Так что же эти зебры там делают? Я знала, что они действовали на юго-востоке, но моё стойло было на дальней окраине Хуффа. Как они добрались туда так, что никто их не видел? Что они делают?
— Ладно, я поручу Хойти найти для тебя побольше отходов зелени. Сомневаюсь, что он будет возражать против того, чтобы избавиться от мусора.
А Стронгхуф нас не слушал. Он смотрел через зал и в его глазах плясали маленькие звёздочки. Как заворожённый, он двинулся от нас к стоящей у бара Лакуне. Крампетс, Глори и я посмотрели ему вслед с некоторым беспокойством, хотя по-правде сказать, я сомневалась, что от искрящегося взгляда могут быть неприятности. Выражение лица Лакуны с недоуменного, быстро сменилось встревоженным, когда Стронгхуф преклонил перед ней колени.
— Дражайшая Леди, — произнёс он, взяв её копыто в свои. — Такой образец очарования, каким являетесь вы, не должен оставаться в одиночестве в такой вечер. Прошу, позвольте мне, Шугар Эппл Бомб Стронгхуфу, сопровождать вас на этом приёме. Такой красоте и грации как у вас, не подобает прятаться у стенки.
Лакуна в лёгкой панике беззвучно пошевелила губами, затем взглянула на меня. Я махнула копытом, и попыталась послать ей мысленную поддержку, но ментальный блок всё ещё держался. Лакуна перевела взгляд на коленопреклоненного жеребца. Несмотря на её аликорньи габариты, они были почти одинакового роста.
— Д… доблестный сэр. Я, право, не достойна вашей похвалы. Уверена, что здесь есть те, кто больше заслуживает вашего благородного внимания.
— Прекрасная леди! Вы чересчур строги к себе! Если вы не достойны внимания, то Эквестрия, поистине, потеряна навсегда. Молю вас, позвольте мне составить вам компанию и я буду считать себя жеребцом, удостоенным величайшей чести в истории, — взмолился Стронгхуф, не отводя от неё взгляда. Клянусь, казалось прожектор светит лишь на них двоих.
Лакуна огляделась вокруг, будто надеясь, что кто-нибудь возразит. Я подумала было, что она сейчас телепортируется прочь. Пусть только попробует и я притащу её сюда волоком!
— Так не должно быть. Ваш орден заклятый враг моего вида. То, что вы выказываете ко мне такую доброту, может плохо отразиться на вас.
— Пусть так! — презрительно воскликнул он. — Вражда между вашими сёстрами и нашими рыцарями здесь не имеет значения. Только не здесь. Я много слышал о вас, леди Лакуна, и я знаю, как вы отличаетесь от других аликорнов. Вы являете собой невиданную доселе степень доброты и добропорядочности. За это, я никогда не подумаю о вас дурно, что бы ни говорили об этом другие!
Он поцеловал её копыто и фиолетовые крылья покрасневшей лакуны чуть затрепетали.
— Прошу вас, дорогая леди. Окажите мне эту честь и я буду навечно удовлетворён.
Лакуна беспомощно взглянула на Крампетс, Глори и меня. Оранжевая земнопони помахала копытом:
— О, на меня не смотри, я, в любом случае, предпочитаю исключительно кобыл.
Я и Глори одновременно оглянулись на неё, одинаково удивлённо изогнув брови.
— Чего? — буркнула Крампетс, чуть зардевшись.
Наконец, величественный аликорн вздохнула и улыбнулась ему, склонив голову и широко расправив фиолетовые крылья.
— Достопочтенный сэр, я согласна.
Он встал рядом с ней и бок о бок, они направились на танцпол.
Я сдерживалась как могла, но всё же хихикнула и запрыгала на месте с совершенно не королевским видом.
— Да, да, да, да!
О, ну разве может быть что-то более прекрасное?! Тут я нахмурилась и оглядела бальный зал. Что-то должно было пойти не так. Точно! Знать бы, что…
— Ты же Монин Глори, да? — обратилась Крампетс к пегаске и та, озорно глянув на меня, кивнула оранжевой кобыле. — Мне бы хотелось обсудить с тобой кое-что. В спальне Блекджек мы нашли кое-какие заметки о вирусе и я надеялась, что ты можешь дать несколько советов о том, как нам очистить систему повторной переработки.
Глори нахмурилась, переводя взгляд с Крампетс на меня.
— Я… эм… я не уверена, что сейчас подходящее время…
— О, да брось ты. Это звучит как что-то, что Реинбоу Деш не по плечу, — сказала я, тепло улыбнувшись. Глори поколебалась, но затем улыбнулась в ответ. Я не удержалась, усмехнулась и добавила, понизив голос:
— И ты слышала, что она сказала.
Пегаска скептически взглянула на меня, но тоже не удержалась и ухмыльнулась.
— Похоже, у тебя какая-то персональная вендетта против моногамии, да? — заметила Глори.
— Любовь должна быть свободной! — провозгласила я, широко разведя копыта.
— Ты невозможна, — улыбнулась пегаска, покачав головой и повернулась к Крампетс. — Думаю, мы можем немного поговорить об этом. Только давай сперва раздобудем что-нибудь выпить.
Когда пара удалилась, обсуждая тонкости процедуры дезактивации, я широко улыбнулась, но вскоре снова вернулась к прежней задумчивости, ожидая, когда же произойдёт что-нибудь ужасное.
* * *
Полчаса спустя, я была абсолютно уверена, что всё идёт слишком гладко. Отставшая Богиня. Лакуна. Глори, увлечённая заумными беседами! Что-то обязательно пойдёт наперекосяк. Так обычно и бывает. Моя паранойя достигла такого уровня, что я подняла скатерть и заглянула под стол, ожидая найти там бомбу или что-нибудь в этом роде! Влетающую через крышу Аврору. Вторжение зебр.
Ничего. Я стянула с подноса бутерброд, чтобы проверить его на наличие яда… или просроченного майонеза.
— Блекджек, что ты делаешь? — спросила подошедшая сзади Рампейдж и застукавшая меня за тем, как я неистово пережёвываю превосходные ромашковые сандвичи. Даже еда здесь была отличной!
— Просто интересуюсь, когда эта вечеринка должна взлететь на воздух, — ответила я, поворачиваясь к ней и оказываясь лицом к лицу с ещё пятью пони весьма бандитского вида. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить их имена, но я бы ни с кем не спутала огромного угольно-чёрного жеребца. Выглядящий так, будто он вырезан из цельного куска оникса, Потрошитель Брут встретил мой взгляд спокойно и уверенно. Блюбель, кобыла из Горцев, стояла рядом с Кэндлвиком и лавандовой единорожкой Даззл. Единственным, кого я не знала, был бирюзового цвета пегас с клеймом дашита и кулоном, обозначающим его принадлежность к Халфхартс. Все они были одеты по-походному и на них поглядывали со смесью отвращения и восхищения, будто на «первобытных».
— Вы… я… каким ветром вас сюда занесло? — изумлённо спросила я.
— Я весь вечер задаю себе тот же вопрос, — вздохнула Рампейдж.
Даззл улыбнулась мне:
— Я думаю, Общество ожидает от нас, что мы вернёмся домой и расскажем, какие они тут офигенные. Я бы сюда и не сунулась, если бы они не задобрили меня крышечками и боеприпасами, — усмехнулась кобыла.
— Для Потрошителя ты неплохо приоделась, Блекджек, но, похоже, с тебя берут пример, — оскалилась она и покосилась на Рампейдж, от чего та закатила глаза.
— Я б поглядела, как ты в этом будешь драться, — ухмыльнулась Блюбель.
— Большой Папочка всегда старается, чтобы кто-нибудь из нас присутствовал на Гала. В основном, чтобы быть в курсе новостей о Короле Шикарность, — пояснил Брут своим низким, спокойным голосом. — В основном мы весь вечер скучаем. Потом, когда нам совсем надоедает, мы крушим мебель и смываемся. Это уже традиция.
— Вот только давай сегодня без этого, — отрезала Рампейдж. — Это вечеринка Блекджек.
— Серьёзно? — удивился Брут, посмотрев на меня сверху вниз. Я попыталась ответить ему тем же взглядом, но он лишь покачал головой.
— Твой статус королевы Общества такая же фикция, как и твоё имя в десятке лучших Потрошителей. Все хотят урвать от тебя кусочек, Охранница. Но ты не принадлежишь никому из нас.
— Глубокая мысль, Брут. Глубокая, — протянул Кэндлвик, закатив глаза.
Я явно была бы не прочь попринадлежать одному мощному чёрному пони. По крайней мере, на ночь. Поглядеть бы, как он может продемонстрировать свою мощь киберкобыле, которая согласилась бы его принять. Я поймала себя на том, что под его взглядом начинаю немного ёрзать бёдрами и чуть резче дёргать хвостом.
Тут хороший подзатыльник едва не впечатал меня в пол лицом.
— Остынь, Блекджек. Оставь этот вид борьбы до времени, когда вернёшься на Стадион, — кисло сказала Рампейдж.