— Я уже призналась, что ты быстрее.
Он остановился.
— Догони меня, и я расскажу тебе, за оказанную попытку.
Ей не нравились проигрышные или утешительные призы.
— Может быть, я не хочу знать эти ужасы, — сказала она, но ее интерес к нему все еще испепелял ее любопытство.
— Конечно, хочешь, — уверенно сказал он. — Ты бы не стала спрашивать, если бы не хотела этого узнать.
Она нахмурилась и попыталась найти способ заставить это сработать в ее пользу.
— Отлично, я буду участвовать в гонке, даже если… выиграю или проиграю, ты скажешь мне, откуда я тебя знаю. И на этот раз, не лги мне.
Он моргнул.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
— Я думаю, отлично понимаешь, — сказала она, смотря ему в глаза.
— Разве ты не слышишь мое сердцебиение? Я не собираюсь врать.
— Ты забываешь, я слышала, что ты сказал нашему другу. Ты сказал мне, что твой родители мертвы, а ему ты сказала, что твоя мать живет здесь. Так что, знаешь, ты солгал одному из нас, и твое сердце ни разу не сбилось с ритма.
По крайней мере, она предположила, что он говорил с ровным сердцебиением, когда разговаривал с парнем в баре.
Чейз оказался пойманным.
— Я ЛГУ, когда мне приходится.
— Или, когда это удобно. Может быть, ты патологический лжец.
— Хотел бы я, чтобы все было так просто. Контролировать свое сердце я учился в течение длительного времени.
Она вспомнила, что его выражение лица сменялось, когда она думала, что он лгал. Она встала перед ним и изучала его лицо, но склонила голову, чтобы он подумал, что она его просто «слушает».
— Твоя мать живет здесь?
— Я говорил тебе, что они умерли.
Его глаза смотрели прямо на нее.
— Где мы встречались раньше? — спросила она, «бросив» вопрос в лицо.
— Я не думаю, что мы когда-либо пересекались.
Он не моргнул, но его левый глаз немного дернулся. Этого было достаточно, чтобы назвать это ложью? А если он лгал, то почему? Что он ей не говорил?
Он снова побежал вперед. Она последовала за ним, пытаясь выяснить ее как надо двигаться. После нескольких минут молчания, он заговорил.
— Ты не должна была позволять ему касаться тебя.
Когда она не ответила, он материализовался рядом с ней и бежал спиной вперед, так, чтобы она не смогла его игнорировать.
— Он отвечал на мои вопросы, — сказала она. — Я узнала больше, чем ты.
— Я мог бы и сам получить эти ответы.
Она вздернула подбородок вверх.
— Я не думаю, что ты был в его вкусе.
Смех Чейза застал ее врасплох. Это звучало так глубоко и честно. Она вспомнила, как он вел себя в баре. Это раздражало ее, что она была до сих пор под впечатлением. Под впечатлением лжеца.
— Ты готова снова побегать? — спросил он, как будто думал, что они нашли какой-то стержень для перемирия.
Не было никакого перемирия. Нет, пока она не узнает, что он задумал. Она вспомнила свой разговор с Дженни. Кто, черт возьми, был Чейз тайно встречавшийся поздней ночью у забора лагеря?
— Давай, беги, — подтолкнул он.
— Мне надоело бегать.
Что это было с этим парнем и его бесконечными гонками? Участвовал ли он в Олимпиаде? Она оббежала его, и побежала в направлении Тенистого Водопада.
— Давай же. Это пойдет на пользу для тебя, — сказал он, снова материализуясь рядом с ней.
— Правда — вот что пойдет мне на пользу.
Она чувствовала его слишком близко к себе. Как будто они были старыми друзьями. Они шли в тишине. Ночь казалась очень тихой. Только звук их шагов по мягкой земле и хруст мертвых листьев заполнили ночь.
Они были почти у ворот, когда он заговорил.
— Мой отец был врачом. Он владел небольшим самолетом. Мы все были там. И…он упал.
Она посмотрела на него. Ничего в его выражении лица не говорило о том, что он солгал. Как раз наоборот. Горе коснулось его глаз.
— Я был единственным, кто выжил. Но мне было очень больно. Парень, который нашел меня, был вампиром. Я был носителем вируса и, когда он помог мне, я обратился.
— Значит, он взял тебя с собой?
— Да.
— Он был мошенником? — спросила она, пытаясь разглядеть в его словах правду.
Он помогал какой-то банде изгоев, которые хотели закрыть школу из-за его связи с ФРУ? Это не единичная история.
— Зависит от того, что ты имеешь в виду под понятием мошенник. Он порядочный парень, но не зарегистрирован.
Из всего, что он мог сказать, это было то, к чему она могла отнестись с пониманием. Разве не по этой причине она утаивала информацию о Чене от Бернетта? Поэтому она не упоминала своего дядю или тетю?
— Поэтому ты приехал в лагерь? — спросила она.