Под дверью меня уже ожидала целая делегация. Здесь были несколько слуг, нянька, король, Жерар и еще одна женщина, которую я сразу определил как королеву.
- Что? - немедленно спросил Виктор.
Остальные тоже изучали меня во все глаза. Если бы я что-то жевал, то непременно подавился бы.
- Настоятельно советую вам сменить няньку, - произнес я. - И прекратить осыпать свою дочь запретами.
- Вы сказали, - голос короля звучал как-то напряженно, - что можете вылечить Луизу. Это правда?
- Да, я так сказал. И я могу вылечить юную принцессу. Но я ничего не гарантирую, если вы не будете соблюдать все мои требования относительно гигиены и обращения других людей с вашей дочерью.
- Что это значит?
- В первую очередь это значит, что вы должны сменить няньку. И отправить назад доктора Викониуса. Его помощь ни мне, ни принцессе не понадобится.
Почти физически я ощутил сомнения короля. Заявление насчет имперского доктора его озадачило.
- Я войду к ней, - сказала королева, словно спрашивая у меня разрешения.
Чуть улыбнувшись, я кивнул, и женщина скрылась за дверью. Вот ведь как бывает: и королями можно командовать!
- С Викониусом мы можем подождать, - наконец, после некоторой паузы начал Виктор, но тут дверь снова распахнулась.
- Доктор, посмотрите! - воскликнула королева, и в ее голосе мне почудился то ли испуг, то ли радость. А может, всё вместе. - Она сидит!
13 глава.
Новая надежда на выздоровление принцессы взбудоражила весь двор. Королевская резиденция загудела. Новость обсуждали все - от графов и князей до простых слуг. Я поневоле сделался героем дня. Повсюду судачили о "знахаре Азаре", мне смотрели вслед, кто-то строил предположения по поводу моих предков и учителей. Непонятно как всплыла версия, рассказанная мной Этвику: будто я - наследственный дворянин, отказавшийся от меча ради того, чтобы приносить людям здоровье. Краем уха я постоянно улавливал обрывки фраз, произнесенных на мой счет. Что-то вроде: "Вот он!" - шепотом среди слуг.
Собственно, ничего особенного не произошло. Вот если бы Луиза начала ходить, или хотя бы вновь почувствовала свои ноги - тогда другое дело. А так она всего лишь освободилась на некоторое время от угнетавших ее эмоций, выговорилась и, естественно, ощутила душевный подъем. Этот подъем позволил девочке совершить давно забытое - просто самостоятельно сесть в кровати, - но не более.
Однако в глазах окружающих и это выглядело чудом. Выходя из комнаты, королева плакала от счастья.
Прошло несколько дней. Я понемногу привыкал к столице и тому, что моя скромная персона оказалась в центре внимания. К дворцу потекли толпы горожан, желающих лечиться у "известного знахаря", но стража поворачивала их назад. Сперва даже без моего ведома. Затем я узнал, в чем дело, и дал свое благословение: ни один человек в мире физически не способен уделить внимание каждому из просителей. Их были буквально тысячи.
Да и не для того я приехал в столицу…
Впрочем, зрелище всяких незаживающих язв и других прелестей все-таки произвело на меня впечатление. Я стал выходить к народу. Хотя бы для того, чтобы обучить этих людей элементарной гигиене.
В первые же дни моих "выходов" начала складываться определенная система. Я собирал всех желающих в большой круг на одной из полян вблизи столицы. И рассказывал. Не имея возможности лечить каждого в отдельности, я общался сразу со всеми.
Меня слушали. Они хотели, чтобы я дал им избавление от недугов, - а я говорил, что причина множества заболеваний заключается в состоянии тела и души, и никто не может позаботиться о теле и душе больного лучше, чем сам больной. Они мечтали о чудесах - а я утверждал, что чудеса становятся возможными лишь после упорной работы над собой. Они желали таинств - а я им рассказывал о тривиальностях: свежем воздухе, чистой воде и физических упражнениях. И меня слушали.
Постепенно эти выступления приобрели характер проповедей. Да и не могло быть иначе. Я не занимался лечением - я преподавал философию здоровья. И надеялся, что хотя бы некоторым из слушателей мои слова пригодятся.
Самое удивительное состояло в том, что посетителей не убывало. Даже напротив. Приезжие купцы специально задерживались в городе, чтобы послушать мою очередную речь. Ко мне приходили даже высшие дворяне, не говоря уже о всяких ремесленниках и крестьянах. Вот не думал, что у меня проповеднический талант!
Королю эти мои "хождения в народ" совсем не нравились. Еще бы: неподалеку от его дворца собирались толпы, а мало ли, что может взбрести людям в голову, когда они вместе. Решат сжечь дворец - и попробуй их останови!
Однако я обещал вылечить принцессу. Я был нужен Виктору. Он попробовал запретить мне собрания, но знахарь Азар оказался не по зубам даже его харизматическому величеству. Я просто и ясно дал ему понять, что королевские приказы на меня не распространяются. Знахари - люди свободные. Виктор скрипнул зубами и больше не возвращался к этой теме. Только держал свою стражу наготове.
В числе моих слушателей я постоянно обнаруживал графа де Льена и барона де Лири. Эти двое пока помалкивали, но чего они хотели, для меня по-прежнему оставалось загадкой. Участники лесной разборки продолжали следить за мной.
Зато кое-что выяснилось насчет Этвика. Однажды барон вызвал меня на прогулку, и когда мы достаточно удалились от возможных ушей, начал следующий разговор.
- Дружище Азар. Позволь мне узнать твое мнение о нынешнем короле. Тебе знакомо моё, но насчет своих впечатлений ты помалкиваешь. А между тем мужская дружба невозможна без откровенности.