В ответ на мой вопрос Ларри с удовольствием рассказал, как всё происходившее смотрелось с его стороны. Тогдашний игрок, стоя на эшафоте, до последнего момента верил, что его не могут просто взять и казнить у всех на глазах. Однако это была вполне нормальная реакция человека, который ни разу не умирал и намеревался жить еще долго. Только его вера вполне могла оказаться фантомом… если бы не затерявшийся в толпе зрителей Клод.
Здесь сработало исключительное совпадение. Наш вездесущий бог не знал, кого там и за что судят, да и вообще "заскочил" на Менигуэн по совсем другому поводу. (В этом месте рассказа я подумал о том, сколько полезного можно было бы сделать для колоний в ту пору. Ведь отсутствие межпланетного сообщения отбросило некоторые миры к полудикому состоянию - и Менигуэн относился к их числу. А Клод, как ни в чем ни бывало, посещал эти миры и отправлялся дальше без малейших угрызений совести, не делая ни малейших попыток просветить людей.) Суд его заинтересовал, однако поначалу Клод вмешиваться не планировал: спасать всех, кого общество приговорило к смерти, - занятие неблагодарное. Тем не менее, слушая речи "обвинителей", наш бог пришел к выводу, что парень просто кому-то не угодил, и обвинение - сплошная комедия. Театральная постановка для публики даже без намека на реализм. Толпе скармливались пустые и громкие слова, за которыми ничего не стояло.
Потом один из "обвинителей" сказал: "…И это так же верно, как то, что в Дерево Правосудия никогда не ударит молния!" Тут-то маленький чертенок в душе Клода и не выдержал. Словно по мановению волшебной палочки, всегда ясное небо над Калго потемнело, и люди увидели первую за всю историю поселка грозу. С единственной молнией, которая подожгла всеми почитаемое Дерево Правосудия.
Ларри не растерялся. Потрясающий игрок, он моментально чувствовал выгоду и умел извлекать пользу из непредвиденных ситуаций. Случилось что-то непонятное, однако оно давало шанс уйти из ловушки шерифа. Сейчас, пока все остальные еще не опомнились…
Растолкав окружавших его полицейских, он вышел на середину помоста и поинтересовался:
- Ну, если у вас больше нет вопросов, то могу ли я считать себя свободным?
Он протянул руки, и полицейский дрожащими руками снял наручники. Ларри сошёл с помоста и направился домой, а люди перед ним расступались с благоговением. Но пройдя несколько шагов, он обернулся и крикнул, обращаясь к людям на помосте:
- Вам придётся поискать себе новое Дерево Правосудия. Это теперь такое же негодное, как и ваш шериф.
Его самообладание вызвало у Клода уважение, и бог решил задержаться на Менигуэне еще чуточку дольше. Он дождался, пока парень выберется из толпы, а затем просто подошел и завел разговор. Ларри по жизни был человеком общительным и дружелюбным, так что он легко откликнулся на приглашение незнакомца к беседе. Никто из них и не предполагал, какие сокровища найдет в другом.
Внутри Ларри дремали всё те же парапсихологические способности, которые Клод так тщательно выискивал среди человечества. Возможно, именно это обеспечивало парню постоянные выигрыши в казино. Как бы там ни было, после нескольких минут общения наш знакомец-бог понял, что судьба вывела его на очередной клад. По чистой случайности он спас человека, который впоследствии стал ближайшим его помощником. И позже Клод ни разу не пожалел о том горючем (во времена событий невероятно дорогом), которое сожгла его яхта, чтобы забрать с отдаленной колонии одного-единственного парня.
Эта история заставила меня кое о чем задуматься. Сколько же на самом деле людей, способности которых дремлют? Клод случайно столкнулся с Ларри, вполне мог пройти мимо Эвелин, не узнал бы обо мне. Сколько же шансов упущено?
На этот вопрос Клод ответил сам. После "отпуска" он пригласил меня в парк. Мы взяли любимые кресла-качалки, выбрались на одну уютную полянку и, расположившись поудобнее, начали долгожданную беседу (мне уже давно не терпелось узнать всякие подробности).
Здесь наступила "ночь". Небо погасло, и сквозь него обозначился реальный вид, который должен был открываться с "Аркадии". Миллионы звезд, ярких и тусклых. Галактика. Млечный Путь. Яхта продолжала дрейфовать в реальном космосе.
- Если не возражаешь, - заговорил Клод после нескольких минут молчания и вдумчивого созерцания созвездий, - я выскажу сперва общие положения. У нас раньше толком не было возможности обсудить это, а твои догадки не во всем верны.
- Ну что ж, давай! - согласился я. Всегда любил сказочки на ночь. Откинувшись на спинку кресла, я покачивался и смотрел в небо, пытаясь найти знакомые звезды. Ну и, конечно, внимательно слушал.
- Тебя одолевают сомнения по поводу того, имеем ли мы право вмешиваться в судьбы цивилизаций. А имеют ли родители право воспитывать своих детей?
- Я не чувствую себя родителем по отношению к цивилизации.
- Хорошо, как насчет учителей и прочих воспитателей? Они совершают что-то плохое?
Вопрос был риторическим, так что я и не подумал отвечать. А Клод продолжил:
- Мы понимаем, что нет. Их деятельность не всегда бывает успешной, но в идеале именно благодаря их стараниям ребенок становится человеком. Они больше знают, больше умеют, и это уже серьезное основание для воспитания.
Одно всеобщее заблуждение заключается в том, что если ребенок достиг определенного возраста, воспитывать его уже никто не имеет права, ибо это будет нарушением личной свободы и права на собственную точку зрения. Довольно странный принцип. Сплошь и рядом попадаются люди, так и не выросшие из детства, совершенно неразвитые и не умеющие делать ничего толкового. Да, им попались плохие воспитатели, но почему нельзя вмешаться теперь? Только на том основании, что они перевалили за некий возрастной рубеж?