Выбрать главу

- Праздник будит длиться семь дней - рассказывала Эвелин, стоя у стола замешивая тесто - Второй день самый главный. Все землевладельцы устраивают пышные пиры, на которых принято обильно есть, и пит. На пирах устраиваются праздничные игры. Самайн - срок уплаты долгов, подати, принесения даров. Каждый пришедший на пир должен принести дар своему господину.

- Праздник проходит в замке? - спросила Светлана, подкидывая дров в печь.

- Нет, все тут конечно не поместятся - засмеялась Эвелин - За пределами замка на большей поляне, разжигают множество костров, накрываются столы, туда сходятся весь народ.

- В мое время этот праздник называется Хэллоуин. Но он совсем не так празднуется.

- Наверно, повлияло, христианство?

- Да, повлияло. И очень - согласилась Света, присаживаясь возле стола.

Эвелин, тоже присела на стул, вытирая руки о фартук, вздохнула и сожалениям сказала:

- Сейчас тоже, много не так отмечают. Например, раньше всех собирал на пир сам король, и священный огонь зажигал жрец друид.

Упоминание о друиде заставило сердце Светы забиться сильней.

- Почему их преследуют?

- Потому, что наш король вырос, и был воспитан в духе христианства, а друиды не хотели предавать свои древние знания и веру. Поэтому, кто ни с ним тот против него - она перешла на шепот - Просто, наконец вернув свою корону, он боится снова ее потерять.

Света знала, что он вскоре все равно ее потеряет, но цена этой короны явилась исчезновение самого загадочного народа на земле. Что после его правления исчезнет упоминание не только про кельтов, и каледонцев но и про самих пиктов.

- Ну ладно, давай заканчивать с выпечкой, а то придется возиться всю ночь - Эвелин, продолжала вымешивать тесто.

Вечером во дворе замка раздались радостные крики, которые привлекли внимание Светланы. Она подошла к узкому окну, на руках почти заснула малышка Малвис. Во дворе послышался топот и ржание лошадей. Света попыталась выглянуть вниз, но держа на руках ребенка ей было неудобно. Она надеялась, что это приехал Артур.

Словно почувствовав ее волнения, маленькая Малвис открыла свои глазки, и Свете пришлось заново начать петь, мечтая быстрей уложить детей спать. И пойти в низ узнать, кто мог приехать так поздно.

Детям нравилась, когда она им пела, а может им нравилось, не песни, а непонятные для них слова. Света продолжала смотреть в окно стала петь, при этом покачивая малышку:

У зялёному саду пташечкай пропела

Йетый пташки есть гняздо, есть у ней и дети

Йетый пташки есть гняздо, есть у ней и дети

А у мене у сироты нет никого на свети

Ночь кочала да я детей, день коров доила

Подоивши да я коров в хоровод ходила

Эта русская народная песня, навела на Светлану тоску по родине. Она с таской вытягивала высокие ноты, при этом ее голос в каменных стенах замка переливался разными оттенками, словно радуга в журчащем ручье. Так показалось стоявшему в дверях мужчине, который сложа, руки на груди, наслаждался не только красивым видам этой женщины, но ее волшебным голосом.

Смотря на нее Артур, думал, что она на самом деле колдунья, эльф, небесный ангел. И с каждым днем, минутой и даже секундой он больше не может жить, думать или дышать. Это пугало и в тоже время радовало его. Как он мог до этого времени жить без нее. Ели это все же происки Эгнуса, то теперь он понимает, в чем его проклятия. Это проклятие - страх потерять ее навсегда.

Света посмотрела на малышку, которая, наконец, заснула, и осторожно повернулась в сторону кровати. Увидев в дверях Артура, она немного растерялась, не зная, как долго он тут стоит. У него был очень странный взгляд, который она не могла прочесть. Света не знала, как себя вести, но радость встречи все, же победило ее нерешительность. Она положила тихонечко Малвис в ее кроватку и направилась к странно-задумчивому мужчине.

Он не отводил с нее глаз. Света подошла совсем близко, проложила свою руку ему на грудь, и произнесла:

- Это и правда ты? Ты вернулся! - ее голос был переполнен нежности и тоски, а глаза заблестели от слез.

Жаркая волна прошла по телу Артура, когда он вспомнил, как погружался в ее тело, и его сжимало, держало, охватывало плотно, влажно и жарко, в неописуемом совершенстве соединения.