— Я не знала, что мы друзья с самого начала.
— Возможно, мы и не были. Я хотел бы ими стать сейчас.
— Значит, я лучше пойду? — Она огляделась.
Он фыркнул, и то, как его большой палец коснулся носа, вызвало у неё флешбеки по жестам мафии.
— Я заключу с тобой сделку.
— Я так не думаю.
— Больше никакого дерьма. Я мистер Очарование до конца дня, а ты не уйдешь до завтра.
— Так не пойдет. Слушай, я ценю, что ты явно пытаешься изо всех сил. Но у меня есть брат, за которого нужно отомстить.
— Я помогу тебе. Без контракта. Только я.
Она наморщила лоб.
— В чём подвох?
— Ты останешься со мной сегодня вечером.
Она развела ноги и снова скрестила их. Чёрт бы побрал его за то, что заставил её нервничать. Будь вдвойне проклят скрип сидения, который выдавал ему её каждый раз, когда она двигалась по сиденью.
— Почему?
— Мне любопытна ты.
— Дело не в том, что я не верю в твоего внутреннего хорошего парня. Хоть я и не верю. Дрейвен умрёт от моих рук. А не твоих.
— Ты получишь свой смертельный выстрел. Я просто прикрою твою спину.
— Мило, немного извращённо, но нет, спасибо. Серьёзно. — Она указала на приближающуюся эстакаду. — Просто притормози здесь.
— Извини, детка, ты уже в пути, нравится тебе это или нет.
— Ты можешь хотя бы сказать мне, куда мы едем?
Он сверкнул яркой, идеально ровной улыбкой.
— В библиотеку.
Она нахмурилась.
— Ты везёшь меня в библиотеку? Зачем?
— Думаю, мы увидим позднее, не так ли?
Покачав головой, она откинула вопрос.
— Послушай, мои планы могут быть не важны для тебя, но каждую секунду, которую я трачу на проверку твоего списка покупок, убийца моего брата, тот, который убил тебя, если ты забыл, гуляет себе весело и свободно.
— Я ни хера не забыл. Это называется приоритетом выбора убийств. Первое в моём списке — найти охотника за головами, у которого мой брат, тот самый, который чуть не убил тебя, — он приподнял бровь, — если ты забыла.
Туше. Губы Каллы сжались.
— Значит, я помогаю тебе найти Зика?
— Ага.
Как она могла отказаться от этого? В конце концов, Зик пожертвовал собой, чтобы спасти её. Она кивнула, её мышцы, наконец, расслабились вместе с ней.
— Хорошо.
Глава 26
— Что, черт возьми, мы собрались делать?
Калла смотрела через лобовое стекло, когда машина въехала в переулок между двумя зданиями, и, как будто Логан ехал прямо во тьму, солнце село, фонарей не наблюдалось. Мусор валялся на земле, вывалившись из мусорного бака, бомжи лежали, прислонившись к кирпичным стенам.
— Не похоже на библиотеку.
Логан заглушил двигатель.
— Ни на кого не смотри. Не разговаривай ни с кем. Будь рядом со мной. Если ты нарушишь любое из этих правил, ты труп. И не от моих рук.
— Ещё раз. Какого черта мы здесь забыли?
— Без разницы. Ты все равно идёшь со мной.
— О нет, нет. — Калла прислонилась спиной к окну. — Ты только что дал мне целый список причин, чтобы выпрыгнуть из твоей машины и бежать не оглядываясь.
— И знай: если ты это сделаешь, я догоню тебя до того, как ты доберёшься до поворота за дом.
Он вышел из машины.
На какую-то долю секунды Калла серьезно задумалась о том, чтобы сбежать, но всего за долю секунды до этого, Логан оказался у её двери и открыл её. Он взял Каллу за руку и нежно потянул.
Хлопнув дверцей макларена, он положил руку на крышу и склонил голову. Мягкое пение едва достигло ушей Каллы, прежде чем резкий холодный ветер взъерошил её волосы.
— Приятного вечера, мистер Логан. — Мимо пронёсся призрачный голос, оставив мурашки по коже Каллы.
Гуль безопасности.
Логан постучал по крыше.
— Вернусь через несколько минут, Уайет.
— Мне не нравятся твои непредсказуемые выкрутасы, знаешь ли. — Калла скрестила руки.
— Конечно, нравятся. — Логан оглянулся на неё. — На самом деле, если задуматься, это единственная причина, по которой ты позволила мне поцеловать тебя в библиотеке.
Она отпрянула.
— Что?
Он схватил её за запястье, ведя через переулок, и сказал через плечо:
— Невинная, хорошая девочка, как ты? Ты просто умоляешь, чтобы с тобой сделали что-то плохое.
— Невинная? Я убиваю волков. Вряд ли, это невинно.
— По человеческим меркам, может быть. Для супера, особенно для демона, ты настолько чиста, насколько это возможно.
— Я не чиста. Я бы хотела, чтобы ты перестал изображать из меня какую-то… Монашку или что-то в этом роде.
— Почему тебя беспокоит то, что ты хорошая?