— Верь в благополучный исход! — успел крикнуть Авельир, падая на пол и откатываясь к борту.
Корабль трясло и швыряло, словно осенний лист на ветру. Алёна поняла, что не может сконцентрироваться, и контроль над полётом полностью утрачен, вероятно, сейчас летательный аппарат грохнется оземь. Но тут в голове её мелькнула спасительная мысль, что было бы хорошо зацепиться за крышу какого-нибудь дома. "Моисей" тотчас замедлился, словно бы зависнув в воздухе, и плавно опустился на заснеженную кровлю высотного здания.
Тогда Алёна зачем-то подумала об инерции, ведь корабль может сползти с крыши. И тот действительно стал медленно ползти к краю, хотя ещё мгновение назад он уже полностью остановился.
— Думай о том, что хочешь! — прошептал Авельир, наконец, добравшись до кресла пилота и схватив девушку за плечи. — Не думай о ненужном!
Алёна вмиг сообразила, что вновь влияет на ситуацию, старательно представив, как корабль останавливается на самом краю крыши. Причём, думала она, это не просто случайный дом, а что-то хорошо знакомое, где живут друзья… Пейзажи за окнами "Моисея" сменились и крейсер волшебным образом тут же очутился на столь же заснеженной, но уже совсем другой крыше.
— А ещё было бы здорово, — прошептала Алёна, — если бы здесь была лестница, чтобы спуститься, и дверь с чердака не была бы заперта…
"Моисей" замер на самом краешке крыши, нависнув носом над располагающейся здесь же неоновой вывеской с изображением древнеегипетского "глаза"…
Придя в себя после не очень комфортного приземления, Алёна первым делом кинулась искать Жужу, но воина нигде видно не было. Только убедившись, что салон полностью пуст, она согласилась покинуть корабль, задержавшись лишь для того, чтобы переодеться. Меж тем, словно по волшебству сотворённый силой мысли наряд средневековой селянки, сам принялся меняться, вновь трансформировавшись в привычную девушке одежду. Алёна оглядела себя: на ней опять был любимый свитер с толстым отложным воротником, юбка, приталенный офисный пиджак, несколько раз накрученный шарф и плащ. Теперь можно было двигаться дальше, разумеется, прихватив с собой завёрнутый в холст Апплоусерт. Надо сказать, что в мире Земли, меч-адальир почему-то стал сильно светиться зеленоватым светом, просвечивая даже сквозь обёртку…
Алёна и Авельир
Едва Алёна с Авельиром начали спускаться с крыши по грязному подъезду, Избранная сразу ощутила волну утомительной депрессии. Обшарпанные стены, давно не мытые ступени и промозглый ветер, сквозивший здесь повсюду, так контрастировали с цветущими долинами западного Адальира, что мгновенно разрушали ощущение волшебства. Лишь отблески Алёниных вновь ярко зелёных глаз в отражении грязных стёкол подтверждали реальность чудесного путешествия.
Когда они добрались до нижней площадки, дом внезапно сильно качнуло из стороны в сторону. По перилам со следами облезшей масляной краски забегали синие искры, а лампочка в разбитом плафоне с громким хлопком лопнула, усеяв пол осколками и погрузив лестничную клетку во мрак.
Город за стенами издал протяжный гул по нисходящей, голосом своим напоминая авиамотор, сбрасывающий обороты при приземлении самолёта. Этот унылый и тревожный звук прокатился по подъезду, после чего вокруг стало очень тихо и темно, видимо, во всём мегаполисе вырубилось электричество.
Алёна ахнула и закрыла рот рукой, чтобы от страха не вскрикнуть. Авельир выхватил меч и с недоумением обернулся к возлюбленной:
— Что? — спросил он, нервно оглядываясь по сторонам.
— Так уже было, — прошептала Алёна. — Тогда, давно, в самом начале путешествия…
За грязными окнами подъезда проглядывало затянутое тучами небо, по которому расплывались странные узоры, напоминающие северное сияние. Эти цвета в беззвучии и мраке смотрелись особенно пугающе…
— Он здесь! — вновь прошептала девушка, ощущая нарастающий ужас.
В глазах её было блеснули слёзы, но теперь рядом стоял настоящий защитник. Авельир кинулся к ней, обнял и принялся целовать:
— Никто тебя не тронет, я их всех убью! Любого, кто хоть криво на тебя посмотрит, всех убью! — заверил готический рыцарь грозно.