Вдали, рядом с Башней, виднелись пять Хищников. Остальные корабли удалялись от них и безмолвно следили за происходящим. Я надеялась, что Лайтхуфсу не выпадет шанс пустить ракету им вдогонку. Из пяти кораблей, выстроившихся для атаки на поселение, четверо было по одну сторону, направив свои орудия в сторону далекого тора Тандерхеда, а один — по другую. В любую секунду они откроют огонь. Возможно, как только Хоарфрост узнает, что я «сбежала».
— Спасибо небу, что Циклон пришел нам на помощь. Лайтнинг бы тоже пришла, если бы её бойцы смогли сдержать натиск. За Слит не скажу. А капитан Сноублайнд всегда всё держит в секрете, — проговорила Шторм Чайзер. — Могу только надеяться на то, что остальные перейдут на нашу сторону, когда поймут, что Хоарфрост действительно хочет открыть огонь по гражданским.
— Нам нужен другой корабль, — нахмурившись сказала я.
— Желательно такой, который не держится в небе из последних сил, — подтвердила Шторм Чайзер.
— Стоп. Подождите-ка. Уж не хотите ли вы захватить вражеское судно? — спросила Рампейдж.
— Ну это было бы неплохо, — ответила я немного саркастично.
Бронированная кобыла указала на дезинтегрирующие орудия, что располагались в носовой части Кастелянуса:
— Какова дальность стрельбы этих фиговин?
— Десять миль… а что? — несколько взволновано спросила пегаска.
— Если я захвачу один из этих Хищников, то можно ли мне будет размозжить его обо что-нибудь? — спросила Рампейдж.
Взгляд Шторм Чайзер был пропитан болью.
— Хищники слишком ценны для наших войск, Рампейдж.
Полосатая кобыла закатила глаза:
— Вот именно поэтому это настолько потрясно, это ж элементарно.
Я взглянула на серую пегаску, а та в ответ лишь пожала плечами.
— Хорошо, Рампейдж. Если добудешь корабль, то сможешь сделать с ним, что хочешь.
— Отлично! — кобыла даже начала немножко танцевать. — Мой собственный Хищник. Это будет так ПОТРЯСНО!
Шторм Чайзер тихо вздохнула.
— Как иронично. Даже если Лайтхувс и не уничтожил флот полностью, он вполне может в этом преуспеть. Если операции на севере и западе проваляться, то от Анклава может ничего и не остаться. А с твоим планом…
— Шшш, — я постучала себя по голове. — Он может подслушивать.
Я бы разбила в крошево Персептитрон, если бы это помогло мне избавиться от паранойи.
Она вздохнула.
— Что же, факт остаётся фактом: сила Анклава почти вся улетучилась за последние поколения. Может я и не согласна с руководством Тандерхеда и уж точно не с их методами, но с легкостью признаю, что они были правы — наша военная машина медленно ржавела все эти годы.
— Может оно к лучшему? Жар-бомбы, Хищники, Циклоны… Мир без них стал бы только лучше, — сказала я пегаске.
— Тем не менее не без их помощи мы спасаем жизни, — ответила она. — Они лишь орудие, проблема кроется в нас самих.
— Возможно, — сказала я и подошла к краю уступа. — Так, пони Афтербёнер ищут меня на взлётно-посадочной палубе… все, что мне надо сделать, это… эмм… гхм…
«А тут высоко…»
— Не беспокойся. Я прослежу за тем, чтобы они не сложили с генерала её обязанностей, — пообещала Рампейдж. — И за Бу я тоже присмотрю.
Теперь дело за мной. Однако мой мозг при виде расстояния, которое мне предстояло пролететь, наотрез отказался отдавать телу команду к прыжку.
— Эмм… Рампейдж?
— А? — озадачено моргнула она.
— Не подсобишь? — спросила я очень тихо, закрывая глаза.
— А-а-а! Сейчас! — она встала позади меня. — Сегодня должно быть мой день рожденья!
— Не то слово, — проговорила я, быстро-быстро обдумывая всё снова и снова. Может я могла найти какое-нибудь заклинание в книге…
— Секунду, Блекджек. Дай посмакую момент, — сказала Рампэдж со смешком.
— ПОШЛА!!!
И с этими словами два металлических копыта схватили меня сзади и запустили в полет.
Секундой позже я услышала крик:
— Бу! Нет!
И вот я летела вниз, надеясь, что все мои крики и визг не только напугали всех в округе, но и побили парочку рекордов. Уже второй раз за два дня… Я прямо всем нутром ощущала, что отрывать копыта от твердой земли категорически претит моему существу. Стоило мне только взглянуть вниз, на встречу стремительно приближающейся пелене облаков, как ветер взревел у меня в ушах. Эти облака были мягкими и пушистыми. На них я упаду с громким «пу-у-у-ф» и посмеюсь над этим позже.
«Если только», — размышляла фиолетовая пони у меня в голове, — «мое тело не окажется слишком массивным и пробьёт собой облака, приземлившись в итоге где-нибудь у Риверсайда или вообще в реку. В конце концов облака недавно потревожили и они могут и не…»
Я схватила эту пони, мысленно связала, вставила кляп и кинула в самый дальний угол моего разума. Эти облака были мягкими и пушистыми. Мягкими и… мягкими…
— Пушистыми! — крикнула я за миг до того, как упала на облако. Еще в течение ужасного мгновения я продолжала падать, но затем быстро остановилась. Я успокоилась, мои передние ноги держали в объятиях облака вокруг меня.
А вот задние ноги свисали в пустоту под ними.
— Так… Сработало! Отличные Пушистые облака… отличные… и…
Я нахмурилась, почувствовав, как пои передние ноги начали скользить вниз.
— Пушистые… пушистые… да ладно вам! — произнесла я, в попытках ухватиться за что-нибудь более твердое, но… тщетно. Моя голова покинула облачный покров и я увидела, раскинувшуюся подо мной землю. Затем облака стали быстро удаляться от меня. Моей последней мыслей стало осознание того, что я могу видеть отсюда свой дом.
Вдруг меня резко перевернуло в воздухе, голова отдала жгучей болью, но меня начало тянуть вверх! Придя в себя, я посмотрела на верх и увидела, как Бу, закусив мою гриву, пыталась втащить меня обратно в облака. И, к счастью, у неё это получилось достаточно быстро. Вместе мы уселись по середине туманного вала. Дыра, которую я пробила, быстро затягивалась.
— И так, Бу, больше никаких падений. Как тебе такой план?
Она лишь моргнула и покачала головой, а я в ответ взъерошила ей гриву копытом.
— Так я и думала. Хорошо, что мы обсудили эту насущную проблему.
Уже скоро маленькое одинокое облачко, движимое моим телекинезом, плыло над полями сгнивших посадок. ХМА убило много акров воздушных культур, которые теперь поникнув висели в воздухе. Одно за другим странные растения падали сквозь облака вниз, когда их мешочки с воздухом лопались, издавая тихое шипение. В других обстоятельствах это вызвало бы у меня интерес, но сейчас меня больше интересовал Тандерхед, на изогнутых стенах которого виднелись зеленые вспышки. На гладком торе теперь тут и там появлялись опалины от таких вспышек. Хоарфрост готовилась. Если бы она действительно хотела подсчитать убитых, то захватила бы с собой в город целый Хищник. Это была моя единственная надежда, потому что где-то там, внутри этого облака, находились трое моих дражайших друзей, один из которых только что вернул себе свое прекрасное тело!
Можете звать меня мелочной, но в довесок к спасению десятков тысяч жизней и предотвращения распространения каннибалистической болезни по всему миру, я действительно, с нетерпением ждала возобновления наших обжимашек. Мне было любопытно, она все ещё пищит от прикосновения к точке за её коленом…
Бывали времена, вроде этого, когда я прямо жаждала, чтобы ЛитлПип была рядом со мной. С моим заклинанием хождения по облакам и её телекинезом мы бы хоть сейчас до луны и обратно в два счета! Но в её отсутствие мне оставалось лишь еле-еле, изо всех сил, двигать мое маленькое облачко, пытаясь игнорировать идущий надо мной бой.
Внезапно, облачный слой начал истончаться, топорщась изодранными краями, и я обнаружила, что моё маленькое облачко очутилось на открытом воздухе. Подо мной во всех направлениях раскинулось Ядро, зелёный свет заполнял его чёрные ущелья. Я припомнила, что местные пони говорили, будто в городе взорвалась жар-бомба. Мне уже довелось увидеть какие именно разрушения способна произвести одно из этих устройств. Я очень сомневалась в том, что нечто вроде неё могло сработать здесь. Но в тоже время, здесь определённо что-то произошло. Несколько монолитных зданий стояли вертикально. Все остальные, казалось, были отклонены на несколько градусов. Некоторые, и в самом деле, наклонились настолько, что казалось упадут, стоит их только коснуться. Улицы были наполнены зелёным сиянием, которое казалось исходило от земли, что сияла далеко подомной. Кружащиеся чёрные вихри ползали по улицам и зданиям. Стены многих башен были проломлены, и кабели с проводами, подобно прогнившим внутренностям покрывали пространство между зданиями. Время от времени, потрескивающие зелёные молнии перескакивали с одного здания на другое.