- Я хочу, чтобы ты перешла в мой клан, - сказал тогда Фридрих. – Ты обладаешь выдающимися способностями. Кристина не дает тебе развиваться. Носится с тобой, как мамаша. А ты ведь уже большая девочка, правда?..
Фридрих был помешан на власти. Власть и война составляли его страсти, и он старался собрать под своим господством самых лучших, самых способных бойцов, чтобы те помогали ему достигать его целей. И если кто-то приглянулся ему, он был готов пойти на все, лишь бы тот стал членом его клана. Отказов он не терпел и мстил за них последовательно и жестоко. Но тогда Лола сумела найти благовидный предлог, чтобы отказать ему.
- У меня нет никаких способностей, - сказала она тогда. – Я просто прихожу в этот мир и живу в нем. Это все, что я умею.
Она немного слукавила, но действительно совсем немного: по сравнению с настоящими боевыми способностями ее умение заживлять раны, лечить и восстанавливать собственное тело были чем-то совершенно ординарным.
- Теперь-то ты понимаешь, что я был прав, - сказал Фридрих. – Тебя нужно было лишь ненадолго оставить одну, а ты уже столькому научилась. Ты только представь себе, чего ты достигнешь, когда займешься этим по-настоящему!
Лола задумалась. Всего несколько месяцев назад эйфория пришествия еще окрыляла ее, и с той памятной встречи с Черными около дома Насти Лола дралась еще. Сама ссор не затевала, но, что называется, пользовалась возможностями – возможностями узнать, чего она стоит теперь, выпустить на свободу и увидеть воочию действие той силы, которую она чувствовала внутри себя. В каких-то поединках Лола побеждала, в каких-то проигрывала. О каких бы из них ни узнала Кристина, Лоле бы влетело. Кристина была права: ей следовало сидеть тише воды ниже травы. Пусть она и сейчас была бы не прочь воспользоваться силой, лезть в клановые войны уж точно не стоило.
- Извини, - сказала Лола наконец. – Ты зря теряешь время. Я не пойду с тобой.
- Но ты мне обязана! Это я, я тебя спас! Я…
…Она и сейчас была бы не прочь воспользоваться силой…
- Нет! – Лола прямо взглянула на собеседника. Глаза ее сверкнули. – Я не просила тебя мне помогать. Ты обратился к Сету по собственному желанию. Он сделал все по твоей просьбе. Я ни при чем! Поэтому я тебе ничем не обязана. Но я не хочу показаться совсем неблагодарной. Я готова взять на себя твой долг перед Сетом. Если, конечно, ты ему что-то должен.
Фридрих смотрел на собеседницу со смесью презрения и удивления, и по мере того как она говорила, удивление начинало преобладать. Когда же Лола закончила, он какое-то время молчал, потом дважды произнес громкое:
- Ха… ХА!.. – и в голос рассмеялся.
Лола подождала, пока он успокоится.
- Ну ты и штучка… - произнес наконец Фридрих. – А ты знаешь, что бывает с теми, кто не соглашается мне служить?
Лола пожала плечами.
- Знаю. Но это нерационально. К тому же, не забывай: я все еще член клана Кристины. Я могу рассказать ей обо всем.
«Она устроит мне знатную выволочку, но, по крайней мере, вступится за меня, если ты станешь мне угрожать», - добавила про себя Лола.
- Да? И что она мне сделает?
- Меня это не касается. Я просто напоминаю о положении дел.
Они уставились друг на друга – казалось, готовые прожечь друг друга взглядами. Лола видела открытую насмешку в глазах своего собеседника – это ее злило, но она ничего не могла с этим поделать. Злость поднималась в ней темными тяжелыми волнами, они вздымали свои хребтины и накатывали на разум снова и снова, снова и снова… И вдруг Лола подумала: да какого черта?..
- Может, выясним все здесь и сейчас? – предложила она. Стоило ей произнести эти слова, как тихая, страшная уверенность и спокойствие наполнили ее душу. Пожалуй, в этом состоянии можно было делать что угодно легко и с удовольствием – хоть драться, хоть умирать, хоть убивать.
Гость лукаво прищурился, улыбнулся.
- Нет, - сказал он и встал из-за стола. – Нет, милочка. Не в этот раз. И – знаешь, что я думаю? Я думаю, никогда. Потому что ты, - он ткнул в Лолу пальцем, - теперь никуда от меня не денешься. Ты придешь ко мне и будешь умолять принять тебя в мой клан. Тебе больше некуда будет идти. Сила – эта твоя сила – будет требовать выхода. Она станет сводить тебя с ума, разрывать. И только я смогу дать тебе возможность выпускать ее на свободу. Иначе ты попросту свихнешься. А случится это очень скоро. Не в этот, так в следующий раз. Мне нужно только немного подождать. Чего-чего, а ждать я умею. Так-то!