- Зайдешь ко мне? – предложила она.
Зачем-то оглянувшись, Бренди ответил:
- Да, пойдем.
И они пошли в гости к Лоле.
Войдя домой, Лола поставила кипятиться чайник.
- Значит, ты теперь живешь здесь? – спросил Бренди, заходя следом за ней на кухню. Он потер ладони, приложил их к боку чайника.
- Холодный еще, - сказала Лола и, подойдя к Бренди, подняла руки: - Давай сюда.
Бренди обнял Лолу выше талии, та опустила руки, плотно прижав их к бокам. Бренди блаженно заулыбался.
- Кое-что никогда не меняется, да? – спросила Лола.
Вместо ответа Бренди обнял ее крепче.
Вскоре после того, как они с кухни перебрались в комнату, засвистел чайник.
- Пойдешь выключишь? – спросил Бренди.
- Неа. Там много воды. И газ еле горит.
- Тогда ладно…
Так они и занимались любовью – под уютный свист кипящего чайника. Когда же они, оба довольные и расслабленные, наконец вернулись на кухню, воды в чайнике осталось на самом донышке. Пришлось налить свежей и кипятить ее по новой.
К полуночи домой вернулась Наталья Ивановна. Она была очень удивлена, застав в гостях у дочери представительного молодого человека, с которым та сидела на кухне.
- Привет, мам! – сказала Лола. – Бренди, это моя мама, Наталья Ивановна. Повернувшись к матери, она продолжила: – Мам, это…
И тут Лола поняла, что не знает, как зовут Бренди. Бренди понял, рассмеялся. Он поднялся, протянул женщине руку.
- Константин Коровин, - сказал он, глядя на женщину из-под белобрысой челки своим фирменным взглядом, перед которым никто не мог устоять. – Приятно познакомиться…
Они обменялись всего несколькими репликами, и Наталья Ивановна, смущаясь и извиняясь, отправилась в свою комнату – не столько чтобы отдохнуть, сколько чтобы не мешать молодежи. Лола и ее гость сидели на кухне, вполголоса болтали о чем-то, смеялись. Когда гость ушел, она вышла и спросила дочь:
- Оля, этот молодой человек…
- Бренди, в смысле Костя? Он тебе нравится?
Наталья Ивановна задумалась. Одобрить выбор дочери?..
- Ну… С виду хороший… Обеспеченный…
Лола улыбнулась.
- Ты слышала что-нибудь о Михаиле Коровине? Крупный финансист, в прошлом году баллотировался в губернаторы области… Это его сын.
Глаза Натальи Ивановны выразительно округлились. Она удивилась бы еще больше, если бы узнала, что сама Лола выяснила это всего четверть часа назад.
- Лола! Да он же… Это… А ты давно его знаешь?
- Да тысячу лет, - усмехнувшись, ответила Лола.
Наталья Ивановна, конечно, не могла подумать, что дочь говорит вполне серьезно, хотя Лола немного преувеличила. Разволновавшаяся, она совсем забыла сообщить дочери очень важную новость, вспомнила только когда уже легла в постель. «Завтра скажу», - решила Наталья Ивановна. Но на следующее утро Лола ушла из дома рано да так тихо, что не разбудила мать.
* * *
Когда Бренди ушел от Лолы, было уже за полночь. Выйдя на крыльцо подъезда, он выдохнул теплый белесый парок, и тот, едва потянувшись к темному ночному небу, тут же растаял. Сунув руки поглубже в карманы, Бренди торопливо пошел по улице. От темноты, сгустившейся в тени соседнего здания, отделились неприметные фигуры и последовали за ним. Теперь их было уже трое.
Бренди шел быстро. Он знал, что за ним следят, но не думал, что у них хватит терпения дождаться его этой ночью. Иначе вызвал бы такси. «Это следовало сделать в любом случае, - запоздало подумал Бренди. - Впрочем, и сейчас еще не поздно. Хотя…» Он коротко оглянулся: да, за ним шли. Вечер, а точнее уже ночь, обещала интересное продолжение.
Его преследовали, постепенно нагоняя. В какой-то момент Бренди решил, что делать вид, будто бы он не замечает этого, уже глупо, и побежал. Перестав скрываться, преследователи побежали тоже. Бренди побежал быстрее, стараясь оторваться, свернул за угол, во двор, пересек его, нырнул в арку. Преследователи не только не отставали. Они нагоняли его, приближаясь с каждой минутой. Голос, противный писклявый мальчишеский голос в его голове кричал: «Они нас побьют! Догонят, поймают и побьют!..» Но Бренди с задорной злостью мысленно орал на него: «Заткнись!.. Заткнись, заткнись, заткнись!..» - и продолжал бежать.