Каликс усмехнулся.
Всхлипы стали громче прежнего.
Они обогнули выступающую стену из деревянных полок, и Гевин съёжился.
— Что за…?
Мальчик лет пятнадцати лежал голый и прикованный к стене. Судя по рубцам и мокнущим ранам, его недавно избили. Христос, может быть, даже больше того…
Гевин потянулся, чтобы убрать с лица растрёпанные волосы, но мальчик дёрнулся к стене и уткнулся лицом в скованную цепью руку.
— Каликс, поговори с ним, — скомандовал Гевин, не сводя глаз с ребенка; цепи звенели о бетон, когда он задрожал. — Это не похоже на раны ликанов. Выглядит расчётливо. Как лезвие.
Его брат, полуинкуб, обладавший не только неземной красотой, но и даром успокаивать других, встал на колени рядом с мальчиком. Каликс снял свою черную толстовку и накрыл ею окровавленное тело мальчика.
— Всё в порядке. Мы здесь, чтобы помочь тебе.
Глубокий голос Каликса звучал как песня.
Гевин встал и принялся за цепи. Он дёрнул их, сбивая длинное звено, встроенное в стены.
Рука мальчика упала с его глаз. Серебро.
— О, черт, Гевин. Он… ликан?
Рычание вырвалось из горла мальчика.
Гевин разорвал последнюю из цепей, и оба мужчины попятились, когда мальчик поднялся на ноги, всё ещё в человеческом обличье.
— Эй, — спокойно произнес Каликс, — всё в порядке. Мы не причиним тебе вреда.
Взгляд мальчика метался между Гевином и Каликсом, сосредоточенно, как будто он либо не говорил по-английски, либо не верил ни единому их слову.
— Кто ты? — Гевин сделал осторожный шаг вперед.
Мальчик напрягся, прислонившись к стене, всё ещё прижимая толстовку Каликса к груди.
— Ты можешь мне не верить, но теперь ты в безопасности. — Протянув руку, Гевин сделал ещё один шаг к мальчику.
Шипение отразилось от стен, и мальчик обнажил клыки. Его кожа, хоть и окровавленная, блестела безупречностью.
— Малыш-ликан. Как, черт возьми, это произошло? — Каликс скрестил руки на груди.
— Без понятия. — Гевин опустил протянутую руку. — Никогда раньше не натыкался.
Мальчик прыгнул к ним, лязг его кандалов ударил по стене. Ни один из братьев не пошевелился. Вместо этого они подняли обе ладони и подошли ближе.
— Тебя недавно кусали? — Гевин потянулся к его руке, и ребенок ударил его, вытянув когти. Словно крыса, загнанная в угол, его глаза смотрели угрожающе.
— Время уходит. Пошли, Гевин. — Каликс наклонился к своему брату и прошептал на демоническом: — Хватай его.
Ожог пробежал по спине Гевина, следуя за звуком рвущейся рубашки. Он развернулся и столкнулся лицом к лицу со взрослым ликаном. Когда он вытянул руку и схватил взрослого за шею, зверь щёлкнул челюстями и ударил когтями по лицу Гевина.
Гевин швырнул волка на бетонный пол и вытащил из кобуры кинжал. Брызги искр осветили тьму, когда его клинок пробежал по бетону, когда Гевин провел им по шее зверя.
Прежде чем Гевин смог встать, к нему рванулись ещё два зверя, их тела бились друг о друга в страстном желании добраться до него. Одним плавным движением он полоснул кинжалом по их груди, затем пнул одного из них по бедрам и прижал ублюдка лицом вниз сапогом. Приставив пистолет к горлу другого, Гевин дважды выстрелил.
Когда смолистая кровь зверя брызнула на его рубашку, Гевин схватился за затылок другого и, повернув запястье, оторвал хребет от его тела, прежде чем броситься к двум волкам, удерживающим Каликса в углу.
Подкравшись сзади, Гевин обхватил одной рукой среднюю часть ликана и швырнул его в бетонную стену.
Пыль и цемент посыпались, падая на кирпичи, и оборотни встали на ноги.
Гевин увернулся от когтей и схватил зверя за лапу. Резкий рывок оторвал конечность от тела.
— Упс, — сказал он, отбрасывая ту в сторону.
Ликан врезался в него, отбросив на шаг. Его зубы коснулись живота Гевина, но едва пробили толстую кожу демона.
Гевин обхватил руками спину волка, поднял его с земли и швырнул на пол. Вонзив ботинок в спину ликану, он наклонился вперёд, вытащил свой второй глок из нагрудного ремня и начисто отстрелил ему голову.
Каликс оттолкнулся от добитого ликана, на котором сидел, и осмотрел кровь на своих джинсах.
— Черт возьми. Их кровь заляпала мне всё. — Он повернулся к Гевину. — По крайней мере, мы нашли волков.
Гевин оглядел тёмный подвал.
— Где ребенок?
***
— Ну-ну, посмотри на себя, убийца. — Зик подошёл к Калле, скрестив руки на черной крови, брызнувшей на его грудь. — Неплохо для первой охоты.
— Это не первая для меня охота. — Калла подняла тело волка и сложила его там, где Зик бросил другого, за куст.