Сионийский офицер. Лётчик, если судить по нашивкам. Наверное, первое назначение, сразу же из Академии, с Сионы, от папы-мамы — и сюда.
Выправка у сионийца была — просто загляденье, и форма на нём сидела идеально: всё подогнано, без лишних складочек.
Глядя на этого офицера, Джейк невольно представил себя со стороны глазами сионийца, непривычного к местному колориту: волосы так и не причесанные, высохшие сосульками после купания; порванная расхристанная рубашка, все застёжки вырваны с «мясом»; запылённые мятые брюки и смешные любому горожанину плетёные сандалии на босу ногу. Дикарь, одним словом. Бродяга!
А ещё и наручники, как на опасном преступнике. Джейк и сам бы себя испугался; немудрено, что и сиониец недобро, с опаской, посматривал в его сторону. Смеривал взглядом с головы до ног и обратно и невольно расправлял плечи, видимо, сравнивал с собой.
Да, он любовался собой, как всякий бы это делал на его месте. Новая форма лётчика, всё с иголочки. Новая фуражка с блестевшей серебром кокардой. Высокие сапоги, начищенные до блеска. Талия, перетянутая широким ремнём с пряжкой, а сбоку кобура с табельным пистолетом. С личным оружием!
Лейтенант прохаживался по кромке дороги, ступал по криолиту, следя за тем, чтобы, не дай Бог, на сапоги попала пыль с обочины. Ходил вправо-влево, заложив руки за спину, и этим размеренным, неторопливым движением ещё больше раздражал шофёра. Видно было, как тот с трудом сдерживается, чтобы не вскипеть. На старшего по званию орать было опасно. Пусть это всего лишь двадцатилетний мальчишка. Всё раздражение и досада вымещались на несчастной машине.
— …Ты у меня поедешь, тварь!.. Поедешь!.. — Ещё одни звонкий удар металла о металл.
Так можно было ждать вечность!
Джейк вздохнул: жаль было технику. Он понимал, причина слабой тяги не в мо-торе, здесь сионийским механикам равных не было. Виноват панельный компьютер, регулирующий подачу водорода. Если всё дело именно в этом, то здесь работы на пять минут.
Лейтенант начал нервничать. Его ждали в городе, точнее, на загородном аэродроме. И прибыть он должен был ещё утром, к десяти ноль-ноль. А тут… Сколько можно вот так?
Сержант тоже был рад как можно скорее попасть во Флорену. Лейтенант так запугал его ответственностью возложенного задания, что Мерконис хотел как можно быстрее передать хоть кому-нибудь этого важного пленного. Правда, сам сержант так и не понял, что́ в ниобианине такого важного. Но приказ есть приказ. Лейтенанту виднее…
— Вы можете хоть что-то обещать? В течение часа?..
— Я никому ничего и никогда не обещаю, господин лейтенант! — В ответе водителя сквозили язвительные нотки. Выпрямившись, он сплюнул, чертыхнулся зло.
— А вы не пробовали сначала разобраться с программой? У вас там КМ в аварийном состоянии… — Заговорил вдруг Джейк. Механик в нём проснулся против воли. Не мог он видеть такого издевательства над техникой.
— Слушай, приятель, заткни своего гриффита! — со зловещим спокойствием перебил его водитель, предостерегающе поигрывая ключом, так хорошо лежащим в ладони. — А то я сам его заткну…
Примерной реакции Джейк и ожидал, а тут ещё и сиониец-конвойный ткнул прикладом автомата, стараясь ударить по почкам. Джейк отстранился, угадав это движение, закрылся локтем.
— Да не в моторе же дело! Неужели не ясно? Вон лампочка…
— Нет!.. Всё! — крикнул шофёр, спрыгивая на землю. — Ладно — этот… — Дёрнул подбородком в сторону сержанта. — Но чтоб дикарь?!.. Гриффит позорный!..
Шагнул вперёд, недобро сузив тёмные глаза, пошёл на Джейка, поигрывая ключом.
— Эй! Эй, ты что?! — Конвоир оттолкнул пленного, закрыл его собой. Другому бить своего подопечного он не позволит.
— Ладно, ладно вам! — Сержант пришёл на выручку рядовому, встал между ним и водителем, отвёл в сторону нацеленный автомат. — Постреляете ещё друг друга…
— Я могу помочь! — опять сказал Джейк. — Там просто сбои в программе… Можно и на «аварийке» доехать… Но потом промывать придётся…
— Вот ведь сволочь!! — взвыл шофёр. — И откуда тебя такого выкопали?! Специалист гороженный!.. Мастер, мать твою!.. Из какого интерната?!..
— Не ори! Я же помочь хочу!.. Твоя же машина… Неужели не жалко? — солдат отталкивал Джейка всё дальше, но заставить замолчать не мог никак. Водитель рвался в драку, но сержант вцепился ему в рукав, тащил в другую сторону. Дело с минуты на минуту могло перерасти в драку. Лейтенант на всё это смотрел, а потом и сам вмешался:
— Да пусть он поможет!.. Если знает, как… Какая разница?.. Не торчать же здесь до ночи…
— Я его к своей машине не пущу! — ярость водителя сменилась хмурым раздражением. Стряхнув с плеча руку сержанта, он вернулся к машине, бросил ключ на водительское сидение. А потом всё-таки полез в кабину, продолжая бурчать что-то себе под нос. Недовольно. Сплошь ругательства и угрозы.
— Я только предлагаю свою помощь. — сказал Джейк с невольным желанием оправдаться за поднятый шум.
— Заткнись! И стой, где стоишь! — сионийский солдат с самого начала был недружелюбно настроен по отношению к нему. По дороге через лес постоянно держал под прицелом, на каждое движение вскидывал «ствол», а подгоняя, толкал в спину дулом. «Нервный» — Думал в таких случаях Джейк с усмешкой. С такими опаснее всего, сам устаёшь не меньше, ведь постоянно в напряжении, приходится контролировать каждое движение, и молчать. Что, в принципе, он и делал до этого вот момента.
— Не положено! — ответил сержант на вопросительный недоумевающий взгляд лейтенанта, — У меня приказ: наручники не снимать ни в коем случае… Я за него головой отвечаю… В Отдел Безопасности доставить нужно… — Мерконис подошёл к лейтенанту, продолжая что-то рассказывать ему вполголоса. Джейк против воли прислушивался, знал, что речь о нём. Видел, как взгляд лейтенанта, направленный в его сторону, становится испуганно-заинтересованным и опасливо-настороженным.
…Мотор зачихал, зафыркал, но в конце концов заработал с привычным ровным гулом.
— По местам! — крикнул шофёр, с грохотом захлопывая дверцу.
Фургон, как и вся машина, выкрашенный в защитный зелёный цвет, внутри казался ещё больше. Машина шла порожняком, только под лавками перекатывались пустые гильзы от снарядов для зенитного орудия, да слева, у дверцы, стоял ящик со сложенными противорадиационными накидками.
Джейк сидел в углу, прижимаясь левым плечом к холодной металлической стенке. Рядом, справа, сидел сержант, а сразу же напротив, на другой лавке, намертво прикрученной к полу, — ещё один сиониец. Он даже сейчас не сводил с Джейка недобро темнеющих глаз и автомат держал наизготовку, а пальцы — на спусковом крючке.
Первые несколько минут Джейк думал, глядя прямо перед собой, но не на сионийца, а на пол: «Интересно, он хоть на предохранитель его поставил? Траханёт, дёрнется — и всё! Приехали!..» Потом отвлёкся от этой неприятной мысли, стал смотреть в зарешёченное окошечко, через которое можно было заглянуть в кабину. Но видел только крышу кабины, ничего больше. Лишний раз шевелиться Джейк боялся, поэтому и глядение в окошечко тоже скоро наскучило. Он склонил голову к левому плечу, прикрыл глаза. Дорога была ровная, совсем не болтало, и от этого, видимо, неожиданно захотелось спать.
Ровный гул мотора убаюкивал. Знакомый, привычный звук, но в нём улавливалась надсадность, с какой работал двигатель в аварийном режиме.
«Так ведь и не исправил программу!»
Панельный компьютер следил за подачей сжиженного водорода в камеру сгорания. На подъёмах сам увеличивал, на спусках — уменьшал. Всё здесь решали десятые доли процента израсходованного топлива. Зря не сгорал ни один «кубик» газа. Почти вся сионийская техника ездила на водороде. Они, сионийцы, приспособились к тому, чего у них на Сионе было в избытке. Топливо они получали из воды, но и её расходовали бережно, экономно. Поэтому и использовали в машинах КМы — компьютеры топливного манипулирования. Программа такого компьютера — дело тонкое. Составленная и запущенная ещё на заводе, она работала, как часы, годами. Но иногда и у неё бывали сбои. В таком случае срабатывала «аварийка», но на ней можно было лишь дотянуть до ремонтной мастерской. Не всякий водитель мог правильно запустить КМ, для этого нужно было быть не только хорошим программистом, но и химиком, а уж мотор машины знать как самого себя. Мог ли похвастать этим шофёр армейского тягача? Много ли километров он намотал на этих колёсах?