— Я в этом абсолютно уверен, — сказал он, пожав плечами, не переставая при этом проверять свой гранатомёт. — Они следят за нами. Придумывают способы разделить нас и Деуса. А тебя отделить уже от всех нас. Возможно, Стил Реин уже выжидает удобный миг, для выстрела по тебе из своих больших пушек… хотя, подвергать ЭП-1101 риску уничтожения, они не станут. Возможно это произойдёт тогда, когда ты отправишься на ту плантацию. Ведь Аврора отреклась от семьи и отбросила прежнюю жизнь. Она не остановится. Если она не получит твой ПипБак, то остается ни с чем.
Кивнув, я продолжила вглядываться в сгущающиеся сумерки, затем скользнула взглядом по, тихо разговаривавшей с Рампейдж, Глори. Она встретила мой взгляд с моментально исчезнувшим опасением, а затем выдавила из себя улыбку. Выражение её лица стало на мгновение обеспокоенным, когда я не улыбнулась ей в ответ. В конце концов, я сумела изобразить слабую полуулыбку. Только после этого она, наконец-то, искренне мне улыбнулась. Она могла выглядеть как Реинбоу Деш, и даже быть столь же атлетичной. Но по-прежнему оставалась почти столь же робкой, как в тот день, когда я обнаружила её за тем терминалом. Она не любила меня, и, возможно, я не любила её. Жизнь — это бесконечный, бурный водоворот событий, и она держится за меня, как за единственную часть своей жизни, что никогда не меняется. И ошейник, что был ею надет на меня, — это символ, лишенный смысла. Ложь.
Но иногда, ложь — это то, ради чего стоит жить.
Когда-нибудь, она встретит того, кого полюбит. Того, кто не будет постоянно причинять ей душевную боль. Кого-то лучше меня. Мы можем быть вместе в течении дней, месяцев или даже лет, но, рано или поздно, я совершу что-то, что оттолкнёт её от ме…
А за тем, П-21 ударил меня по затылку.
— Ась? Зачем ты это сделал? — прохныкала я.
— Ты снова начала выглядеть так, — произнёс П-21 с ухмылкой, натягивая свою шляпу ещё ниже на лицо.
— Так, это как? — спросила я, потирая место удара.
— Так, будто ты пытаешься думать, приходя в итоге к неверным выводам, — ответил он, покачав головой. — Расслабься, Блекджек. Я уверен, рано или поздно, они на нас нападут. А до той поры, не напрягайся.
Вздохнув, я простонала:
— Я ничего не могу с этим поделать. Во мне просыпается жажда деятельности, когда ничего не происходит, — всплеснув своими металлическими ногами, я вздохнула, и безвольно улеглась на броню. — Ненавижу скучать.
Он взглянул на меня и усмехнулся.
— Разве у тебя нет с собой шара памяти, или ещё чего, во что ты могла бы погрузиться? — спросил он, слегка закатив глаза.
— Я не хочу находится в шаре памяти, когда Предвестники решат атаковать нас, — ответила я со вздохом, а танк продолжал своё неутомимое движение к пункту назначения.
— Тогда поспи, — произнёс он, пожав плечами, и добавил, — либо хнычь потише.
Затем закинул гранату в патронник, и с громким лязгом защелкнул Аргумент. Я одарила его скептическим взглядом, но потом вздохнула, и закрыла глаза. Серьёзно… разве может хоть кто-нибудь уснуть… находясь на броне… движущегося танка…
* * *
— Выглядит паршиво, — пробормотала Джетстрим. Мародёры выгрузились из небесной повозки и теперь оглядывали скалистое ущелье. Открытое пространство с милю в ширину и две мили в длину, заполненное серыми валунами и поросшее чахлой жёлтой травой. Посередине виднелось множество чёрно-белых полосатых фигур, мельтешащих вокруг белого открытого шатра.
— В этих скалах они могут спрятать целый легион и мы не узнаем об этом, пока они не начнут стрелять.
Из других повозок выходили ещё два десятка солдат пони, десяток пегасов и полдюжины красно-полосатых зебр.
— Агась, — коротко отозвался Биг Макинтош, пожёвывая стебелёк. Остальные Мародёры начали медленно расходиться. В тёмных грозовых облаках заворчал гром и заморосил дождь.
— Приказы? — с полуулыбкой спросил он, оглянувшись на Ванити.
Зеленогривый единорог робко улыбнулся в ответ. Было ясно, что хотя Ванити и получил статус офицера, главным оставался Биг Макинтош.
— Обеспечить безопасность места встречи. Командный пункт будет здесь, в небесной повозке. Третий батальон должен был расположиться где-то к юго-востоку от нас, предотвращая любые передвижения вражеских сил. Нашей основной задачей является не допустить убийства.
— Ты серьёзно считаешь, что они попытаются убить Селестию? — нахмурилась Твист.
— Да, — тихо ответила я. — У меня предчувствие, что это западня.
Я перехватила несколько удивлённых взглядов и, покраснев, отвернулась.
Биг Макинтош кивнул.
— Я буду в центре с Принцессой. — Он указал копытом на небо. — Джетстрим с летунами вверху. Твист, направится с Прадитьерами в те скалы. Дуф, если запахнет жареным, обеспечит прикрытие подавляющим огнём, чтобы мы могли отойти обратно к повозкам. Эпплснек, возьмёт десяток и прикроет с севера. Капитан с другим отрядом обеспечит прикрытие с юга. — Он помолчал, затем взглянул на меня.
— Выбери себе позицию для стрельбы.
Он оглянулся на Ванити для подтверждения.
— Звучит отлично, Сержант. Выполняйте, — отозвался единорог, затем повернулся к Эхо. — Свяжись с Третьим, как только сможешь. Если всё пойдёт плохо, четырёх отрядов едва ли хватит. Я знаю, Селестия не приказывала собирать войска, но тут уж слишком много возможностей, чтобы что-то пошло не так. Взгляд белого единорога задержался на мне.
— Убедись, чтобы между Псалм и Биг Макинтошем был выделенный канал. Если начнутся трудности, она заметит их первой. Всем пони, приступить к выполнению.
Развернувшись, я пошла к небесной повозке за своим снаряжением. Я тщательно собирала своё высокоточное оружие, когда меня окликнул жеребец:
— Привет, Бикалм. Давненько не виде… — я обернулась, левитировав снайперскую винтовку и рассматривая оранжевого единорога, нагруженного седельными сумками с выпирающими из них свитками и бумагами. Взгляд его жёлтых глаз задержался на винтовке, парящей за моей спиной и он закончил с явной неуверенностью в голосе, — … лись.
— Чеддар? — пробормотала я. — Что… что ты здесь делаешь?
Оранжевый жеребец фыркнул.
— Мы не видели друг друга столько лет и это всё, что ты можешь сказать? — спросил он, его взгляд снова метнулся к оружию. — Ты… изменилась.
— Все мы меняемся. Теперь я сражаюсь за Луну, — спокойно ответила я, пытаясь спрятать оружие за спиной. Тщетная попытка, учитывая, что оно было куда длиннее моего тела. — Что ты здесь делаешь?
— Я здесь как посланник мира с Селестией. Принцесса считает, что мой талант к иностранным языкам будет полезен. В империи зебр говорят на более чем двадцати различных диалектах… и… эм… — он сглотнул, его улыбка становилась всё более напряжённой. — Это действительно большая пушка… — пробормотал он.
Я вздохнула и оставила свои бессмысленные попытки спрятать винтовку.
— Это Искупление, — сказала я, левитируя её между нами. — Магически улучшенная и разработанная совместно с МВТ и МТН для снайперов-единорогов. Это прототип и, учитывая то, какого он требует ухода, он ещё не скоро будет пущен в серию. Она снаряжается различными боеприпасами пятидесятого калибра, начиная от разрывных противопехотных, заканчивая боронебойными пулями.
Я отсоединила магазин, показывая иссиня-чёрные пули внутри.
— Это драконобойные патроны, на случай нападения дракона. Э… друг… дал мне их по случаю.
Упомянутый, покрытый шрамами друг сейчас как раз обменивался короткими фразами с Биг Макинтошем и Ванити. Встретившись со мной взглядом, Голденблад нахмурился. Он выглядел расстроенным… нет, не расстроенным. Напуганным.