Музыкант опустился в потертое черное кресло, вытянул ноги, запрокинул голову. Гитара осталась на сцене как знак того, что он еще вернется. Закрыв глаза, музыкант мог представить ее, окутанную призраками звуков. Минут через пятнадцать в курилку вошел Фил, долговязый парень-официант, работавший в зале сегодня. Он принес бутылку холодного пива, открыл, протянул ее, а потом и свернутые купюры – чаевые, переданные через него.
- Спасибо, Фил, - сказал музыкант. Тот кивнул – о чем разговор, мол. И тут же сказал:
- Еще кое-что. Один посетитель хочет поговорить с тобой. Звал за свой столик, - он передал музыканту белый картонный прямоугольник – визитку. Тот изобразил на лице мировую скорбь. Очень уж он не любил все эти посиделки и задушевные разговоры, когда нужно натужно делать вид, что тебе интересно и ты стараешься понять тонко организованную и измученную душу клиента. Был, впрочем, и шанс на то, что среди его сегодняшней аудитории оказался продюсер, который заинтересовался им. Музыкант неохотно подался вперед, взял визитку, взглянул на нее… Он не заметил, как ушел Фил.
Не то чтобы он был так уж поражен – вовсе нет, этого как раз следовало ожидать. Страха он тоже не ощутил – бояться ему было нечего. И все же в этом крошечном кусочке бумаги дремала, затаившись, такая сила, что у музыканта перехватило дыхание. Потом он усмехнулся, покрутил визитку между пальцев, постучал ее ребром по колену. Когда-то это был камушек с начертанным на нем символом, потом – маленькая глиняная табличка с продавленным при помощи стило знаком или кусочек пергамена, затем – тонкая металлическая пластинка. Теперь это прямоугольник плотной, приятной на ощупь бумаги, но в центре него – неизменный значок. Интересно, чем объясняется забавная привычка Сета именно так оповещать о своем появлении? Гадать можно было до бесконечности. Что двигало Сетом, какие цели он преследовал, о чем думал – все это оставалось тайной, покрытой мраком, и ничто не могло развеять этот мрак. Логика слов и поступков Сета была неочевидна, она извивалась, как уж на горячей сковородке, не давая себя ухватить. Можно было придумать десятки причин, объясняющих его поведение. Но не было ни единого шанса доподлинно узнать, чего и почему добивается Сет на самом деле. Сунув визитку в карман, музыкант направился назад, в зал.
Сет сидел за дальним столиком у правой стены, подальше от окон. Он нисколько не изменился: тот же всеобъемлющего возраста мужчина в дорогом костюме, с легкой проседью в волосах и тихой печалью во взгляде. Сет никогда не менялся, и никто не знал, как ему это удается. То ли находил своих идеальных двойников, то ли не умирал вовсе. Чертами лица он, кстати, был схож с Клаусом Майне, солистом группы «Scorpions».
- Здравствуй, Учитель, - с улыбкой сказал он, когда музыкант приблизился к его столику. Тот пожал протянутую руку. – Или на этом языке будет вернее называть тебя Наставник?
Говорил Сет с легким азиатским акцентом. Избавиться от него было парой пустяков, но акцент был чем-то вроде изображения собачки на визитке – частью сущности.
- Местные прозвали меня Сенсей, - сказал музыкант. – Меня устраивает.
- Что ж, присаживайся, Сенсей. Выпьешь чего-нибудь?
- Да, пожалуй.
- Я закажу.
Сет подозвал официанта. Сенсею уточнять заказ не пришлось: оба отлично знали вкусы друг друга.
- Зачем пожаловал, Сет? – спросил Сенсей, когда официант удалился.
- А чем порадуешь, Сенсей? – в тон спросил Сет и подмигнул.
Сенсей улыбнулся.
- Все живы, все нормально.
Лицо Сета стало серьезным.
- Не все, - сказал он. – Об этом я и пришел поговорить.
Сет тоже посерьезнел. Принесли выпивку, но это показалось уже неуместным.
- Тебе известно, что кое-кто пропал?
- Кое-кто – это кто? И сколько именно?
- Четверо. Один из Лесного клана, двое у Фридриха, один у Пятипалых.
-У Пятипалых? – не смог сдержать удивления Сенсей.
Сет поморщился.
- Там девушка пропала. Молодая совсем. Так ты слышал об этом?
- Да, кое-что, - Сенсей признался неохотно. – К этому списку можешь добавить еще двоих из клана Смеющейся Крысы.