- Ох, ха-ха-ха, львицы падки на кроликов? - Вождь покачала головой и стёрла выступившие из уголков глаз слёзы, когда наконец отсмеялась. - И чем же тебя заинтересовал этот слабосилок? Хотя нет, не отвечай! Ты до сих пор не можешь забыть то, как тебя отчитал маленький чёрный кролик прямо посреди рынка?
Эль быстро кивнула и медленно вернулась на место, залившись густой краской.
- Да... ты после этого взялась за ум и прекратила кичиться своей силой с родословной, начав подобать истинной дочери Десятиликой, - женщина завуалировано указала на себя и количество своих имён, улыбнувшись уголками губ. - Мы всегда уважали тех, кто не боится нас. Тех, кто сможет обуздать нас. Это у нас в крови.
Её дочь была обычной зверолюдкой, не Именитой, как мать, но под чутким руководством своей матери она сможет достичь таких вершин, которые и не снились теперешнему Вождю. Львица искренне верила в это.
- Эм-м... - Эль выдохнула воздух и с надеждой взглянула в глаза матери. - Ну так что, я могу присвоить себе полукровку?
- Боюсь, что ты немного опоздала, львёнок, - твоя добыча скоро станет посмертной добычей волчицы, этого уже нельзя изменить.
- Но почему?! - выкрикнула девочка, выпустив когти от ярости.
- Потому что таков ритуал. Он отсеивает слабых, а твой кролик - самый слабый из всех новеньких. Завтра ночью погибнут двое - Мерлин и Фауст. Или Ной, как тебе будет угодно. Их поглотят их лучшие друзья, такова их судьба и такова воля духов.
Женщина отпила несколько небольших глотков из пиала, печально поглядев на свою заплакавшую глупышку, у которой впервые разбилось сердце. А сколько ещё раз она будет лить из-за этого слёзы? Лучше раньше, чем позже. Только так Эль сможет стать сильной.
- Не плачь, львёнок, такова судьба всех слабых червяков. Даже если этот червяк - обычный сломанный кролик. Он погибнет, его сердце пожрёт волчонок, чтобы стать сильнее, а душу заберут духи. Это хороший конец для столь слабого создания.
- Ты не права, - девочка вытерла слёзы и грозно поглядела в лицо матери, тихо зарычав. - Я слышала разговоры других, они говорили, что он был героем! Герои не умирают!
- Пф, ха-ха-ха! - Вождь фыркнула и засмеялась, разломав в руке пиалу, тут же сгоревшую в адском пламени. - Я лично убила стольких героев, что тебе даже в голову прийти не может! Они все глупые слепцы, верящие в "благое дело"! Я пожрала души сотен и тысяч бросавших мне вызов идиотов, выкрикивающих громкие: "Во имя Добра!", "Во имя Света!" и прочий бред умалишённых игрушек Богов, и знаешь, что?
Женщина резко затихла, указав пальцем на окно:
- Этот точно такой же. Считает, что вокруг него крутится мир, думает, что стоит выше остальных. Тебе интересно, почему он тренируется каждый день на арене? Потому что он лишился своих сил и хочет как можно быстрее восстановить их, чтобы снова отправиться спасать мир ради очередного благого фарса. Но вот незадача - ничего он уже не поделает! Я не удивлюсь, если он уже труп, распластавшийся у ног этой Хлои - его так называемой "лучшей подруги".
- Ты не права, - тихо ответила Эль, потупив взгляд в пол. - Я наблюдала за ним, чёрному кролику было весело сражаться на арене. И даже проигрывать ему было весело. Он смеялся, когда валялся переломанный в песке, но он никогда не сдавался...
- Потому что он больной, как и все остальные тупые герои. Они красивы только в книгах и героическом эпосе, реальная жизнь намного суровей и жестче. Он просто не выдержал и сломался, - светловолосая женщина легко парировала слова своей дочери, поглядев на выпущенные когти, засиявшие алым светом. - Герои имеют прекрасное свойство - они все погибают в муках, прося пощадить перед смертью. Интересно, будет ли этот паренёк умолять свою подругу пощадить его? Не сомневаюсь, что будет. Хотела бы я увидеть его лицо, когда он поймёт, что это конец его приключений, ха-ха-ха!
- А если он выживет?
Женщина прекратила смеяться и хмуро поглядела на свою дочь. Её веселье начинало медленно переходить в фазу раздражения.
- Он не выживет.
- Ну, а если выживет? - повторила девочка, хрустнув кулаками. - Тебе не известна воля духов!
- Воля духов это, воля духов сё... - тихо прошептала львица на языке иного мира. Её левый глаз нервно дёрнулся, но вот женщина продолжила на "общем": - Если чёрный кролик выживет, то я лично извинюсь перед ним. Не смотри на меня так, я наговаривала на него за его спиной. Если бы я услышала подобное от кого-то из селения, то убила бы его на месте. Ну, а у Вождя есть свои привилегии, ха-ха-ха!
- И ты разрешишь мне забрать его себе?
- И я разрешу тебе забрать его себе, - устало повторила женщина, махнув на свою дочь рукой и с заметной скукой прикрыв глаза. - Довольна?
- Да! Спасибо, мам, ты лучшая!
Девочка подскочила к своей маме и порывисто обняла её, заставив львицу неодобрительно забурчать и улыбнуться.
Её всегда дивила наивность своего львёнка. Она отметила, что теперь придётся лично успокаивать этого ребёнка, так как после подобного договора обида от потери добычи будет в два раза сильнее. Вождь судила по себе.
- А теперь иди. Дай мне в сумрачной тишине послушать пение вечерних духов.
-= Ночь следующего дня. Ной. =-
- Хлоя, я умоляю тебя! Прек-ра-ти! - мои руки дрожали от злости.
- Не! - тут же ответила девочка, продолжая громогласно плямкать.
До сего момента я сидел в пещере и хмурился, доделывая тетиву для лука. Делал я её из сухожилий медведя, которому эта пещера изначально принадлежала, но злой волк по имени Хлоя решила иначе.
В принципе, я бы и сам мог с ним справиться, да даже голыми руками, но Хлоя просто превратила его в фарш - я даже ничего не успел ей сказать. Бедного пещерного мишку убили меньше, чем за минуту.
Волчица вырезала когтями жирный шмат мяса из туши мёртвого зверя и сейчас ела его. Ага, сырым - вкусовые рецепторы зверолюдей тоже отличаются от человеческих. Сказала, что по вкусу не отличается от курицы, только намного жёстче, но так даже "вкуснее". На моё разумное замечание о том, что в мясе могут быть глисты или какая-то болячка, меня завуалированно послали и приказали не портить аппетит. Что ж, моё дело предупредить, а раз отказалась, значит, лучше знает, что ей нужно.
Вот я и сидел перед подрагивающим пламенем костра, и плёл из сухожилий зверя тетиву. Уже второй час плёл - жутко неблагодарная работа, а ещё грязная, но другого выхода нет. В ином случае мне придётся лазить по ночному лесу в поисках пенька или подходящих для тетивы растений, вот я и использую тушу медведя.
День уже подошел к концу, а монстров мы так и не встретили, хоть и искали. Моя напарница зажглась идеей первыми принести сердца, но проблемка в том, что монстры, как назло не попадались нам на пути! Мы могли бы отправиться на охоту ночью, так как большая часть тварей выходит на охоту именно в это время, но тут уже проблемы со мной - я не вижу в темноте, в отличии от Хлои. Звериные глаза мне не достались, зато они чёрные и бездонные, как постоянно повторяет Райя. Почему-то она гордится тем, что мои глаза достались мне от отца-архтерригена.