- Получается, таких духов на самом деле нет? – спросила Настя, чтобы поддержать разговор, который пока непонятно к чему начал ее собеседник.
- Не важно, есть они или нет. На данном этапе это не важно. Просто представь себе, что такие духи – бесы, демоны, джины, диббуки, называй как хочешь – существуют. Представляешь? А теперь представь себе происходящее с их точки зрения.
Настя нахмурилась.
- Не понимаю.
Сенсей усмехнулся.
- Ничего страшного. Кофе хочешь? Молока нет, но есть сухие сливки. Будешь?
Настя кивнула. Сенсей заварил две чашки кофе и на этот раз придвинул табурет к столу.
- В природе существует множество разных видов: черви, насекомые, птицы, животные, люди. Все они разные по уровню развития. Грубо говоря, у собаки больше мозгов, чем у червяка. Правильно? А теперь давай допустим, что в мире есть множество тонких сущностей. И среди них есть свои черви и собаки.
- И «люди»?
- Вроде того. Все живые существа следуют одному принципу: появляются на свет, кормятся, растут, по возможности избегают опасности, оставляют потомство и умирают. И у этих сущностей тоже есть общий принцип. Но он иной, и не следует ждать от них такого же поведения, как от живых созданий. Но их существование тоже в какой-то степени является жизнью. С их точки зрения уж точно. Теперь понимаешь?
Настя медленно кивнула.
- Вроде бы… А собака-бес обязательно должна вселяться в обычную собаку или она может вселиться в человека?
Сенсей улыбался, и его глаза хитро поблескивали.
- Может. Вот только собака-бес при этом останется собакой. Она не сможет делать вид, что она человек. Не сможет притворяться, будто бы ничего не случилось.
Настя задумалась.
- Но это только если мы допускаем, что все это существует, - небрежно продолжил Сенсей, закуривая вторую сигарету. – В психиатрии даже специальный термин есть, сейчас почти забытый – какодемономания. Ничего себе так словечко, да?.. А так диагнозы могут быть разные, от шизофрении до расщепления личности. Если говорить о типичных симптомах вроде голосов в голове, то они как раз хорошо вписываются в клиническую картину. Еще больной может резко реагировать на свет, а кожа становится гиперчувствительной, поэтому опрыскивание водой ощущается как что-то болезненное, святая она там или не святая. Мышцы находятся в гипертонусе, поэтому тело выгибается под неестественным углом, вплоть до того, что больной может сам причинить себе вред от растяжения до легкого вывиха. Чаще всего подобные явления имеют гормональное происхождение. Что касается неадекватного поведения в церкви…
Он говорил и говорил, рационально объясняя все симптомы того, что принято называть одержимостью, и развенчивая миф о существовании бесов. Настя слушала вполуха. Она что-то поняла, но как будто бы еще не осознала это или осознала не в полной мере. Голос Сенсея стал монотонным, убаюкивающим, и Настя плыла по его незримым волнам в какую-то тревожную, сумрачную даль. Вдруг Сенсей резко спросил ее:
- Еще кофе хочешь?
Настя посмотрела в свою кружку и с удивлением обнаружила, что та пуста. Она улыбнулась.
- Нет, Сенсей. Спасибо за все. Я, пожалуй, пойду.
Парень кивнул и поднялся. Он проводил Настю до двери и подождал, пока она оденется. Снова показался кот. Он сел на пороге в комнату и принялся наблюдать за людьми, словно хотел убедиться в том, что гостья уходит, а хозяин остается дома.
Как попрощаться, Настя не знала. Смущаясь, она произнесла: