— Что ж, придется смириться, — взвилась. — Я не собираюсь отсылать сына, чтобы угодить ему!
Сол огляделся, наклонился.
— Его родители пострадали от нападения пум, — шепнул одними губами. — Отец выкарабкался, мать умерла от кровопотери. Он ненавидит кошачьих.
Я упрямо мотнула головой.
— Не сравнивай. Лукас обернулся единожды. Я была рядом, и он не тронул меня. Он не опасен.
— Для тебя — возможно, — легко согласился Сол. — Не для других. Будем честны, Адалина: он хочет разлучить вас, чтобы вернуть контроль над ситуацией. Твое появление, ложь, пропажа Лиз, Шуга — всё это здорово его задело. Марк сам не свой.
— Бедняжка. Так тяжело управлять стаей и заниматься личной жизнью. Мои проблемы ничто в сравнении с этим.
Мои слова источали сарказм. Сол укоризненно качнул головой.
— Я предлагал поддержку, — сказал просто. — Ты сама выбрала модель поведения. У Марка есть основания для недоверия.
Да, я не была честна. Заяви я в первую встречу, что воспользовалась лунной лихорадкой в клане Старка и сбежала вместе с приемным сыном от погрызенного трупа мужа, сомневаюсь, что Маркус принял бы нас с распростертыми объятиями. Мы не для того пересекли всю страну с самой северо-западной точки до юго-восточной, чтобы уйти ни с чем. Нужны были деньги на билеты за океан и для обустройства — съем жилья, питание, — хотелось отдохнуть и осмыслить всё. Я и так попала в переплет сразу по возвращении.
Домой.
Сол деликатно оставил тему.
— Переезд — компромиссное решение, — произнес деловито. — Марк поручил мне присмотр за потенциально опасным объектом, ты, надеюсь, вверишь заботу о сыне. Никто не ограничивает вас в общении, да и продлится это всего неделю. В новолуние альфа проверит твои слова, и всё вернется на круги своя. Если, — оговорился он, — ты сказала правду.
— Сказала, — кивнула резко. — Но я не стану добровольно разлучаться с сыном.
Усугублять конфликт, когда у оппонента есть рычаги давления, не лучшая идея, однако я только что обнаружила предел своей гибкости. Не знаю, как повел бы себя Сол во исполнение приказа, если бы не вмешался Лукас.
— Я согласен, — проговорил он твердо. — У вас найдется свободный телевизор?
— С приставкой и коллекцией дисков, — расслабился Картер. — Ко мне часто заглядывают племянники, сможете посоревноваться.
— Не думаю, что они захотят, — усомнился мальчик. — Я готов. Только хожу медленно.
— Я помогу, — вызвался Сол.
Вскинула руку, останавливая их.
— Лукас. — Он нехотя встретился со мной взглядом. — Ты уверен?
Замешкался. На лице отразилась борьба. Несмотря на солидный возраст, большую часть жизни он провел всего с двумя живыми людьми и со скромным количеством онлайн-приятелей. Посещение школы, реальное общение, — Лукасу пришлось вступить в активный процесс социализации. Расставание со мной ничто иное, как еще один шаг, возможно слишком глобальный, выходящий слишком далеко за рамки зоны комфорта.
— Всё нормально, — принял решение. — Ты занята подготовкой, а одному здесь скучновато.
— Ладно, — вздохнула, борясь с головокружением. — Я побуду с тобой до приезда Шуга. Мне ведь придется встречать их с Марком?
— Верно, — кивнул Сол. — Я зайду утром, чтобы утрясти детали. Сразу после сможешь отправиться к сыну.
Он не впервые называл так Лукаса, даже зная правду о нашем родстве, и я была признательно за это. Сол вел себя исключительно корректно, принимал правила игры и проявлял участие. Если Марку принципиально выдворить Лукаса с личной территории, Сол — лучшая кандидатура. Единственный человек, которому мы оба доверяем.
— Береги его, — напутствовала слезливо. Гормоны бунтовали вовсю.
— Я о нем позабочусь, — пообещал Сол. — Сосредоточься на поединке. Чем лучше справишься, тем больше сможешь потребовать.
Цинично, но по существу.
Комната после их ухода опустела. Не радовал ни вид из окон, ни тишина, которой я совсем недавно наслаждалась. Заварила большую кружку чая и уселась на крылечке, внимая непогоде. Ветер гнал грозовые тучи с востока — дождь будет обильный, но непродолжительный. Природа заволновалась: шелестела сдуваемая трава, качались высокие деревья. Небо потемнело, завибрировали стекла. Меня продувало насквозь, чашка остыла, но уходить я не спешила. Вместо боевого настроя внутри царил полный разлад, терзали бессмысленными «если бы» и «почему».
Из отрешенного состояния вывел рывок под мышки.
— Ты что вытворяешь? — встряхнул меня Марк. — Только посмей слить бой из-за болезни!