороны света, сметая всё на своём пути. Рыцари и простолюдины, конные и пешие, люди, вэльмы, лиры, сиворийцы, эрфнии и даже сверкающие ветвистыми молниями великаны из Электрического Рима, попадая под удар, мгновенно чернели, теряя энергию жизни, и рассыпались в пыль. Также от удара Низерельдера полегли и герддроны-экстриодроны. Они несли в себе часть позитивных течений пурче-дхарны, а потому тоже не устояли.