Тут у моих ног неслышно материализовался миниатюрный тарк Гааг. Анчар и Кицунэ отнеслись к его появлению неожиданно спокойно, видимо, почуяли его раньше меня.
— Познакомьтесь, — сказал я им. — Это — Гааг, ваш молочный брат. От него вы восприняли навыки маскировки и ментального нюха. А ты, Гааг, что тут делаешь?
— Служу следопытом у тетенек с красными глазами, как ты и приказал. Их старшая самка велела мне следить за этим местом, пока она здесь. Чтобы никто не мог к ней подобраться на расстояние поискового плетения.
— Молодец. Правильно.
Улетая с этой планеты, я оставил Гаага фуриям. Как незаменимого следопыта, в помощь их разведывательно-диверсионным операциям.
— А недавно она посылала меня разведать место поселения двуногих с другим лицом. — Гааг переслал мне образ псоглавца-клонга. — Их ты видел у тех развалин, где я следил за тобой.
— Помню. — ответил я.
Значит, клонги решили все-таки обосноваться в этом мире, невзирая на мои предостережения. Что ж, это их выбор.
На крыльцо вышла фурия Нарая.
— Гааг уже рассказал тебе, чем мы занимались в течение года после твоего отбытия?
— Да. — машинально ответил я.
После чего вздрогнул и внимательно посмотрел Нарае в глаза.
— Сколько, ты говоришь, времени тут прошло?
— Пятьсот сорок дней.
Кира быстро произвела расчет и доложила:
= Коэффициент ускорения времени по сравнению с Содружеством уменьшился с двухсот сорока до ста одиннадцати.
Нарая заметила изменение в выражении моего лица.
— Что-то не так?
— Не хочу вас беспокоить, пока сам не проверю. У тебя есть артефакт для связи с Киалой, нашим послом в мире Тирия?
— Да.
Нарая раскрыла свою дорожную сумку и достала артефакт.
— Киала, привет!
— О, Дим, как я рада тебя видеть. Хочу показать тебе дочерей, но они в школе сейчас.
— Я сам вас навещу и пообщаюсь с дочками. Сейчас у меня срочный вопрос. У тебя там есть какой-нибудь артефакт для измерения времени?
— Да. Песочные часы. Одна минута.
— Поставь их, пожалуйста, по моему сигналу. Мне нужно уточнить разницу хода времени между вашим миром и этим.
— Тогда я должна их поставить в метрах трех от переговорного артефакта. Ты же знаешь, он окружает говорящего вневременным пузырем, где время устанавливается по самому медленному из миров собеседников.
— Хорошо. Сейчас разрываешь связь. Ставишь часы. Через час по вашему времени немедленно связываешься со мной.
— Ладно… Так и сделаю.
Связь прервалась, а я запустил секундомер нейросети.
Через пять минут мигнул артефакт связи.
— Дим, у нас прошел час.
— Спасибо. Завтра повторим замер.
Любопытная картина выяснилась и тревожная. Мир Галанат живет медленнее мира Тирия в двенадцать раз, а год назад коэффициент был равен шести. Собственное время Галанат замедлилось в два раза, что показывает сравнение даже не с одним, а с двумя никак не связанными между собой мирами. Подобные изменения просто так, ни с того, ни с сего, происходить не могут. Если повторные замеры подтвердят сегодняшние результаты, не меньше пары недель по времени Содружества уйдет на то, чтобы выявить тренд. Изменение может быть: единовременным; циклическим; монотонным. В последнем случае необходимо установить тип замедления: линейный, квадратичный, геометрический, и т. д. Так или иначе теория времени, которую мы построим, будет по необходимости краткой: о прошлом этого мира до того, как я появился тут, можно только догадываться. «Появился тут…», повторил я про себя. Не запустил ли я механизм замедления, взорвав портальную аномалию? С одной стороны, вряд ли. Слишком несопоставима энергетика одной, пусть и мощной, аномалии и целого сектора, включащегося в себя не одну, а несколько звездных систем. С другой стороны, кто их знает, эти аномалии, как они живут и чем дышат. Непонятно.
На крыльцо вышла Делиса с сестрами-стихиями. Нарая окинула их взглядом и деликатно удалилась в дом.
— Девочки рассказали мне о планете, на которой ты собираешься их поселить. В том числе и о твоих планах по ее обороне от нападений извне. Ты не будешь против, если и остальные повелительницы переселятся туда же? Мы дадим тебе вассальную клятву.