В какой-то момент я решилась задать вопрос.
— Если я хочу попасть на континент, что нужно сделать?
— Просить разрешение у главы хранителей.
— А кто глава?
— Я, — проговорил Кат-гар, строго глядя на меня.
От его взгляда я поежилась. То, что Кат-гар местный лидер, я знала и раньше. От него веяло могуществом, а резкие черты лица и всегда серьезный вид заставляли меня держаться от него подальше. А еще он предпочитал носить серый костюм, что выделяло его среди хранителей. Эд-вар утверждал, что Кат-гар не снимет серое, пока не овладеет всеми знаниями. Интересная позиция.
— А слушать ваши мысли мне запрещено?
— А ты попробуй, — ухмыльнулся мужчина и отвернулся от меня.
Я попыталась. Ничего. Я попыталась еще раз — тишина.
— У всех хранителей есть защита от любого ментального воздействия.
— А что за защита?
Кат-гар вскинул бровь, пренебрежительно глядя на меня.
— Можно Олегу такую защиту поставить? Я становлюсь сильнее и боюсь, что могу навредить ему случайно…
— Стремиться защитить близкого человека — это разумно. Принимаю твой запрос. Глава не решает все единолично, он лишь озвучивает решение совета хранителей. Жди.
— Спасибо, — улыбнулась я. — А запрос на посещение континента будет рассмотрен?
— Нет. Мы приняли тебя в Этнагар на обучение. Как перестанешь быть учеником — глава примет твой запрос. Сколько законов ты выучила?
— Двенадцать. А есть закон о запрете носить красное?
— Нет. Что за глупость. Законы созданы для обеспечения безопасности и благополучной жизни общества. Отказ от красных оттенков пришел сам собой со временем. Мы не хотим напоминать жителям о страшных событиях и потерях, которые произошли из-за войны, — с раздражением ответил главный хранитель.
— То есть, если я надену красное, меня не накажут?
Кат-гар резко поднялся и, скривившись, проговорил:
— Следуй за мной.
Хранитель шел размашистыми шагами. Периодически приходилось ускоряться и догонять его перебежками. Мы прошли несколько внутренних строений и в итоге зашли в большое двухэтажное здание. Фасад отличался от всех однотипных строений вокруг. Здание также было построено из белого камня, но все стены были расписаны надписями, узорами и непонятными знаками. Дверь была круглая, из массива дерева с огромной восьмеркой по середине.
— Это обитель знаний. Нам на второй этаж, — сухо проговорил Кат-гар и, кивая всем встречным хранителям, повел меня на второй этаж. Я старалась запомнить все, что вижу. Помещение на первом этаже было большим и напоминало библиотеку. На втором этаже было интереснее. Впервые в Этнагаре я шла по коврам. Здесь было очень тихо. Стены и потолки обшиты тканью. Кругом висели портреты хранителей. Я никого из них не знала. Потом обратила внимание на надписи. Имена я плохо разбирала, но цифры, демонстрирующие годы жизни, были понятны.
— А какой сейчас год? — спросила я, с удивлением осознавая, что не задавалась этим вопросом ранее.
— Четыре тысячи семьсот восемьдесят второй, — на автомате проговорил Кат-гар. — Пойдем, нам нужна галерея разрушителей.
Мы прошли несколько залов и, завернув в отдельную комнату в стороне, оказались в нужном месте. Здесь я сразу нашла два изображения со знакомыми мне разрушителями. Портрет Вар-вара был идентичен портрету в учебнике. А на Эд-вара я невольно засмотрелась: он был изображен молодым и в белом костюме. Год рождения 4687. Рядом с Эд-варом был портрет пожилого хранителя в белом, и я сразу поняла, что это его отец. Они были очень похожи. А Вар-вар наоборот, был как будто бы совершенно из другого теста…
— А мать Эд-вара и Вар-вара еще жива? — спросила я тихо, как будто задавая вопрос самой себе.
— У них разные матери. Но обе прожили свои жизни и умерли естественной смертью на континенте.
Я кивнула, принимая ответ. Было интересно узнать еще что-нибудь об этой семье, но я помнила, что мы пришли сюда из-за красного цвета. Из всех портретов только у Вар-вара была яркая, вызывающая рубашка. Разрушители предпочитали носить закрытые костюмы белых, зеленых и темно-синих цветов. Всего я насчитала двадцать пять портретов и задумалась, а мое изображение будет тут висеть когда-нибудь?