- Нет, вроде бы… Не знаю точно. Она дружит с одним парнем, точнее, с двумя. Точнее…
Настя запуталась, пытаясь сообразить, какие отношения у Лолы с Бренди и Сенсеем и есть ли кто-то еще, с кем бы она общалась близко. Вдруг она сообразила, что ей было бы выгодно сказать Кириллу, что у Лолы уже есть парень. Но замечательная идея пришла с опозданием, и Настя понимала, что соврать правдоподобно у нее уже не выйдет.
- Вообще-то, она довольно популярна у парней, - сказала наконец она, с тревогой гадая, оттолкнет это Кирилла от Лолы или, наоборот, распалит в нем дух соперничества. – Но она не из тех, кто любит болтать на такие темы. Кроме того, мы почти не общаемся. Так что я не знаю точно, есть у нее сейчас кто-то или нет, - она помедлила и, все-таки решившись извлечь максимальную выгоду, добавила: - Я думаю, есть.
Кирилл кивнул и задумался. Какое-то время они еще сидели молча. Затем Настя, вдруг остро ощутив усталость и раздражение, встала из-за стола, ухватила тетрадь за краешек и потащилась в комнату. Когда она, не включая свет, шлепала к своей кровати, раздались шаги на лестнице в подъезде, бряцание ключей и воркование замка – вернулись родители. Входная дверь распахнулась, и Настя громко выкрикнула приветствие. Но навстречу родителям она не вышла.
Через несколько дней Кирилл отправил Лоле в социальной сети заявку в друзья, сопроводив ее небольшим сообщением со сбивчивыми извинениями и предложением общаться. Настя узнала об этом, потому что именно она вела страничку Лолы. Ей нравилось общаться со старыми друзьями по переписке, благо жили они в других городах и не высказывали желания приехать в гости, а Лолу социальные сети не интересовали. Свой пароль Настя вспомнила без труда и вот уже несколько месяцев выдавала себя за Олю Блэк (Тиходарову). Получив сообщение от Кирилла, адресованное одновременно и ей, и не ей, она проплакала весь вечер.
* * *
Распрощавшись с Настей, Лола сосредоточила все мысли на своем проекте. Она не ожидала, что одно из объявлений на специальном стенде в колледже привлечет ее внимание, она взглянула на него только потому, что это было что-то новенькое. И объяснить, почему идея поучаствовать в конкурсе на стажировку так захватила ее, она тоже не могла: некогда было размышлять об этом. Ее воображение рисовало завораживающие картины. Музыка ее мыслей превращалась в конструкции из бетона и металла.
Сев за стол, Лола вытащила лист простой белой бумаги и принялась рисовать схему будущего проекта, потом взяла еще один лист и стала записывать на нем приходящие в голову мысли. Время от времени она машинально прерывалась и протягивала руку, как будто бы нужно было обмакнуть перо в чернильницу, но, спохватившись, только вытирала о ненужный листок стержень шариковой ручки, который начал пачкаться.
Скоро исписанной бумаги был целый ворох, в записях хватало помарок и зачеркиваний. Приведя листы в порядок, Лола включила компьютер и принялась искать в интернете информацию из области строительства и архитектурного дизайна, которой было нужно неожиданно много и которой Лоле остро недоставало. Сопромат так и вовсе ошеломил ее. Она провозилась с этим всю ночь и к утру не закончила.
Решив, что колледж день или два простоит и без ее посещения, Лола поспала несколько часов, съездила на работу, а вернувшись, снова взялась за проект. Чтобы было нескучно, включила телевизор, убавила звук.
- В ВВС США, если вертолет или самолет можно восстановить, он не считается сбитым. Так искажается статистика крушений…
Следующие три дня Лола посвящала своему проекту все свободное время. Сидя за столом, она краем глаза видела окно и отмечала, как меняется освещение, как снова и снова погружается в темноту, а потом как будто бы выныривает из нее соседний дом – как движется время. Иногда вместо соседнего дома Лола видела снег и стоящие в нем призрачные силуэты хвойных деревьев. Несмотря на то, что квартира располагалась на седьмом этаже, деревья стояли за окном стеной. Стволы и ветви были очень толстыми. «Секвойи», - подумала Лола как-то раз. Она наконец-то вспомнила, как называются эти растительные гиганты. Видя снег и деревья, Лола ощущала легкий приступ головокружения и тошноты. Усилием воли она продиралась сквозь снег, возвращала соседний дом на место и продолжала работать.
Как-то вечером заехал Бренди. Он был весел и мил, и Лола была рада видеть его, но как только дверь за ним закрылась, она вернулась к работе.