Включили фонограмму: это был вальс Штрауса «На прекрасном голубом Дунае».
Конкурсанткам надо было не просто пройтись по зеркальным поверхностям, но провальсировать на них. Это был трудно: отражения дробились и множились, создавая эффект ненадежности пространства. У некоторых девушек закружилась голова, но необходимо было пройти это испытание до конца, не сойти с дистанции.
И вот они закружились — одна, вторая, третья... Оказавшись внизу, на ровном полу, каждая вздыхала с облегчением и, спохватившись, восстанавливала на лице обязательную дежурную улыбку.
Дошла очередь до француженки.
Вперед, Николь!
Смелей, Николь!
Вив ля Франс, да здравствует Франция!
Николь Дюран порхнула вперед, кружась, точно легкая снежинка.
И тут произошло непредвиденное.
Тонкий каблучок застрял в щели между неплотно подогнанными зеркальными плитками.
Девушка, не поняв в чем дело, сделала еще шаг и упала, больно подвернув ногу.
Испуганные зрители приподнялись со своих мест: сейчас француженка кубарем покатится вниз и поранится об острые зеркальные грани!
В то же мгновение Флоринда Сорес, стоявшая на самом верхнем ярусе, молниеносно наклонилась. — Она сорвала с ног сверкающие золотые туфельки и с размаху отшвырнула их в сторону.
Большими мягкими прыжками, точно дикая кошка, она ринулась вниз и в мановение ока оказалась рядом с Николь.
Никто и моргнуть не успел, как она подхватила француженку на руки, не дав ей разбиться.
Казалось, какие-то древние ацтекские божества передали ей в этот миг свою силу. Ее тщательно уложенная прическа рассыпалась, и литые черные пряди смешались с легкими локонами Николь.
Осторожно ступая босыми бронзовыми ногами, она медленно спустилась на пол с Николь Дюран на руках. Она спасла свою соперницу!
Вива Мехико! Да здравствует Мексика!
Конечно, сверкающая корона королевы красоты досталась в этот вечер Флоринде Сорес. Решение жюри было единогласным. Ей же был отдан и приз зрительских симпатий, и специальный приз прессы.
Флоринда Сорес оказалась прекрасна не только лицом и телом, но и душой!
Николь Дюран стойко выдержала церемонию до конца, улыбаясь через силу.
Она была так близка к победе, и вот все потеряно!
Когда-то случайность дала ей шанс сделать блистательную карьеру благодаря уличной фотографии, на которую у девчушки не хватило денег. Сегодня такая же случайность — слепая, безжалостная — отобрала у нее шанс.
Флоринда Сорес принимала награды невозмутимо, с каменным лицом, полная чувства собственного достоинства. Она так и не надела туфель и стояла босиком, когда ей на плечи накидывали роскошное норковое манто, предназначенное победительнице.
Сверкающая корона казалась инородной на ее гордой голове воительницы, ей бы больше подошел боевой убор из соколиных перьев.
Николь подошла к ней, обняла и поцеловала под пристальными взглядами любопытных и объективами телекамер.
Жан-Пьер думал о том, что сейчас вся Мексика ликует, глядя прямой репортаж из Вены. Флоринду встретят на родине как национальную героиню. Ее будущность обеспечена.
А Николь?
Прекрасная неудачница Николь...
Немного погодя прекрасная неудачница Николь рыдала на плече у Жан-Пьера в роскошном гостиничном номере. Она должна была кому-то излить свое горе, и тут как раз подвернулся он, ее соотечественник.
«Подвернулся» — это было, конечно, не то слово. У Жан-Пьера была профессиональная привычка оказываться всегда как раз там и как раз в тот момент, когда было нужно.
Когда окончилась церемония награждения, он быстро поймал такси и приехал в гостиницу раньше, чем участницы конкурса «Мисс Вселенная».
И когда девушки поднимались в свои номера, он словно бы невзначай прогуливался по коридору.
И вот в результате он приглашен в «люкс» Николь Дюран.
Он от всей души сочувствовал молоденькой француженке. Однако не торопился начать ее успокаивать. Его журналистская интуиция подсказывала ему: «Вот удачный момент. Воспользуйся им, Жан-Пьер, корреспондент газеты «Ла вое де Мехико». Ни у кого из твоих коллег нет фотографии плачущей претендентки, потерпевшей поражение, а у тебя будет!»
— Николь, Николь! — сказал он. — Все равно именно вы настоящая королева красоты! Все равно никто с вами не сравнится! Разрешите, я сделаю вашу фотографию на память?
Николь не возразила. Да она просто и не в силах была ни возражать, ни соглашаться. Ей было уже все равно. И Жан-Пьер, пользуясь случаем, отснял несколько кадров.