— Что ты имеешь в виду? — Она извивалась в хватке Райка, но он держал её крепко. — О чём ты говоришь?
— Я говорю, что если тебе удастся пережить то, что я для тебя приготовил — и не волнуйся я позабочусь о том, чтобы твой послеоперационный период был лучшим, что можно было бы купить за деньги — мне придётся придумать какую-то страховку на твою задницу. Дерьмо разлетится быстро, когда мои клиенты узнают, что её уже опробовали.
Калла нанесла ещё один пинок, в результате чего последовало лишь фырканье.
— Просто скажи мне имена! Что это значит? — Отчаяние охватило её. Ей нужны были ответы. — Кто тебя нанял?
— Агх, да какого черта? — Он приставил её к стене, схватил за горло и нарисовал на стене круг мелом, который вытащил из кармана. — «Пенвелл».
— Фармацевтическая компания? — Она нахмурилась, прежде чем он снова поднял её на плечо. — Зачем?
— Чтобы размножаться с сангами. — Он шлёпнул её по заднице. — Сохранить этот вид живым и здоровым. Но не беспокойся. По сути, ты для них бесполезна.
До её ушей донёсся отдалённый звук аплодисментов. Звуки становились всё громче и громче, пока шум не спит отражаться от стен.
Калла вытянула шею, чтобы увидеть его источник.
Когда дверь распахнулась, в воздухе повисла завеса шума. Свет сменился тьмой в огромном театре, заполненном телами, все стояли, дрались, кричали. Как будто она пришла на боксерский поединок.
Райк понёс её по узкой тропинке сквозь толпу. Она отдёрнулась от прикосновения пальцев к тыльной стороне её бедер.
Наконец они достигли открытого участка света. Прожектор в темноте. Опустившись на пол, она отползла от Райка, наткнувшись на что-то позади себя.
Она повернулась и увидела огромную клетку. Зверь внутри, в маске быка, бросился на неё. Она убежала как раз перед тем, как он ударил. В одной руке он держал косу. Другая изуродованная рука протянулась между прутьями клетки.
Райк встал перед ней, и возбужденная толпа затихла.
— Прошу прощения за вмешательство, друзья.
Калла оглянулась внутрь клетки. На плите лежал мужчина, изрезанный и окровавленный до неузнаваемости. Над ним с верхней части клетки висел огромный маятник.
— Сегодня вечером у меня для вас есть особенное угощение. — Райк сделал несколько шагов влево. — Думаю, я ясно дал понять, как сильно я ненавижу этих ублюдочных демонов, сынов Гнева. Я ясно дал вам это понять? — Толпа заревела. — Ну так уж получилось, ублюдок ожидает появления на свет своего ублюдка!
Толпа взревела гневной реакцией.
Он жестом предложил им снова замолчать.
— Да, я сам был удивлен, узнав эту новость. — Его рука схватила Каллу, заставив её встать. — Вот, у меня есть его женщина! Та, кто носит его дитя! — Ещё рёв. — Итак, сегодня вечером… мы собираемся очистить эту грёбанную шлюху демонов. Мы собираемся извлечь ублюдка-демона из её чрева и дать этой женщине новое начало. Чистое и неприкосновенное.
Нет.
Толпа зааплодировала.
Калла извивалась, но он усилил хватку.
— Что скажете? Мы начнём?
— Нет! — Калла ударила Райка в челюсть.
Его рука схватила её за подбородок, и он поцеловал её в губы.
— Я планирую сделать это быстро и приятно, — тихо сказал он, — но если положишь в том же духе, ты будешь развлекать нас до самого утра.
— Не делай этого.
Он ухмыльнулся и потащил её к двери клетки.
Каблуки ботинок Каллы царапали бетон, пока она старалась не попасть внутрь.
Быкоголовый столкнул другое тело с плиты, заставив его со смачным стуком упасть на пол, и заходил взад и вперёд, как будто внезапно стал взволнован.
Когда Райк толкнул её, Калла обхватила ногой перекладину двери, но быкоголовый бросился к ним. Когда сила обоих самцов затонула её в клетку, боль пронзила её голень, словно лезвия бритвы.
— Дерьмо!
Нога Каллы согнулась назад, но она пнула быкоголового здоровой ногой и выгнулась между ними, пока они несли её.
Холодная твёрдость бетона врезалась ей в спину.
Цепи заковали её на месте.
Нет.
Она огляделась вокруг, выискивая что-нибудь — что угодно — но ничего полезного не оказалось в пределах досягаемости.
Райк наклонился, изогнув губы.
Калла ударила его головой, получив небольшое удовольствие от хруста кости и крови, струившейся из его ноздри.
Улыбка Райка померкла, когда он провёл по ней кончиком пальца.
— Возможно, тебе подойдет лоботомия. Мне нравятся более покорные женщины.
— Катись к дьяволу. Я никогда не подчинюсь тебе.