— Киная! — окликнул я лиирку, которая заигралась с подростками-дельфинами и уплыла километров на пять от меня.
— Дим! Я здесь! Я слышу тебя! — девушка едва могла перевести дыхание, но явно не от недостатка кислорода. Скорее — от зашкаливающего воодушевления.
— Вернись к взрослой части стаи. Посмотри, нет ли больных.
— Я и так вижу. Серьезно больны трое. У самочки с детенышем трехнедельным — порок сердца. Если не помочь, то так и уйдут вместе на дно.
— Вот и помоги. Нечего там с недорослью плескаться.
— Сейчас… подплыву только… — ответила Киная, не в силах перевести дух.
Странно. Такой искрометной радости лиирка не испытывала ни разу за время нашего знакомства. Ни с Ликорном, ни с Кицунэ. А вода и вовсе вызывала у нее животный ужас. Океан Суккуба — весь во власти ураганов — сверху — и жутких монстров снизу.
— Но я так и не поняла, чего ты хочешь от этих милых левиафанчиков? — спросила она, подплыв поближе.
Ага. Предчувствие ее не обмануло.
— Вот этого и хотел. Сделать из них младших братишек для нашего левиафана. А также — помощников, и в труде, и в бою.
— Что?? Да ты… Да как?? — Киная чуть не захлебнулась в праведном гневе. — Таких милых… ню… не… ни… ня…
— Няшных?
— Да! Няшных! Превратить в убийц крейсеров?
— Не волнуйся. Дельфинам это не грозит. Слишком маленькие.
Я вынырнул на поверхность и лег на спину, позволив океанской волне вертеть мной как ей вздумается. Вошел в боевой транс и начал пересматривать изначальный проект. Стартовый размер тела животного должен быть в два-три раза больше того, что я вижу. Какие еще бывают дельфины? Кира мгновенно представила мне сводку по семейству дельфиновых. Короткоплавниковая гринда — более пяти метров в длину. Хорошо, но мало. Косатка, 6–8 метров. Уже ближе…
— Киная, заканчивай с лечением, без спешки. Потом найди меня и под маскировкой, вместе с Ликорном подлетай ко мне.
Лиирка «кивнула», не говоря ни слова. В медитативном трансе она превращалась в бесчувственный магический компьютер, генерирующий плетения со скоростью десятка два-три в секунду.
В поисках максимального разнообразия метрических матриц косаток я постепенно сместился к невидимой «границе», отделяющей Мексиканский залив от Атлантики. Сначала меня вел Ликорн своим транспортным лучом, потом пришлось помогать себе и «прыжком», и обычными портальными перемещениями. Ставить рекорды заплывов я не собирался. Набрав достаточную статистику по анатомии и физиологии «китов-убийц», я соединился по гиперсвязи с кластером искинов «Управленец», что размещен в нашем офисе на Рекуре-4 и задал перерасчет «новой формы».
Что за «форма», спросите вы? Дрон-истребитель. Около 20–25 м в длину, остальные измерения в пропорции семейства дельфиновых. Подобно левиафану — полностью живое существо с возможностью пополнения технологическим «обвесом» — экзоскелетом, как это реализовано в левиафане. Правильнее, впрочем, говорить о эндоскелете, ведь от размещается не снаружи, а во внутренних полостях существа. «Биология» и энергетика — полностью ядерная, холодный синтез. Реактор — часть природы существа, то есть — один из его внутренних органов. А вот двигатель пусть остается «симбиотом», в том же смысле, в каком наш, человеческий организм пользуется симбиозом с микрофлорой кишечника, а клетка эукариота — симбиозом с митохондрией. Принципиальным же отличием дрона от левиафана станет отсутствие экипажа. Разве что небольшую двухместную спаскапсулу стоило бы предусмотреть. Оттуда и управлять можно будет дроном, пусть и не в режиме пилотирования. Давать задания, переместиться, например, в точку А, уничтожить цель Х, и тому подобное. Так и быть. Соответствующее исправление я тут же послал на кластер «Управленец».