— Ты от них растолстеешь, Блекджек, — со смешком высказалась Скотч Тейп.
— Я всё ещё ремонтируюсь. Вдобавок они идеально подходят для моего растущего организма. — Сказала я, кусая. Я счастливо жевала какое-то мгновение, затем вздохнула. — Настоящий вопрос, который я хочу задать, это почему он едет с нами? Я не думаю, что радиоуправляемые бомбы остановили бы Деуса от убийства каких-либо пони, если бы он действительно этого хотел.
Рампейдж хихикнула и я взглянула на неё.
— Должна быть причина, помимо теории Рампейдж «Следуй за Блекджек, потому что она побила тебя». Ты знаешь его дольше всех, Рампейдж. Можешь придумать какую-то другую причину?
— Деус точно не самая компанейская военная машина, — отметила Рампейдж. — Ни один пони, кроме Большого Папочки и Брута не сражался с ним копыто к копыту. Даже Психошай никогда не пыталась его одолеть. Горгон был ближайшим другом, что у него был, и он был немым монстропони, — затем молодая кобылка остановилась и нахмурилась.
— Что? — спросила я, проверяя Бдительность на износ. Немногие детали из 12-миллиметровых пистолетов подошли хорошо, и я попыталась, в основном напрасно, отполировать его до первоначального блеска. Штурмовой карабин предназначен для более дальних дистанций. Я сделала всё, но не смогла сохранить дробовик неповрежденным.
— Ну… это глупо, — сказала Рампейдж, покраснев. — Это просто… ну… я думаю, что он боялся меня. Не пойми меня неправильно, я знаю, что я жуткая пони, но вы помните Деуса. Не существует кобылы, которую он не попытается трахнуть, если она косо на него посмотрит.
После того, что Брасс и Хайтауэр сделали с ним, я могла это понять. Простить… нет… но я могла понять.
— Он едва ли сказал мне пару слов за пару лет.
Учитывая то, как Рампейдж напоминала Твист своей шкурой и гривой, не трудно было представить себе, почему.
— Я хотела, чтобы у меня была возможность спросить его, — хмыкнула я раздраженно.
— Есть провода, которые соединяют его с динамиками, но он не разговаривает, — сказал П-21, пожимая плечами, упаковывая свои вещи в сумку.
Меня никогда не переставало удивлять то, как он мог спрятать все гранаты в своей косматой гриве и хвосте. Может быть, это из-за того, что он слез с Мед-Икса, но он выглядел довольно хорошо. С другой стороны, он всегда выглядел хорошо… не как хороший летчик, но все же…
— Может быть, он страдает от тяжелой афазии, — сказала Глори, упаковав последнюю еду и рысцой подбежав к своему боевому седлу, ловко продевая скорострельные энергомагические лучимёты в сбрую. Как только она увидела мое язвительное выражение лица, она пояснила. — Это ухудшение речи в результате повреждения мозга. «Да» и «нет» может быть всем, что он в состоянии выразить.
— Или он отмалчивается, — предположил П-21, вкладывая в патронташ 40-мм гранаты для Аргумента. Он огляделся, выглядя немного взволнованным, и проверил гранатомет в третий раз.
Рампейдж хмыкнула.
— Ой, да ладно. Деус не мог пройти и пяти минут без «пизда».
П-21 холодно на неё посмотрел, и полосатая кобыла моргнула.
— Что?
— Я был бы благодарен, если бы вы не использовали подобную речь рядом с моей дочерью, — сказал он чопорно. Я переглянулась с Глори и с трудом подавила смех.
— О, в самом деле? И что я должна говорить? — спросила Рампейдж с усмешкой. — Сахарница?
— «Влагалище» было бы наиболее точным, — выдвинула идею Глори.
— Ху-хах, — порекомендовала Твистер.
— Вертикальная улыбка? — сказала Сансет с усмешкой.
— Обычно я просто называю это моей турбиной, — сказала Скотч, задумчиво потерев свой подбородок, потом посмотрела на меня, — Потому что она заставляет меня гудеть.
Это казалось вполне разумным для меня, но грива П-21, казалось, звенела подобно натянутым проводам.
— Что? — спросила она, бедный голубой жеребец выглядел настолько взволнованным, что я решила не растрезвонивать своё собственное прозвище.
— Ладно. Хватит разговоров о… это… — проговорил он с нервной улыбкой, вскинув копыта, словно пытаясь отогнать от себя эту тему.