Пылающее воинство, находившееся на пике человеческой цивилизации, когда речь шла о индивидуальной силе, превратилось в посмешище. Досточтимый лидер легендарного воинства сначала потерял оружие перед юношей, а затем оказался безжалостно втоптан в землю будто насекомое. Произошла даже не битва, не драка, а избиение.
Это полностью сокрушило мировоззрение как гражданских, так и военных со священнослужителями.
Конфликт на Омелуме за считанные минуты перестал быть местечковым, получая все больше и больше внимания. Люди, подобно кому, скатывающемуся с горы, присоединялись к трансляции во все большем количестве. Ни военные, ни священнослужители не могли ничего с эти поделать.
Вскоре вся твердыня была охвачена нерядовым событием, следя за происходящим из логий, с рабочих мест, и даже с военных аванпостов за пределами космической базы.
Солем, сидящий в мрачном кабинете, потирал надбровье, испытывая серьезную головную боль. Сколько проблем готов досадить ему агрессивный сопляк?
— Проверяем одного за другим. — Влад стоял рядом с Жозефом глядя на недоумевающих солдат, выпущенных из-под конвоя.
Простые вояки и офицеры выходили из казармы без снаряжения со связанными руками. Что касается Форготта Лайона, и высших офицеров, то их заковали по самое не могу специальными колодками. Устройства блокировали руки по локти и ноги по колени, так что красным колпакам пришлось освобождать их на месте.
— Краус? Что происходит? — Форготт, проморгавшись под лучами Центауруса, встал как вкопанный.
Освещение в казарме намеренно приглушали, чтобы в случае активации пионических способностей, отражающихся в мире молниями, вычислить и устранить угрозу. Из-за этого бойцы не сразу могли оценить окружающую обстановку, а когда удавалось, вопросов становилось только больше.
— Договорились о честной проверке. — Влад ответил спокойно, но от этого реакция офицеров не стала менее яркой.
Мужчины, закованные в кандалы, пучили глаза в недоверии. Разве они не делали то же самое, и в итоге не оказались заключенными? Как так вышло, что трехзвездный офицер смог договориться, а они не смогли?
Так или иначе, проверка началась. Красные колпаки подвели первого солдата, бросая мрачные взгляды на трехзвездного еретика.
— Ну что, чист? — Влад ухмыльнулся, когда амулет Жозефа не отреагировал на небритого мужчину.
— Заражение не обязательно выявляется артефактом, оно…
— Можешь не рассказывать. — Влад прервал оправдательный спич. — Я буквально несколько дней назад сдал всеобъемлющий экзамен по потусторонним измерениям и способам борьбы с их выходцами и у Солема Нимандиса.
Глаза Благочестивца расширились. Он не верил, что глава пылающего воинства принял экзамен у кого-то из военных.
Подозвав солдата из двенадцатой очистительной, Влад забрал у него рельсовую винтовку, и разобрав, вытащил электромагнитный репульсор.
— На Омелуме обнаружены только потусторонние измерения шоа. — Подойдя к проверяемому солдату, Влад срезал футболку, повернул его спиной, а затем вдарил репульсором по позвоночнику. Мужчина дернулся, но ничего больше не произошло. — С псиониками и истинными потусторонними все понятно, на них артефакты реагировать должны как надо. Зараженные категории выше искаженных, такие как: контролеры, свежевали разума, и пси-тираны, имеют явные физиологические отклонения. Раздутая голова — минимальный уровень мутаций. Что касается тех, о которых говоришь ты, не выявляющихся под действием артефактов и внешне незаметных, то это либо спящие личинки паразитов, либо люди с подчиненным сознанием.
Снова развернув мужчину, Влад посветил в глаза фонариком из той же разобранной винтовки, демонстрируя весь процесс и Жозефу, и миллиардам зрителей.
— Личинки откладываются в голову, а яйца в межпозвоночное пространство. Чтобы проверить заражение, необходимо пустить по телу разряд тока, и, если личинки в голове, они попытаются высунуться из носа, или ушей, а если яйца в позвоночнике, на спине появляются грыжи, так как паразиты быстро вылупляются. — Влад говорил без запинки, словно наизусть заученную речь. На самом деле так и есть. Эйдетическая память очень полезна, когда речь заходит о точном запоминании и изложении информации. — Что касается тех, чей разум контролируется…. Они делятся на два типа: чья воля подчинена, и чьи воспоминания подменены. Подменить воспоминания может только кто-то уровня пси-тирана. Но если бы такая тварь была здесь, Омелум уже принадлежал бы измерению шоа. А вот подчиненные имеют один очень явный признак — их зрачки, из-за того, что мозг по сути, заперт в искусственно созданном мире, не реагируют на свет. Они расширяются и сужаются только тогда, когда активируются внутренние, а не внешние раздражители.
Проверка первого солдата показала, что он чист по означенным признакам, и это увидели все.
— Есть что дополнить касательно моих знаний о потусторонних шоа и их проявлениях? — Влад повернулся к Жозефу, показывая растерянное лицо миллиардам людей. — Кажется, нет. Как твое имя?
Вновь повернувшись к солдату, оставшемуся без футболки, Влад с интересом спросил.
— Капрал двенадцатой очистительной армии Тэйд Скайвон! — Отчеканив слова, небритый мужчина ударил кулаком по предсердию, выпрямляясь перед Владом. Он уже приготовился принять смерть вместе с товарищами, однако неожиданно, молодой офицер вступился за него.
В этот момент Тэйд испытывал ни с чем несравнимую благодарность. Даже если бы все в итоге закончилось казнью, он не испытывал бы сожалений. Ведь армия готова встать даже против Элистократума ради него и других бойцов.
— Скажи Тэйд, сколько заданий ты выполнил на службе? — Влад продолжил спрашивать.
— Сто двадцать семь, сэр. — В стойке смирно, продолжил мужчина.
— Сто двадцать семь… — Влад покачал головой, оборачиваясь к благочестивцу, который до сих пор не пришел в себя. — Сто двадцать семь заданий… Вау… Ты это слышал? Как минимум сто двадцать семь раз этот человек ставил свою жизнь на кон, чтобы люди в твердыне могли жить дальше. Чтобы дети могли расти. Чтобы мужчины продолжали трудиться. Чтобы женщины рожали. Чтобы ученые творили. Чтобы студенты учились. Чтобы свет человеческой цивилизации не угас. И ты хотел убить его, не просто невиновного, героя. Ложно обвинил, и не оставил даже шанса на оправдание.
От слов Влада у Тэйда сжались кулаки, а у бесчисленных людей, которых сейчас в трансляции почти триллион, сердца.
— Я… — Поняв, что трехзвездный офицер завел его в этическую ловушку, Благочестивец не знал, какой ответ подобрать.
Но Влад не дал сделать и этого, коротким хуком выбив сразу несколько зубов из полуоткрытого рта.
Священнослужитель упал, скуля и прижимая ладонь с почерневшими пальцами к пасти. Солдаты вокруг, особенно те, кого только освободили из-под стражи, втянули холодный воздух в легкие. Они не могли поверить, что Краус ударил Благочестивца…
Глава 71
Еще есть шанс
Удар в лицо Благочестивца прошелся волнами восхищения и возмущения по умам триллиона людей, присоединившихся к трансляции. Кто-то негодовал по поводу недопустимости подобных действий, кто-то был тронут решительностью, смелостью, и праведным гневом. Но никто не остался равнодушным.
«Успех…»
Влад пытался добиться общественного резонанса, и он это сделал. Все благодаря закрытой политике Элистократума относительно потусторонних.
На самом деле несправедливое заключение двадцати тысяч солдат и их предстоящая казнь — необходимость, обусловленная реальными причинами. А не произвол Элистократума, как все выставлял Влад.
Церковники не просто так уничтожали всех, кто имел контакт с силами иных измерений и зараженными. Исследования в данной области и анализ статистики четко показывали тенденцию, что причастные поддавались потустороннему искушению с гораздо большей вероятностью, чем обычные люди.
Будь то из-за отчаяния от осознания силы, скрывающейся в нереальности, восхищения ею, или же опосредованного влияния энергетических миазм, неважно. Свидетелей и контактировавших устраняли по важной причине. Но людям не объяснишь, что они должны быть убиты, потому как видели лишнее, и Влад воспользовался данной неурядицей.
Опасался ли он последствий в виде появления новых потусторонних в рядах армии? Определенно. Однако упускать возможность, дарованную самой вселенной — сущий идиотизм.
Главное в сложившейся ситуации — заручиться поддержкой военных и свергнуть Элистократум. А с последующими проблемами разобраться можно и позже. Со знаниями логии фламмель он уверен, что сможет устранить неприятные отголоски сегодняшних событий.
В логии милитарис девяносто шестого уровня, где занятия должны вовсю идти, ученики и учителя сидели за партами в удушливой атмосфере. Они одними из первых узнали о трансляции благодаря бывшим однокурсникам Крауса. И вот теперь военная академия тихо переваривала увиденное.
— Таким должен быть офицер. — Макартур, чьи механические части тела гудели даже в статичном положении, кивнул.
Все это время он пытался вернуть гениального артиллериста обратно логию, посылал запросы, оббивал двери. Тщетно. Кто бы мог подумать, что талантливый юноша за такой короткий срок преуспеет не только как трехзвездный офицер, но и как истинный воин человечества, готовый бороться за братьев по оружию несмотря ни на что.
Для солдата нет большей чести, чем умереть за товарища. И Влад, в своем отчаянном положении, сохраняя невозмутимость и решительность, воплотил эту благородную черту в абсолют. Даже старые и черствые офицеры как он испытывали ни с чем несравнимую гордость, когда за несправедливо обвиненного товарища юный офицер готов был разобраться с представителем Элистократума. Не с жалким послушником и не с адептом, а самим Благочестивцем!
— Подготовьте корабль до Омелума. — Макартур голосом управлял ай-би, оформляя бронь на дальний полет. Он готов был потратить все деньги, чтобы оказаться рядом с достойным офицером, и, если придется, встретить вместе с ним смерть. Многие солдаты и офицеры в армии думали так же.
Кто-то видел в действиях Влада четкий расчет, холодный и жестокий, но это не умоляло, а только добавляло восхищения. Смелость и верность — прекрасные черты, но если они поддерживаются умом, то это не просто надежный солдат, это кто-то из высшей категории командования.
Многие в этот день узнали о существовании Крауса Майнорда, самого юного трехзвездного офицера за последние шестьсот лет. Того, кто готов встать грудью на защиту товарищей. Того, кто обладал силой, превосходящей даже пылающих воинов! Того, кто словами и действиями зажег тлеющий огонек в сердцах военных и многих гражданских, пострадавших от действий Элистократума.
Тем временем на Омелуме Влад продолжил проверку, тщательно и осматривая каждого солдата. Он спрашивал у всех без исключения: имя, сколько заданий выполнено, иногда ход их выполнения, а затем бил священнослужителя. Уже на тридцатом солдате Благочестивец с переломанными костями валялся без сознания, так что Влад продолжил в одиночку.
Среди заключенных попадались и зараженные. У одного черви даже попытались перескочить на Влада, выскочив из ноздрей. Благо он уклонился от броска и испепелил тварей плаз-винтовкой. Совсем мало, буквально двое оказались с подчиненным разумом, и около трехсот зараженных личинками и яйцами. Их Влад прикончил на месте, без жалости и промедлений.
Все остальные, более девятнадцати тысяч, включая высший офицерский состав, вышли из проверки сухими. Лысые братья с благодарностью, и одновременно с тревогой смотрели на юного офицера. С одной стороны, он спас их, но с другой привел армию в еще более отчаянное положение потенциальных предателей.
— Все в порядке, еще есть шанс. — Лекс, руководивший аналитиками с куда более возбужденным лицом чем вначале, поспешил успокоить командера и зама.
Он как никто знал, насколько огромный отклик получила трансляция. Более трети всего населения твердыни посмотрели ее, и почти все официальные военные силы отметились под записью, выражая молчаливую поддержку. Элистократуму будет не так просто избавиться от них.
Пылающие воины, вместе с командиром, пришедшим в себя, получили приказ не вмешиваться от самого Солема. Они лишь хмуро наблюдали за процессом поиска зараженных, ища недостатки. Но к своему шоку, так и не нашли их.
Проверка завершилась, трансляция тоже, и Влад, в сопровождении высших офицеров, отправился в штаб.
Солдаты, даже те, что принадлежали четвертой очистительной армии, расступались на пути. В сердце каждого юный офицер стал недосягаемой фигурой, способной посоперничать даже с верховным коммандером твердыни.
Именно такого уровня лояльности пытался добиться Влад, спеша на Омелум и тратя огромные деньги, рискуя жизнями своей и всей семьи. Он все еще испытывал тревоги по поводу брата и сестры, но Эгис не идиот и должен понять, что к чему. Он некоторое время сможет выживать на Медизе, главное забрать их вовремя.