— Ты неплохо соображаешь… — с невольным уважением прошептал Барклиф в ответ. Голос его потерял звучание: потрясение было очень сильным, лишило его на миг прежней уверенности и силы. А Джейк хрипло рассмеялся, подался чуть вперёд, глядя на полковника чуть снизу:
— Неплохо для наркомана, так вы хотели сказать? — А потом вдруг резко сменил тему: — Так я даже имя своего командира упоминал на том проклятом допросе? Боже мой! Да, я и вправду достоин лишь казни после такого предательства…
— Он здесь? В этом городе? Когда ты видел его последний раз? — Полковник так резко придвинулся вперёд, что Джейк отпрянул. Барклиф, казалось, хотел схватить его за воротник пижамы.
— Он сейчас среди военнопленных, этот ваш сын… И вы вряд ли чем-то поможете ему, господин полковник. — Джейк всеми силами пытался подавить издёвку в своём голосе, но не мог с собой справиться, слишком уж ненавидел он сионийцев. Они причинили ему так много боли, и теперь невозможно было быстро забыть это. — Интересно, правда? Отец и сын — и оба враги! Здорово! Вы хотите увидеть своего Дэвида, а захочет ли он видеть своего отца? Сионийца? Предателя, не меньшего, чем я?
Он засмеялся хриплым резким, почти истеричным смехом. Этот смех остановила звонкая отрезвляющая пощёчина. Барклиф встряхнул Джейка, вцепившись пальцами ему в ворот пижамы. А потом отпустил, оттолкнул, больно ударив спиной о спинку кровати.
— Ты ведёшь себя, как последний неврастеник… — отвернулся, презрительно и жёстко процедив эти слова сквозь стиснутые зубы.
— Идите, ищите его… Он среди пленных, занятых на расчистке города… Всего в квартале отсюда… Там я видел его последний раз… Вы узнаете его, сразу узнаете: он там один такой… — Джейк осторожно коснулся покрасневшей после удара щеки, добавил усталым голосом: — Идите, я хочу побыть один… У меня болит голова… Мне плохо…
Барклиф стоял к нему спиной, заложив пальцы за ремень пояса. Это была поза глубоко задумавшегося человека. И Джейк, решив, что полковник не расслышал его слова, повторил снова, уже настойчиво и требовательно:
— Ну, идите же! Я ведь рассказал вам, где его найти… — и добавил в надежде позлить полковника: — Желаю вам найти его живым, что маловероятно…
Барклиф повернулся к нему одним стремительным движением, быстрым и по-кошачьи ловким. В один миг очутился перед Джейком, наклонился вперёд, уперевшись коленом левой ноги в матрас, а правой рукой — в спинку кровати, приблизив своё лицо к лицу Джейка настолько, что тот увидел своё отражение в зрачках полковника, в зрачках, горящих живой, уничтожающей всякое непокорство яростью. Прошептал, обжигая дыханием:
— И ты поможешь мне, так ведь?!.. Поможешь, и никуда не денешься… Поможешь распознать его…
Джейк ждал удара, как продолжение этого движения, внутренне сжался, напряг мышцы, готовясь к отпору. А сам испугался, испугался этого человека и возможной боли. Но при этом совсем не подал виду, даже не моргнул, не отвёл глаз, выдержал яростный, уничтожающий взгляд полковника и даже произнёс с нескрываемым протестом:
— Я и так уже достаточно помог вам, полковник Барклиф. Ваши семейные дела — ваши дела! К тому же вам меня отсюда не выдернуть, это не в вашей власти.
— Ну, это мы ещё посмотрим! — Барклиф выпрямился, поправил ремень, китель, взглянул на часы на левом запястье, сказал, направляясь к выходу: — Я приду ещё…
«Ну, конечно! Будем ждать с нетерпением!» — подумал Джейк с ироничной усмешкой, проводив гостя глазами.
Они с медсестрой опять буквально разминулись. Барклиф вышел, а через считанные минуты пришла медсестра с обедом и со шприцем. Эта странная скрытность полковника заставила Джейка задуматься, но думал он не долго, до тех пор, пока не стал действовать наркотик, а после укола хочется лишь одного: спать…
_________________
— На территории города занято восемь групп пленных. Мы обойдём с тобой всех. — Говорил полковник таким голосом, будто он уже всё рассчитал наперёд, не дожидаясь согласия Джейка. — За тот шестичасовой перерыв между дозами мы многое успеем…
— Мы? — переспросил Джейк с таким видом, будто не понял, о чём речь.
— Мы! Я и ты! Ты, Тайлер, едешь со мной! Это не обсуждается! — Барклиф совсем не удивился этому вопросу.
— Никуда я не поеду! — Джейк вскочил на ноги, так, чтоб видеть глаза полковника. — Я уже говорил вам, вы и так его узнаете, без моей помощи. Должны узнать… — добавил с сомнением. Понял, что может и ошибаться. Если восемь бригад военнопленных, это же сколько народу. И там, среди них, нужно отыскать всего одного человека. Одного! Но, как на зло, того, кого ещё раз видеть Джейк совсем не хотел. Лейтенанта Барклифа… Достаточно и той, последней встречи… Опять ещё одно напоминание о прошлой жизни. Нехорошее, вызывающее недобрые воспоминания, тяжёлые до боли…
— Поедешь! — Барклиф выдохнул это слово сквозь стиснутые зубы, яростно сверкнул глазами, но всё же остался сидеть на краю кровати.
— Никаким распоряжением меня отсюда не выпустят. Это боксированная камера. Уверен, что сам Марчелл своим приказом упёк меня в эту клетку.
— Я в состоянии всё устроить! Никто ничего не заметит! Я могу… — Барклиф не договорил, осёкся, понял, что говорит что-то запретное.
— Вот именно, не заметит! — выкрикнул Джейк со смешком. — Каждый раз вы приходите так, чтоб о вас не знала ни одна медсестра. Тайно, да?! Все ваши действия — тайна! «Никто ничего не заметит!» Так, да!? Вы скрываете от всех, что ваш сын — ниобианин… Есть чего стыдиться! Да и ко мне запрещены все посещения. Я знаю об этом! Знаю! Все ваши визиты — тайна! Уверен, вас-то не накажут. Вы, господин полковник, всё предусмотрели. Если что случится, крайним останусь я один. А попытка к бегству — это расстрел на месте, без суда и следствия…
— Да никто тебя не тронет! Я же сказал, никто ничего не узнает! — Спокойствие Барклифа было на грани срыва. Ещё немного — и вскипит. Упрямство Джейка его раздражало. — Разве ты не хочешь покататься по городу, отдохнуть от этой камеры? Возможно, это будет последний выходной в твоей жизни… И ты отказываешься от него с упрямством барана…
— О, так это единственное, что вы обещаете мне взамен за мою помощь? — Джейк хмыкнул разочарованно, двинул подбородком, будто сказать хотел: «Вот это да!»
— А чего ты ещё хочешь? Свободы? — Барклиф рывком выпрямился, видимо, устал смотреть на Джейка снизу вверх.
— А почему бы и нет? — Джейк был одного роста с полковником, смотрел ему прямо в глаза, старательно скрывая волнительную дрожь слабо промелькнувшей надежды. Это был шанс, крошечный шанс выбраться отсюда. Ведь от полковника можно сбежать в любой момент, главное — вырваться отсюда, из этой проклятой камеры, из этого Центра. Подальше от врачей, от допросов, от уколов. Ради этой надежды, ради этого шанса можно пойти на многое, и многим рискнуть…
— Ну и замашки у тебя, сынок! — Барклиф впервые за всё время их знакомства улыбнулся, улыбнулся с уважением и даже без иронии. — Я могу сделать кое-что, у меня среди обслуживающего персонала немало знакомых, но об организации твоего побега и речи быть не может. Максимум, что я могу сделать, — это шестичасовая прогулка по городу. Больше ничего! И не мечтай! — Он угадал тайные, ещё призрачные мысли Джейка, остановил его разом помрачневшим взглядом.
— А чем вы рискуете? Тёплым местечком в Отделе? Оно стоит жизни близкого вам человека? — Джейк снова стал резким, каким был в первые дни их знакомства. Резким, с мстительным блеском в глазах, и острым на язык.
— Я не состою в Разведке, да будет тебе известно. Я в этом городе чуть больше недели. — Оскорбился Барклиф или нет, было не ясно, лицо его осталось спокойным, но от Джейка не ускользнула малоприметная горечь в голосе полковника, и вместе с тем усталость и разочарование. — И терять мне нечего!.. Дальше передовой всё равно не пошлют… А куда уж дальше-то?.. И так уже в пехоте…
— Так вы не из Отдела? — Джейк чуть не присвистнул от удивления. — А почему тогда…
— Потому! — довольно резко перебил его Барклиф. — Я состоял в ОГБ до начала военных действий. Но потом меня выперли оттуда из-за какой-то ерунды. Оно и понятно. Судьба предателя и изгоя едина для всех, без национального различия. Сначала ты нужен всем, и тебе готовы наобещать многое, но потом… Потом тебя выбрасывают за ненадобностью. Или из боязни нового предательства, как это было со мной… Я же для них всё ещё ниобианин… Найти повод недолго… Тебе никто никогда не будет доверять, как раньше. Ни свои, ни чужие… В этом мы с тобой даже чем-то схожи, ты не находишь, а, ниобианин? — Усмехнулся Барклиф, смерив Джейка взглядом с головы до ног. — Мы ведь оба с тобой предатели…