В выражение «лица» королевы я не всматривался, как-то мне было не до праздного любопытства. Беседовать с этим чудищем я не собирался.
Но вот и новости от Симба.
= Подготовлен план внесения изменений в метрическую матрицу королевы-матки, которые незаметно для суперпсиона и его операторов нейтрализуют его воздействие на королеву-матку; внесут закладки, позволяющие оператору контролировать поведение матки, то есть, в зависимости от ситуации парализовать данное существо, вводить в искусственную кому, производить отрицательное стимулированое посредством болевых импульсов.
«Ну ты изувер», — пробурчал я. — «Зачем болевые импульсы, если ее можно просто запрограммировать?»
= Интерфейсы программирования поведения матки находятся в процессе изучения. — ответил Симб.
«Хорошо, вноси скрипт, который уже подготовил». — согласился я с логикой Симба.
Несколько секунд не происходило ничего. Я мог только верить Симбу, что суперпсион уже не властен над маткой, хотя и не знает об этом. Что матка перешла под мой контроль, хотя тоже не знает об этом. Не должна. Но вот начались и изменения.
Лицо матки, до сих пор хранившее бесстрастное «выражение», как у статуи индийской богини, пришло в движение. Глаза настороженно и с недоумением, вполне человеческим, начали осматривать зал. Чиркнули по тому месту, где стоял я, как по пустому месту. Что ж, хорошая маскировка, Опекун исправил свои косяки. Тело и ноги королевы слегка дрогнули, как если бы она проверяла, слушается ли оно ее. А в моей голове раздался голос.
«Кто ты?»
«Дим», — автоматически ответил я, как если бы меня мысленно спрашивал мой искин или симбиот.
«Дим… Ты — темный бог и наш брат. Мы дождались. Воистину, мы дождались!»
«Что?! Какой я тебе брат, гни… э-э… красавица многоногая? Насчет бога спорить не буду, хотя мне и нет никакого дела до этих рангов и классификаций. Я — это я, вот — все, что следует обо мне знать».
«Я — это я… Ответ, достойный бога. И да, ты — брат. Мы разговариваем и понимаем друг друга. Без труда, без помощи духов-переводчиков. Ни с кем в этом мире мы, наши сестры, не могли общаться так легко».
Тут я вспомнил, что три копии нейросети, которые мне поставили в лаборатории у профессора Ароша, назывались «Арх 7МК», и созданы они были на основе того, что опознали как нейросеть в голове пленного пилота-арха. А еще Тая, пока мы летели от планеты Суккуб в сектор с портальной аномалией, как-то обмолвилась, что профессор Арош, пытаясь понять, как я могу что-то соображать с таким низким индексом интеллекта, невольно сравнил мое мышление с мышлением арха. Похоже, профессор, имея в виду фигуру речи, метафору, выразил, на самом-то деле, — медицинский факт.
И что мне теперь с этим фактом делать? Ведь пришел я сюда, чтобы двоих из этих сестричек поработить, а остальных — убить.
Кстати, как именно мы общаемся? Я же не установил еще интерфейсное соединение с ее метрической матрицей, подобно тому, как сделал это, чтобы установить контакт с Иилой в момент нашего знакомства. С паучихой я разговариваю по той самой мыслесвязи, которой овладел благодаря нейросети «Арх 7МК».
«Хорошо», — ответил я. — «Пусть так. Ты, говоришь, дождалась. Чего? Каких действий ты ждешь от своего брата?»
«От брата — помощи. От бога — повелений».
«Нет уж, давай подробнее. Расскажи, что ты делаешь в этом зале, что делают рабочие особи, которыми ты управляешь, и что было до того, как ты оказалась в этом зале».
«Когда-то давно и мы, и змеелицые жили в одном мире. Мы воевали друг с другом и ели друг друга. Потом пришли ночные тени и поработили и нас, и их. Меня и еще нескольких сестер захватили и заточили в каком-то подземелье. Больше я не помню ничего. Я знаю, как управлять рабочими особями, но откуда я это знаю, не могу понять. До порабощения наше сродство было не таким, как сейчас».
«Ночные тени, как они выглядят? Я попробую передать тебе образ».
«Да, именно так… О, кто их так выжигает и рубит? Ты? Это твое воспоминание? Ты убивал их? Ты умеешь убивать их! Воистину, мы дождались!»
«Опять же, не буду спорить. Но тебя, сестричка, не смущает то, что я выгляжу совсем не так, как ты, и не так, как рабочие особи?»
«Нет. Ты — бог».
«Хорошо. Но так же выглядят и многие другие, кто входит в мой круг. Дети, например. Тебе не захочется, при встрече, всех их убить и съесть?»
«Повелишь убить, убью. Повелишь любить, буду любить. Повелишь отдать жизнь за них, отдам».
«Похвальное послушание… Значит, ты не помнишь ничего и не знаешь ничего о тех, кто владеет этим залом, этой системой, отдает приказы твоим рабочим особям? Кстати, мы их называем архами».