— Моё прошлое уродливо, Калла. Это дерьмо, которое заставит тебя повернуться и убежать. А если нет, у меня бы появились вопросы к тебе. — Он покачал головой. — Даже мои братья не знают всей истории.
— Ты думаешь, я родом из белых частоколов и счастливых солнечных дней? — Она отпрянула назад. — Я видела, как убивали целые семьи. Вытирала их кровь с рук. Думаешь, то, что я рассказала тебе об Уэйде, нормально?
— Вот что я скажу, ты видела и испытала только часть дерьма. Но это не делает тебя менее человечной. — Он заправил выбившиеся волосы ей за ухо. — Ты прекрасна, несмотря ни на что. — Он покачал головой. — Внутри же меня живет уродливый монстр. Тот, которого я не могу контролировать.
— Пожалуйста. Просто расскажи мне хоть что-нибудь.
***
Откинув голову назад, Логан выдохнул и потёр руками макушку. Когда его голова снова упала вперёд, её испытующий взгляд всё ещё не сдвинулся с места, и он опустил руки на бёдра.
— Я… уже был связан. — Зубы Логана сжались, как будто он надеялся поймать слово, прежде чем оно вырвется наружу. Он мгновенно пожалел о своём признании, как только её бровь взлетела вверх.
— У тебя есть пара?
— Была. — Он наклонился вперёд, поднял трусы и натянул их на ноги, пока говорил, стараясь избежать зрительного контакта. — Она была убита.
— Кем?
— Демоном, среди высших.
— Почему?
— Он хотел знать, где Гевин. — Его ровный тон предупредил, что он не собирается говорить ей большего.
— Итак… ты предпочёл Гевина своей паре?
Черт, эти слова заставили его съежиться.
— Гевин убил, чтобы спасти мою задницу. Я был ему должен. И я хотел быть свободным.
— Свободным?
— От связи. Свободным от бремени, которое она возложила на меня своей жизнью. — Он склонил голову. — Видишь? Я мудак. Я также сражался и убивал ради денег. Наркоман. Ёбырь. Крут для рыцаря в сияющих доспехах? — Скрещённые руки, скрывающие грудь, говорили ему, что она не собирается сдаваться.
Упрямая.
— А зачем тебе это? — Он провёл языком по задним зубам. — Почему со мной?
— У тебя какое-то раздвоение личности или что-то в этом роде? Одну минуту ты дерзкий и высокомерный, Логан. В следующую ты становишься ненавидящим себя философом Логаном. — Она пожала плечами. — Почему бы и не ты?
— Потому что быть со мной означает отсутствие счастливого конца. Это значит, что тебя просто трахнут.
— Я ничего не жду от тебя взамен.
— Ты бы хотела этого в свой первый раз? Трахнуться и пойти дальше?
Её рука потянулась вперёд, схватила его потянув на себя, и будь она проклята за то, что у неё были силы на это. Когда она прислонилась к раковине, её рука схватила его за затылок. Проведённая дорожка её языком по его горлу безмолвно призывало к действиям, и он сжал руками её бёдра.
Когда он прижался к ней, у него перехватило дыхание.
Её бёдра прижались именно туда, где он нуждался в ней, и от этого ощущения у него закружилась голова. Его пальцы сильно впились в её бёдра, когда гнев и печаль смешались воедино, создавая смесь ненависти, горя и непреодолимого желания завладеть ею.
Женщина порвала его защиту. Заставила его желать её, наслаждаться её красотой и обаянием.
Как будто она владела им.
Что-то тёмное и жестокое вырвалось из глубин Логана.
Ага. Ладно. Он её трахнет. И чёрт с ней, если она согласна.
Словно чтобы ещё больше укрепить его мысли, она прижала ладони к его груди, наклонилась и прошептала:
— Пожалуйста. Отведи меня в кровать.
Готов на всё.
— Ты хочешь настоящего меня? Вот он, настоящий я. Дикарь. Я бы взял тебя где угодно. — Он схватил её за волосы и лизнул шею. — У трения будет самый грязный секс, который у тебя когда-либо был. И однажды ты скажешь мне спасибо, принцесса. — Он сильно притянул её к своей эрекции. — Твой первый секс. И в конце концов, когда ты когда-нибудь займешься любовью со своим идеальным мужем, ты будешь так рада, что знала, что тебе следует держаться подальше от такого ублюдка, как я.
Его гнев достиг точки кипения. Словно какой-то неандерталец, он взвалил её на плечо и понёс в спальню.
Она тихо хмыкнула, когда он бросил её обнажённое тело на кровать. Логан схватил её за бедра, перевернул на живот и толкнул её тело к изголовью кровати, подняв её бедра вверх и задницу к себе.
— Хватайся за решётку, — хрипло сказал он. — Она тебе понадобится.
Её дрожь под его ладонями только побудила его тело взять её. С членом в руке он держал головку у её влажного входа, но его губа сжалась в отвращении, и с дрожью он отстранился от неё, желая где-нибудь свернуться калачиком.