— Невиновен! — закричал он.
— Что? — спросила Делла.
Но когда она моргнула, мистер Йетс не смотрел на нее, а разговаривал с ней из камеры. Что, черт возьми, происходит? Она уснула или ей все это мерещится?
Она снова моргнула, и туман в ее мозгу только увеличился. Воздух вдруг изменился, и она почувствовала запах мокрой грязи. Наступила тяжелая ночь. Ее взгляд осмотрел все вокруг, ожидая увидеть класс, но она видела только лес, точнее деревья, которые, будто бы, уставилась на нее. Она взглянула на свои руки. Кольцо с бриллиантом, обручальное кольцо сверкнуло у нее на левой руке.
Обручальное кольцо? Какого черта?
Внезапно, ее руки стали непохожи на ее руки. Она покачала головой, ощущение, как будто ее вырвали из реальности. Ничего не имело смысла. Ничего имело значение, но ей нужно было снять это чертово кольцо. Она начала дергать его, но ее руки были покрыты кровью. Много и много крови. Но кровь не показалась ей такой огромной, как это кольцо. Она снова пыталась его провернуть, но как бы то она не старалась изо всех сил, она не смогла его снять. Она чувствовала себя парализованной или… мертвой.
Ее сердце дрогнуло. Она не была мертва. Запах грязи исчез, но крови на ее руках уже не было. Она почувствовала, как жесткий школьный стол упирается ей в спину. Она дернулась, но потом, кровь исчезла.
И кольцо исчезло.
У нее перехватило дыхание.
— Делла? Делла?
Вдалеке кто — то назвал ее по имени. Но ее это не волновало. Она продолжала смотреть на свои руки, поворачивая их то в одну, то в другую сторону.
Черт возьми! Что произошло?
Она закрыла свои глаза.
Невиновен. Невиновен. Невиновен.
Слова отозвались эхом в классной комнате, как будто все вдруг стали повторять их. Делла вскочила со своего места и осмотрелась. Все смотрели на нее, но никто ничего не говорил.
— Делла? Делла?!
Ее имя снова повторили. На этот раз Делла узнала голос мистера Йейтса. Она заставила себя взглянуть на него. Он смотрел на нее озадаченно. Делла осмотрела класс, видя, как все на нее таращатся, как будто она чокнутая. И, черт возьми, возможно, они были правы.
— Делла? — снова сказал мистер Йетс.
— Да, — успела ответить она, но только после того, как зарычала на уставившихся зевак.
— Ты в порядке? — спросил он, подойдя к ее столу.
Нет. Я начинаю сходить с ума.
Она кивнула.
— Ты меня слышишь? — спросил он.
Она уставилась на него, и он, должно быть, получил от нее сообщение, что она ни черта не слышала.
— Холидей хочет тебя видеть. В кабинете.
Чувствуя, как дрожат ее внутренности, она схватила книгу и пошла на поиски Холидей.
Надо найти ее и сказать, чтобы она позвонила людям, которые пришли эти люди в белых халатах и завязали ей сзади руки. Потому что Делла была уверена, что она была на пути к тому, кто нуждается в мягкой камере. К тому времени, как она добралась до офиса, она убедила себя, что жить в мягкой камере не ее призвание.
Холидей поднялась из-за своего стола. Беспокойство отразилось на ее лице.
— Что случилось? — спросила Делла, предвидя только худшее, она надеялась, что это не было связано с видениями о крови или об обручальном кольце.
Что-то случилось с кем-то из ее семьи?
Холидей жестом предложил ей сесть. Игнорируя это, Делла встала посреди офиса, все еще чувствуя себя оглушенной.
— Что случилось? — настояла Делла.
— Лоррейн Бейкер приходила сегодня утром. Не на долго, — лидер лагеря погладила свой живот.
— И «что»? — спросила Делла, пытаясь убедить себя, что это хорошая новость.
Она подумала о Билли. Может быть, теперь у них будет возможность его оправдать.
— Когда я попыталась заставить ее поговорить со мной, она сообщила мне, что она уже общаюсь с кем-то. Но она не была хорошим слушателем.
У Деллы закружилась голова.
— Тогда она лжет, потому что Кайли хороша в этом. Может спросим ее? Может, Лоррейн что-то сказала Кайли.
Что-то, что помогло бы Билли. Что-то, что не позволит любителю шахмат играть на флейте в тюрьме.
Холидей откинула волосы через плечо и скрутила их. В ее глазах было волнение.
— Это не Кайли, — сказала Холидей. — Она сказала, что разговаривала с тобой.
Хорошо, «присесть» на диван вдруг прозвучало как «хорошая идея». Делла опустилась на него. Диван дрогнул под натиском ее тела. Но не настолько громко, как Делла хотела бы сейчас крикнуть.
— Но я вампир.
У Деллы пробежала дрожь по спине, и она поняла, что действительно связалась с призраком. Канал. Но что же сказала Кайли? О да, ведь некоторые духи, с сильной связью, могут прикрепиться к нормальному человеку, не связанному с «говорящими с призраками». Она думала, что она просто одна из них. Не столько нормальная, но кто-то, кто не входит в круг разговаривающей с мертвецами.