— Запроси компьютер, детка, — повернулся Алекс к девушке-технику.
Наоми покачала головой.
— Мне это ни к чему. Пушкан — лучший университет нашего созвездия. Именно сюда все важные шишки Алтая отсылают учиться своих сыновей, дочерей, птенцов и детенышей.
— Богатые детишки, — простонал Стэн. — Вдвойне замечательно. — Потом он пожал плечами. — Ну, ладно. Не наша проблема. Полицейские разберутся.
— О-хо-хо, — протянул Алекс.
— И что должно означать твое «о-хо-хо»? — неохотно поинтересовался Стэн.
— Тебе стоило только пожелать… — ответил Алекс. — Смотри, маленькие свинки выходят на сцену. Изящными колоннами.
Стэн увидел фалангу полицейских, направляющихся строевым шагом в сторону главных ворот. В полной экипировке: шлемы, щиты, электрические дубинки и — он заметил небольшой грузовик — слезоточивый газ.
— Проклятье!
— А вот и зрители, — прокомментировал Килгур, показывая на толпу, собравшуюся неподалеку от главных ворот.
Одни кричали на полицейских. Другие на студентов. А третьи друг на друга. Наблюдатели явно разделились по этнической принадлежности.
— Черт с ними, — заявил Стэн. — Проблема местного значения. Мы не вмешиваемся.
В этот момент зажегся сигнал вызова. Техники начали настраивать аппаратуру.
— …Имперское посольство. Да, мы слышали о волнениях в университете. Нет, у посла нет никаких комментариев… Имперское посольство… Беспорядки в Пушкане? Да, сэр. Нет, сэр… Имперское посольство…
Стэн с отвращением взял свои записки и направился к выходу.
— Позовете меня, только если ситуация резко ухудшится, — бросил он через плечо. — Знаете что… вообще не зовите.
— Мне кажется, тебе стоит поговорить с этим типом, приятель, — сказал Алекс. И показал на монитор с крупным планом молодого надутого джохианца.
Красивый мальчик с немного пухлыми щеками. Стэн заметил, что он держит в руках переговорное устройство для прямой связи с посольством.
— Думаю, это их вожак, — продолжал Алекс. — Говорит, что его зовут Милхуз.
Наоми присвистнула.
— Его родители члены правления Банка Джохи, — сообщила она.
Только сейчас Стэн сообразил, что представляет из себя Пушкан. В некоторых кругах разбитый там нос будет рассматриваться как самое настоящее убийство.
— Да, сэр Милхуз, — нежно проговорил Стэн в микрофон. — Это посол Стэн. Могу вам чем-нибудь помочь?
Слушая взволнованный голос молодого человека и глядя на его возбужденное лицо, Стэн понял, что ему придется нарушить главное правило, которое он установил для себя касательно первой фазы операции. Правило гласило: не покидать посольство. Они должны сами приходить к тебе.
— Мы прибудем через несколько минут, молодой человек, — сказал он и отключил связь.
Отвернувшись от панели с экранами, Стэн заметил, что в комнату вошла Синд, а по выражению ее лица понял, что ей известно о событиях в университете.
На одном из экранов как раз в этот момент появилась группа студентов — они начали бросать в полицейских самыми разнообразными предметами. Надо сказать, фантазия работала у них превосходно.
— Это может быть искрой, из которой разгорится большой пожар, — произнес Стэн. — Сделаем так: мне нужен десяток гурков и, может быть, пятьдесят бхоров. Но при этом мы должны вести себя скромно — никакой формы, оружие спрятано. Мы же не хотим, чтобы к нам отнеслись как к штурмовикам.
— Приказ, который бхорам будет выполнить не так-то просто, — прокомментировала Синд. — Особенно Ото.
— Если все получится, как задумано, их так заинтересуют Ото и остальные, что возмутители спокойствия забудут о драках. Алекс?
— Я готов, — ответил Килгур.
— Отлично, мальчики и девочки, — сказал Стэн. — Возвращаемся в школу.
Глава 11
День был солнечным и очень холодным. Полномочный посол и его отряд шагали по площади Хакана. Стэн с изумлением глазел на огромные памятники, возвышающиеся над площадью. Все чувствовали себя насекомыми, попавшими в страну великанов.
— Невольно мерещится, что какой-нибудь из них на меня вот-вот наступит, — произнесла вслух Синд то, о чем подумал сам Стэн.
— Клянусь длинной и клочковатой бородой моей матери, — проворчал Ото. — У этого типа было такое эго, что его хватило бы на целый полк бхоров.
Ото поднял волосатую лапу, чтобы прикрыть глаза от ослепительного блеска золотых куполов, и задумался об особенно кошмарном проявлении дурного вкуса Хакана: на плечах дюжины статуй была установлена платформа. Статуи — не меньше двадцати метров высотой — изображали прекрасно сложенных мужчин и женщин, по всей вероятности джохианцев. Они были совершенно обнаженными. А на платформе возвышалась идеализированная статуя Хакана в золотом одеянии. В руке он держал факел с вечным огнем.