- Я знаю, что она в безопасности. Но что с ней и где она я не вижу.
- Так ты, провидица? - с насмешкой спросил он.
- Да.
- И ты про меня видишь?
- Да. - просто ответила она, наливая куриный бульон в миску.
-И что же ты видишь?
Милана присела на корточки возле него и протянула ему ложку бульона.
- Вам надо поесть. Чтоб вернуть ваши силы.
Он послушно открыл рот, Константин очень проголодался. Это был хороший знак.
Бульон был вкусным. Он бы съел еще, но девушка сказала, что для первого раза достаточно.
- Так ты видишь, что ни будь про меня? - не успокаивался он.
Милана отставила миску и посмотрела ему в глаза.
- Если вы имеете виду, что вижу ли я, что вы принц. То да, вижу.
Он был очень удивлен. Константин попытался приподняться. Но ее рука остановила его.
- Вам нельзя пока двигается, рана может опять за кровоточить.
- Так ты и впрямь друидка. Как поживает Энгус. Он замешан в вашем с матерью появлении?
- Нет. Это не в его власти. Энгус только ждал, когда мы появимся.
- Для чего вы тут появились? - с подозрением неладного спросил он.
- Для того чтоб все знания друидов не исчезли... после того, как вы уничтожите последнего друида на этой земле.
Он сверкнул на нее глазами. Да как она смеет?
- У них был выбор...
- Выбор? Принять насильно то, что им чуждо. Только из-за того, что вы поверили во Христа? А то, что ваш отец, ваш дед верили в их богов? Вы и их бы принудили, отрется от своих богов, во имя вашего?
- Вашего? - не в силах сдержать свой гнев, выкрикнул он - А вы! До прибытия сюда, в кого верили?
Милана замолчала. Она стала, подошла к костру взяла баночку с отваром, бинты и направилась обратно к нему.
- До прибытия сюда, я вообще не в кого не верила. Давайте вам нужно поменять повязки.
От ее прикосновения к своей коже Константин вздрогнул. Она это заметила, заулыбалась, но продолжила снимать бинты. Потом промыла рану и стала, снова перевязывать.
Милана почувствовала, как он задерживает дыхание, когда она приближается близко к его лицу.
- Вы что меня нюхаете? - улыбаясь с шуточным упреком, спросила она.
Константин покраснел, опустил глаза, но все, же ответил:
- твои волосы пахнут лугом из цветов.
Она резко поднялась и вытрусив платье, от пыли, поправив свою прическу сообщила:
- Мне нужно идти. Вы тут в полной безопасности. Я приду вечером покормлю вас. А сейчас отдыхайте.
Константин остался один. Его мысли были об этой ведьме. Он невольно хмыкнул. Рыжая бестия! Можно ли ей доверять? В детстве, когда еще был, жив отец он говорил: «Не кому, некогда не доверяй. Рано или поздно самый близкий человек тебя может придать». И он был прав, так и случилось с ним. Можно ли доверять ей? Она спасла ему жизнь! Но кто, же она? Колдунья или фея, огрызающийся волчок или пугливая лань? Константин вспомнил, как она была спокойна на его выпады и как она неистово вступала в спор насчет веры. Да, в ней есть огромная сила. Он это точно знал, потому, что она, была на него похожа.
Константин был, еще очень слаб, и усталость взяла верх, боязни попасть в западню. В глубине души он ей все же верил. Закрыв глаза, юноша моментально заснул.
Девушка вернулась, когда на небе зажглась первая звезда. Больной еще спал. В деревне она встретила Энгуса, который спросил, почему она уже целую неделю не заходит к нему и не берет читать священные книги. Ей пришлось все рассказать. Вернее, все за раненого пиктского солдата, а не за будущего пиктского короля. Старец выслушал спокойно. И наконец сказал, что Мила сделала правильно. Что жизнь любого человека, эта самое ценное, что есть на этой земле. Он согласился с ней, что в деревню ему нельзя. И как только мужчина поправится, ему немедленно надо уйти, за пределы, их защитного купола.
Подбросив веток в костер, Мила присела подле Константина и принялась разглядывать его с той откровенностью и любопытством, каких не могла позволить себе прежде, опасаясь наткнуться на холодный насмешливый взгляд. Огромное бесчувственное тело, тяжелые бугры мышц, кажущиеся особенно рельефными в неровном свете костра. Проверив повязки, девушка снова не удержалась, чтобы не провести по его коже кончиками пальцев. Она показалась ей на удивление гладкой, нежной, как для мужчины. У нее даже дыхание перехватило. Но больше всего ее взор притягивало лицо принца, с которого ушло обычное для него суровое и напряженное выражение. Глаза под густыми, слегка загнутыми ресницами, широкие брови, прямой, резко очерченный нос, мощный подбородок, свидетельствующий о решительном характере. Мила вдруг поймала себя на том, что ей нравится этот человек, и это чувство не показалось ей странным. Она видела его будущее и в этом будущем он был прекрасным королем, отцом, и мужем. Да, он был очень красив, молод и харизматичен. Поэтому Мила уговаривала себя, что он ей нравится только в качестве великой личности, с которой ей довелось познакомится.