Возвращаться в общагу не хотелось. Я поехал к Кристине. Но ее дома не оказалось, и на телефонный звонок она не ответила – наверное, была занята на очередных съемках или показе. Я запоздало сообразил, что мне следовало позвонить ей заранее, тогда бы я мог не ездить к ней. Но время было упущено. Я вышел из подъезда ее дома, сел на лавочку. Видимо, все-таки придется ехать в общагу. Или, может, съездить к родителям?..
- О, привет! – услышал я вдруг знакомый голос. – А ты что здесь делаешь?
Подняв голову, я увидел Лолу. Она шла ко мне. С этой девушкой я иногда виделся у Кристины, раз или два встречал их вместе гуляющих в городе. Мы не знали друг друга близко. Но в моей телефонной книжке был ее номер.
- Привет! – я поднялся. – Хотел зайти к Кристине, но ее нет. А ты тоже к ней?
Она неопределенно пожала плечами.
- Просто мимо проходила. Поднимешься со мной?
Я удивился.
- А у тебя есть ключи?
- Конечно. Я курьером подрабатываю, офис фирмы недалеко. Периодически захожу пообедать или выпить чашку чая. Ну, что, идем?
Я задумался.
- Нет, знаешь… Я, пожалуй, к себе поеду. Зайду в другой раз… - Я живо представил себе, как возвращаюсь в общежитие, в осточертевшую комнату, и начинаю обретаться среди стен, не зная куда себя деть. И тут же мне в голову пришла отличная идея. То есть, в тот момент она показалась мне отличной.
- Слушай, а поехали ко мне? – предложил я. – Приглашаю в гости.
- Поехали, - легко согласилась Лола.
И мы поехали… Еще по дороге к общаге я почувствовал, что сделал Лоле это предложение по глупости и от отчаяния. Вряд ли я вообще соображал, что делаю, хотя это меня, конечно, не оправдывало. Даже не знаю, что подумала Лола, когда я позвал ее к себе. Может быть, она сочла даже, что я хочу ее соблазнить. Так что, пуская Лолу в свою комнату, я чувствовал себя очень неловко.
- Проходи, располагайся, - лепетал я, попутно ругая себя за то, что, уходя, не удосужился даже прибраться. – Чай будешь?
Она сказала «да», и я включил электрочайник. Потом вспомнил, что в нем нет воды, снял его с платформы.
- Я сейчас вернусь. Если хочешь, посмотри пока рисунки.
Я вышел в секцию, чтобы наполнить чайник. Вода из крана струилась еле-еле, и я беспокоился, что Лола заскучает из-за долгого моего отсутствия. Но, когда я вернулся, Лола совсем не выглядела скучающей. Она рассматривала мои зарисовки, пачка которых в открытой папке лежала на столе. Там были, в основном, однообразные городские пейзажи, выполненные карандашом или акварелью.
- И надо было тебе променять рай на эту пакость, - сказала она, помахав одним из эскизов. Надо признаться, он был довольно мрачным.
Я понял, что она тоже в курсе моей больной фантазии – уж не знаю, Бренди ей рассказал или Кристина, – и молча проглотил обиду. Придется подыгрывать, больше ничего не остается.
- Я променял рай прежде всего на любовь, и только потом уж на все остальное, - я поставил чайник на платформу, снова включил его. – Я остался, потому что захотел остаться. И пока еще не жалею об этом, хотя бывает непросто.
- Любовь? – удивилась она. Собрав эскизы в папку, она взяла ее в руки и села в единственное в комнате кресло. – Я думала, ты любишь Кристину.
Ну вот и что я должен был ответить на это?
- Я… не люблю ее. Только ей не говори, пожалуйста.
Лола пожала плечами. Она рассматривала рисунки. На каждый она смотрела внимательно и подолгу. Одни пролистывала, другие откладывала. Никакой системы в расположении рисунков, собранных в этой папке, у меня не было, так что я не сердился. От нечего делать я покрутился по комнате, потом спасительно забурлил чайник, и я принялся заваривать чай и накрывать на стол с гораздо большим энтузиазмом, чем это требовалось. Черт знает, что со мной творилось.
- Тебе крепкий?..
Потом мы пили чай. Перед тем, как взяться за чашку, Лола отложила папку с рисунками, положив несколько выбранных перпендикулярно остальным, чтобы не смешались.
- Ты хотел поговорить со мной о Кристине? – спросила она.
- Нет. Дело не в ней. Просто…
Лола кивнула. Это сбило меня с толку.
- Ты не знаешь ничего о Кате? – спросил я.