Я должна стать как этот пони в холодильнике. Что, если так и будет?
И я могу стать такой. Всего-то и нужно, продолжать лежать здесь и слушать щёлканье счётчика. Я выжила, когда на меня упала лодка, выжила, когда подо мной обрушилось здание, пережила ядовитый газ, глизь и ХМА. Меня пропитывало розовое облако, мне отрубали ноги, а моё тело мутировало и пережило взрыв грёбаной жар-бомбы. Одна мысль обо всём этом могла бы убить меня. Под запорошенным пеплом забралом я хмыкнула и улыбнулась этим мыслям. Неужели я такая слабая? Неужели я снова сделаю это с собой? Будь непоколебима, убеждала внутри меня стойкая белая единорожка. Будь сильной, соглашалась её оранжевая подруга земнопони.
Медленно, я перевернулась и поднялась на копыта. Лакуна бы этого не хотела. Как и никто из моих друзей, не важно, насколько бы я хотела быть эгоистичной, и сдаться, бросив всё. Будь лучше этого, Блекджек. Шаг за шагом, я побрела, придерживаясь общего направления на восток. В конце концов, я должна найти дорогу или… что-нибудь ещё.
Не знаю, сколько я так брела. За время пути несколько обожжённых радсвинов, странных парящих растений и перепуганных радтараканов совершили самоубийственные попытки напасть на меня. Адских Гончих, отмеченных на Л.У.М.-е красными метками, я старалась избегать. Когда они всё же заметили меня, я побежала. Они потеряли так много своих, что я не могла заставить себя дать им отпор, когда могла просто сбежать. Мой извилистый курс вёл меня в никуда. Всё чаще я стала замечать, что отступаю к Прекрасной Долине.
А Адские Гончие не собирались отступать. Не то, чтобы я винила их. Только не после того, как множество их умерло, уничтоженные аликорнами Богини. На моём визоре появлялось всё больше и больше красных меток и я подозревала, что это не потревоженные блотспрайты. Они двигались вокруг меня, пытаясь окружить и прикончить. Дважды они пытались выпрыгнуть из-под земли и разорвать меня на куски, только чтобы уяснить, что мой меч не только может блокировать их удары, но и проходит прямо сквозь конечность. Спустя две потерянных лапы, они отступили и попытались взорвать меня из своего энергооружия. В воздухе затрещали перегруженные энергией, хаотичные лучи. В конце концов они объединили оба способа и стали серьёзной угрозой. Тогда мне пришлось начать убивать их.
— Пожалуйста. Неужели сегодня было недостаточно боли и страдания? — взмолилась я, отступая к скалистому холму. Адские Гончие стали выскакивать справа и слева, поднимаясь следом за мной. — Я не хочу вас убивать! — крикнула я на них сверху.
Ответом мне был рёв десятка стволов лучевого оружия, заряды которого начали дробить камни вокруг меня. Я нырнула под прикрытие валунов и заставила себя делать то, что должна была. Десятиметровый кусок скалы позади меня должен был прикрыть мне спину. Выскочив из укрытия, я тщательно осмотрелась, скользнула в ЗПС и… крошечная жёлтая пегаска у меня в голове уставилась на меня огромными умоляющими глазами, упрашивая пожалеть бедную несчастную Адскую Гончую. Флаттершай была готова позволить убить меня… я выстрелила ему в конечности и в тело. Пёс взвыл, повалившись на землю, но следом за ним уже подступали другие. Я вздохнула. Прости, Флаттершай, я пыталась. Я вынула и собрала Покаяние, зарядила в неё разрывные патроны пятидесятого калибра и заняла позицию.
Я не была снайпером, но у меня были мои воспоминания и я знала своё оружие. Покаяние работала как машина смерти, каковой и была разработана. Пули прошили бронированную шкуру взбирающихся на холм Адских Гончих и я подумала, что к десяткам зарубок на прикладе придётся добавить новые. Я не пыталась целиться в голову, на таком расстоянии прицел был скорее помехой, чем помощью. Эхо от взрывов пуль с оранжевым ободком разносилось по лесу, осколки и огонь заставили нападающих рассеяться.
— Уходите. Я этого не стою. Это не вернёт их назад! — крикнула я вниз между взрывами, даже не зная, могут ли они меня понимать.
Может мне стоит позволить им убить меня. Дать им хоть немного удовлетв…
— Нет! — крикнула я, когда один из них подобрался слишком близко и его когти царапнули по серому камню. Пуля ударила его в плечо, разрывая конечность в суставе.
— Нет, я не собираюсь сдаваться!