Он показал на стол.
— Всё это — исследовательская работа, которой он занимался, пока писал диссертацию на получение офицерского звания.
Я взглянула на несколько из аккуратно сложенных статьей и вырезок, и выделила несколько известных имен в заголовках и подписях. Лайтнинг Даст. Реинбоу Деш. Соарин. Спитфайр. Паунд Кейк. Борей. Зефир. Тачдаун, Дамбел и Хупс. Мефитис. Имя, прилипчивое как репей, и, пролевитировав одну страницу, я пробежала глазами по его биографии. Тут была описана его благотворительная работа с военнопленными зебрами, обусловленная тем, что в детстве он воспитывался в их землях. Ну, это, по крайней мере, объясняет его имя. В этой статье он казался святым, который предупреждает пегасов о том, что из-за радиации и болезней, в течении многих поколений поверхность будет непригодна для жизни. Но я знала, что он сделал в лагере «Желтая Река». А эта статья описывала это место, как загородный клуб Общества.
Ну, нет времени, чтобы тратить его на давно мертвых пони.
— Ого. Звучит так, будто бы он и Глори хорошо бы поладили в детстве, — саркастично сказала я. — Где он устанавливает ракеты?
Я догадывалась, что ответ был «наверху» и получила подтверждение догадки, когда он указал копытом вверх.
— Он переделал старое оборудование для вооружения и дозаправки Хищников так, что теперь с него можно производить запуск ракет. Это за жилыми помещениями, казармами и производством, — сказал он, пока проводил копытом по своей запутанной гриве. — Я не знаю как он убедил остальных последовать за собой, но теперь, все они киборги, как ты. Врачей забрали в казармы, чтобы они делали преобразование в киберпони, чем они и занимаются последние двадцать четыре часа.
— Киберпони способны сдерживать войска Нейварро какое-то время, но не вечность же. Может ли он начать запуск без энергии из Ядра? — спросила я, кусая губу.
— Нет. Пусковые установки, что он сделал используют слишком много электроэнергии, чтобы их можно было запитать от вспомогательных источников питания башни, — ответил Шикенери, и я облегченно выдохнула, а он тем временем продолжил:
— Он, скорее всего, мог бы запускать их по одной за раз, но для этого им придется всё делать собственными копытами. Да им потребуется вечность, чтобы сделать это.
Наконец-то, хорошая новость. Шторм Чайзер была бы рада, услышь она это.
— Понимаешь, он хочет запустить все ракеты разом, — пробормотал Шикенери, и моё ощущение хорошей новости начало сходить на нет, — А для того, чтобы открыть все двери, и запустить насосы, гидравлику, и всё такое прочее, требуется очень много электроэнергии…
Ощущение того, что с меня слетела подкова становилось уж слишком невыносимым.
— Но без подачи электроэнергии из Ядра, он ни за что не сможет запустить их именно так, как ему хочется, правда? Ведь правда же? — потребовала я, через силу улыбаясь и отчаянно пытаясь силой мысли заставить вселенную сделать, именно так.
— Нет, нет. Никаких шансов вообще, — сказал он и я расслабилась, — Именно поэтому он подключает их к реактору Стойла.
— Стойло? — Я моргнула, чувствуя, что глаз начал подёргиваться, а грива чесаться. — Какое Стойло?
— Добро пожаловать в Стойло Девяносто Шесть, — объявил Шикенери, проводя меня через массивную дверь в знакомые, чистые, узкие коридоры Стойла.
— Текущее население: двести шестнадцать единорогов, девяносто два земных пони, и шестьдесят пегасов. — Все жившие в этом Стойле носили до боли знакомую одежду, тёмно-синие ПипБаки на передних ногах, и сияли чистотой. Эх, если бы у меня было больше времени на то, что бы осмотреть Стойло и поговорить с его обитателями. И если бы не любопытствующие взгляды, которые бросали на меня живущие в Стойле пони, когда моё внимание не было сосредоточенно на них, то всё выглядело бы так, будто они, в свою очередь, полностью меня игнорируют.
Я ожидала увидеть несколько дюжин единорогов, может сотню, живущих в рабских условиях под присмотром пегасов-надсмотрщиков. Но я не ожидала увидеть семьи, стариков и детей, живущих своей обычной жизнью. Хуже того, это стойло удалось. Здесь не было жеребцов, которых держали бы в подсобных помещениях Медицинского отсека в качестве инструментов для размножения. Не было едва работающих систем жизнеобеспечения. Развешанные по стенам плакаты, на которых были изображены единорог со светящимся рогом, распростёрший крылья пегас, и земной пони с гаечным ключом, гласили: «Уважайте разнообразие, генетическое и личностное. Мы сильнее, когда работаем вместе»..