— Блекджек, — позвала Глори, один из многочисленных ящиков, на ярлыке которого значилось: «Назначение: Башня Шедоуболтов. Содержимое: металлолом 14/25 № 32.*». — Это ярлык Добровольческого Корпуса.
— Эту операцию определённо проводит не Добровольческий Корпус, — сказала я, срезая серебряным мечом винты, удерживающие крышку на месте. Мы сдвинули её и уставились на аккуратно разобранные части машины. — И это не металлолом.
Скрипнув зубами, Глори хлопнула по ящику копытом.
— А мы всё удивлялись, с чего это вдруг разведка перестала тормозить программу ДК. Они используют нас, чтобы переправлять эти штуки в башню.
— Мне жаль, — сказала я, погладив её голубые крылья.
— А мне нет. Идём. Теперь у меня есть собственные счёты к этим подонкам, — прорычала она, направляясь дальше по коридору.
Вскоре мы добрались до нервного центра операции, выйдя на заставленный терминалами балкон, открывающий вид на командный центр, где рядами стояло ещё больше терминалов. В комнате управления СССНЭк расположился по меньшей мере десяток пегасов в силовой броне, ещё два десятка техников работали за терминалами, или обсуждали схемы и… я потеряла счёт Адским Гончим. Однако, нам и на этот раз повезло. На балконе дежурила всего одна пегаска в силовой броне. Когда она подошла ближе, Сансет и я, потянувшись, ухватили её за хвост и выдернули через дверной проём. Один резкий удар и охранница затихла без сознания, а мы вышли на балкон.
— С какого из них, по-твоему, контролируются Адские Гончие? — спросила я, глядя вниз, на все эти терминалы.
— Ни с какого. Это терминалы. Мейнфрейм, вероятно, ещё более защищён, чем это место, — заявила Скотч Тейп, глядя вниз и потирая подбородок.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — прошептал П-21 дочери.
— О том, что если мы не можем добраться до мейнфрейма, или передающего оборудования, то можем взорвать ведущие к ним кабели? — ответила Скотч Тейп, удивив жеребца.
— Вообще-то я думал попробовать отыскать местный реактор и взорвать его, — сказал он, застенчиво улыбаясь.
— Это как-то слишком, папа.
Оливковая кобылка принялась изучать пол под ногами.
— Если бы это место строила я, то кабели от мейнфрейма шли бы под полом и подходили бы к передатчику по бронированному коробу. Который, как я считаю… здесь. — она указала на длинную трубу квадратного сечения, идущую вдоль стены от пола до потолка и скрывающуюся за краем балкона.
— Трудность в том, что я не представляю, как нам перебить кабель и не привлечь внимание всех пони внизу.
Тут завыла сирена и Адские Гончие, вместе с солдатами Анклава выбежали из комнаты. Оставшиеся техники принялись работать ещё быстрее, чем прежде. Я оглянулась на своих спутников, чувствуя, как стремительно нарастает уровень моей паранойи. Никогда у меня всё не складывалось так удачно. Мы перешли к краю балкона, короб для кабелей был толщиной едва ли не с пони. Я левитировала свой серебряный меч, надавила и принялась медленно прорезать отверстие в сантиметровой стали. Под сталью обнажилась какая-то экранирующая медная сетка. Я развернула меч в обратную сторону, потянув его на себя, а П-21 стал готовить пластиковую взрывчатку. Наконец, я расковыряла металл.
— Блекджек, здесь, скорее всего, должен быть вспомогательный канал. Здесь всё должно дублироваться, — сказала Скотч Тейп, глядя на суетящихся внизу техников. — Погляди, может ты сможешь найти его и отрезать.
— Верно, — пробормотала я, не имея ни малейшего представления о том, что мне нужно отыскать. Может, это должен быть какой-нибудь провод с этикеткой на нём «Резервные кабели, пожалуйста не перерезайте»? Я направилась на другой конец балкона вместе с Бу, не отсупающей от меня ни на шаг. Часть терминалов перегорела от времени, но на некоторых ещё мелькали непонятные данные и сообщения. Я было задумалась, что они могли означать, но на самом деле все эти «ОБРАЗЕЦ ЭС-1037Ц: 73 %» и «КПП1 СОЕДИНЕНИЕ ОТСУТСТВУЕТ» ничего для меня не значили.
>Требуется подтверждение ЭП-1101.
Я остановилась и вернулась к скромному терминалу с коротким запросом в верхнем углу экрана.
— Нет… — я оглянулась на Бу и снова посмотрела на терминал. Моя всё-идёт-слишком-гладко-паранойя мгновенно возросла втрое. Не уверенная в том, что должно произойти, я нажала клавишу ввода. Экран вспыхнул и вывел новые строки текста.
>ЛННЙ ДВРЦ для СВССН. Авториз. 331-ЭД762-РД997 Луна.
>Обнаружена активность ЭП-1101.
> Подтверждение запроса ЛННЙ ДВРЦ 9,999,881 / 10,000,000.
>Требуется подтверждение ЭП-1101.
>Ожидание протокола Проекта Горизонты.
Я уставилась на экран, но что бы я ни нажимала, новые данные не появлялись. Аврора говорила, что ЭП-1101 поджёг запал сразу же, как покинул Стойло 99. Этот «LNR PLC» отправлял запросы неизвестно куда, даже не понимая, что Эквестрия давно уничтожена. Так что же случилось бы, если бы счётчик дошёл до десяти миллионов? Я подозревала, что чем бы ни был этот LNR PLC, с Горизонтами он был связан напрямую.
Как ни крути, это очередной тупик. Я не знала, как подтвердить запрос. Может я должна была использовать свой передатчик? Переслать ЭП-1101 в терминал? Как это сделать? Может этот терминал вообще не работает? Я вздохнула и посмотрела на Бу.
— Очередная подсказка. Иногда мне кажется, что вся моя жизнь, это просто череда подсказок, которых я не… — позади светлой кобылы поднимались пять металлических труб с выведенной на них надписью «Вспом. передатч».
— А также, весьма странных совпадений…
Бу поморгала своими светлыми глазами и со счастливой улыбкой склонила голову набок.
Я дважды взмахнула мечом, вырезав пять отрезков труб и распотрошив провода по всему полу. Если какая-нибудь сигнализация и включилась, за всем этим шумом её не было слышно. Я побежала обратно к Скотч Тейп и усмехнулась:
— Резервное питание отрезано.
— Серьёзно? — шокировано переспросила кобылка, затем поспешно улыбнулась. — То есть, отличная работа.
— Благодарю, — сухо ответила я и посмотрела на П-21. — Бомба готова?
Он поднял несколько кирпичиков взрывчатки, подключённых к радио-детонатору. Я леветировала их в отверстие. Послышался тихий удар, взрывчатка скатилась вниз и во что-то упёрлась.
— Хорошо…
Я подключилась к своему передатчику. Один раз я уже делала это случайно, но на этот раз он должен сработать.
— Говорит Охранница. Внимание персоналу Анклава, — спокойно заговорила я. — Через пять минут я собираюсь освободить порабощённых вами Адских Гончих. Вы можете использовать это время, чтобы попытаться остановить меня, или можете убраться отсюда. — я замолчала ненадолго, почти наверняка уверенная, что он должен меня слышать, — Лайтхувс. Ты знаешь, на что я способна. Помнишь Минти? Уводи своих пони.
По донёсшимся снизу крикам я догадалась, что моё сообщение получено. Я могла только надеяться, что они последуют моим советам. Если они этого не сделают… что ж, я предупредила.
— Уходим. Быстро, — сказала я, торопясь выбраться отсюда прежде, чем нас найдут.
Учитывая, что вся охрана и Адские Гончие, скорее всего, направились к дверям, через которые мы вошли, нам нужно было найти другой выход. Всё, что мне оставалось, это идти по коридорам со всей возможной скоростью. К счастью, на этом пути не было красных меток.
Только мерцающее магическое поле. Голубая стена потянулась поперёк коридора. Я постучала по ней копытом, но она было твёрдой, словно скала. Поискав глазами терминал, который мог бы его деактивировать, я не обнаружила ничего, кроме трафарета с радужной молнией на стене…
— Позволь… дай-ка я попробую, — сказала Глори, подойдя к полю и коснувшись его крылом. Перья вошли в него, словно в воду. Пегаска шагнула вперёд и, как только она оказалась по ту сторону, магическое поле схлопнулось, оставив после себя кольцо деактивированных самоцветов. — Ого… сработало. Идём. — Судя по её взволнованному виду, ей явно не хотелось говорить об этом.