— О чём ты говоришь, Блекджек? — шокировано спросил он.
— Я говорю, что войну, которая, как мы думали, велась за границы и ресурсы… кто-то её использовал. Они использовали тебя, и они используют нас ради своих целей.
Я смотрела на зарождающуюся бурю.
— Что, если последняя война… ещё не закончилась?
— Она закончилась! Ваши заклинания! Наши бомбы! Всё кончено! — воскликнул он, подходя ко мне и становясь рядом. — Даже Оставшиеся это признают, хотя и шёпотом. Последний приказ — это просто оправдание их существования.
— Я не уверена. С тех пор, как я покинула Стойло Девять Девять, я всё глубже и глубже зарываюсь в прошлое, — проговорила я, глядя на всполохи назревающего шторма. Тогда случилось что-то плохое и отголоски этого приходят до сих пор, как боль от старой раны. Секреты, ложь и старые пони, мёртвые, но не совсем.
Через прорехи в облаках я могла видеть далёкие отблески зелёного свечения и чёрные башни, цепляющие облака.
Что же это было? Охрана спасает пони, но от чего? Что это за опасность, что нашёптывала мне в уши и заставляла дёргаться гриву? Голденбладов Проект Горизонты? Чума Лайтхувза? Когнитум, засевшая в Ядре? Анклав… Богиня… Красный Глаз… Оставшиеся… Дети Койотла… Мне хотелось взбеситься! Это чёртово тело! Мне нужно было почувствовать себя разозлённой!
— Идите ко мне, ублюдки! — заорала я, врезав копытами по иллюминатору и выбив стекло. — Давайте! Высуньтесь! — кричала я, поднимаясь и снова кроша копытами стекло. В пробоину с порывами холодного ветра начали залетать дождевые капли. — Я убью тебя! Я разнесу тебя на куски! — заорала я в сторону далёкого зелёного свечения, ударяя копытами снова и снова, и в бешенстве выбивая оконную раму. Прогремел гром, и мне показалось, будто это хохочут те дальние шпили и мои враги.
— Идите сюда! Деритесь со мной! Вы, Богинями проклятые ублюдки!
— Дева! — крикнул Лансер. Я стояла на самом краю дыры, пробитой мною в борту дирижабля и, услышав это слово, обернулась на зебру. Дева взглянула на него с яростью, заставившей жеребца в страхе и благоговении отступить на шаг назад. Несущая хаос. Сметающая народы. Это была я.
— Ты не можешь летать, — проговорил он.
Было бы неплохо, если бы у в моём теле был предусмотрен какой-нибудь режим для успокоения. Но в том выражении ужаса и уважения, застывшем в его глазах, я увидела, что стою на грани чего-то действительно плохого. Я тяжело опустилась на пол возле пробоины. Ветер бросал на меня холодные струи дождя. Некоторое время я рассматривала далёкие башни Ядра, жалея, что не могу уничтожить их взглядом, а потом опустила голову. Побеждённая. Обессиленная. И я почти слышала, как чёрные башни хохочут.
Распахнулась дверь, и к нам ввалились П-21 и Рампейдж. Они посмотрели на меня, на пробитую мною дыру и на Лансера.
— Эм, если ты хочешь вышвырнуть его с корабля, палуба прямо над нами.
— Я… нет. Не хочу, — ответила я, закрыв лицо. — Я просто… это был длинный день. Простите.
— Это точно, — сказал П-21, посмотрев на меня, затем взглянул на Лансера.
— Что ж, только не делай эту дыру ещё больше. Корабль-то уже не новый.
Он повернулся и вышел. Рампейдж зыркнула на Лансера, сказала что-то по-зебрински, а затем, прежде чем скрыться за дверью, указала копытом на него, себе на глаза и снова на него. Спустя секунду она снова высунула голову из дверного проёма, повторила свой жест и медленно скрылась обратно, На сей раз окончательно.
— Твои друзья волнуются о тебе, — заметил Лансер. И он тоже.
— Прости, — сказала я. Это слово у меня стало уже слегка изношенным. — Просто меня… уже и вправду тошнит от этого места. Думаю, я ненавижу его больше, чем ты, — призналась я, сидя у пробоины. Он не спешил ко мне приближаться.
— Итак. Что ты собираешься делать?
Он задумался ненадолго, затем ответил:
— Я не знаю. Вся моя жизнь была связана с Оставшимися. Главной моей целью было сделать так, чтобы Отец гордился мной. Теперь же… я не знаю. Но я не хочу следовать по твоему пути, Дева. Это я знаю точно.
Он заслужил шанс.
— Что, если я скажу тебе, что твоя мать и младшая сестра всё ещё живы?
— Что? — изумлённо прошептал он.
— Глори вытащила их, не дав умереть. Они по-прежнему живы. Обе.
— П… почему ты мне раньше не сказала?! — потрясённо выпалил он.
— Ещё вчера ты пытался меня убить. Позавчера ты был правым копытом своего отца, — сказала я, ткнув в него копытом. — И ещё могу добавить, ты стрелял мне в лицо! Так что нечего возмущаться, что я не известила тебя, что ты не доделал свою работу. Из всего, что я тогда знала о тебе, я делала вывод, что ты выследил бы и убил бы их, чтобы вернуться к своему отцу!
Он отступил на шаг.
— Я прошу прощения. Ты права.
Я смотрела, как он некоторое время раздумывал, а затем ответил:
— Если… если бы я снова смог их увидеть? Что ж, я бы попросил прощения. А затем выслушал бы всё, что она хотела мне сказать… что нужно было сделать ещё до того, как она ушла.
Я подошла к нему, твёрдо глядя ему прямо в глаза.
— Мне понравилась твоя мама. Она странная, но она мне понравилась. Поэтому, если после того, как я скажу тебе, где она, ты сделаешь с ней что-то плохое, обещаю, я покажу тебе, насколько я могу соответствовать Деве Звёзд. Ты понял? Меня уже тошнит отвечать за смерть хороших пони.
— Я понял, — тут же ответил он. Было ясно, что он говорит это по убеждению, а не из страха.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.
— Она в городке под названием Капелла. Прямо через реку от Ядра, на юго-западе.
— Ясно, — ответил он, не в силах скрыть дрожь. Повернувшись, он направился к двери. Затем остановился и посмотрел на меня со странной улыбкой.
— Спасибо, Блекджек, — сказал он, склонив голову, и вышел за дверь.
Я подошла к пробоине и выглянула наружу. Грозовые тучи сменились обычными облаками, но время от времени ещё доносились раскаты грома. Теперь они звучали отдалённо и мрачно.
— Я уже иду. Просто подожди.
* * *
Мы приземлились на окраине Хуффингтона, чтобы высадить Лансера. Это было местечко недалеко от Скотного Двора, где я когда-то убила монструозного ящера. Теперь казалось, что это было сто лет назад… когда большие звери были угрозой. Я обещала, что мы высадим его перед нападением и надеялась, что он пойдёт и исправит ту ошибку, что совершил во Впадине Бримстоуна.
Обитатели самого западного поселения долины столпились на склоне холма. Там было около тридцати пони и с десяток браминов. Большинство глядели на нас в страхе, а остальные с настороженностью. Должно быть, мы представляли из себя то ещё зрелище… если бы только с нами была Лакуна, чтобы завершить чудной образ нашей компании. Все метки были синими. С тех пор, как меня разыскивал Сангвин, Скотный двор ничуть не изменился. То ли с тех пор сюда никто не приходил, то ли новоприбывшие скрывались внутри. В любом случае, это было лучше, чем смерть в Пустоши.
Лансер шагнул под дождь. Теперь я видела в нём больше Лансера, чем Киллера. Лансера — Рассказчика. Возможно даже, Лансера — Друга. Всё, на что я могла надеяться, это на то, что он и впредь будет держаться подальше от своего отца и Оставшихся. Это всё, на что я могла надеяться.
Даск присоединилась к нам, выйдя на палубу. Перевязанная бинтами кобыла едва могла стоять. Глори поддерживала её крылом на каждом шагу. Ещё одна кобыла, которая когда-то пыталась убить сестру… она упорно не смотрела на меня и я не могла её за это винить. Как бы мне этого не хотелось, Жёлтую Реку так быстро забыть не получится.
— Держи, — сказала я зебре, леветируя ему плащ-невидимку. Конечно, штука это была полезной, но она была его.
Он несколько секунд смотрел на него под шорох дождя.
— Нет. Оставь пока у себя. Я думаю, там, куда ты направляешься, тебе он будет нужнее, чем мне.
Он взглянул на П-21.
— Думаю, будет лучше, если я стану меньше скрываться. Да?
— Возможно, — ответил П-21, удерживающий между копытами Скотч Тейп. — Только будь осторожнее. Не нужно слишком стараться вывернуться наизнанку и превратиться в Блекджек. В неё много стреляют.