— А я не думаю, что там будут только хорошие новости, — ответила Ранетт. — Иначе я бы и не взялась за это.
— Да ну, сплошное дерьмо, Ранетт. Все, что происходит на Алтае, — хорошая новость. Они так долго бедствовали, что любые перемены только к лучшему. Нет, сейчас тебе нужно найти какую-нибудь подходящую маленькую войну. И чтобы побольше крови.
— Если я отправлюсь на Алтай, — заявила Ранетт, — то найду там моря крови.
— У тебя есть какие-нибудь факты или только репортерский инстинкт?
Ранетт молча посмотрела на своего издателя. Потом пожала плечами, словно хотела сказать: у меня есть только инстинкт, но разве этого мало? Издатель посмотрел на нее. Его молчание тоже было весьма красноречивым. Так они всегда сражались друг с другом. Потом он поднял бровь, словно спрашивая: ты на самом деле уверена? Ранетт снова пожала плечами.
Издатель вздохнул.
— Что ж, черт возьми, твоя взяла. Давай, мотай на свой Алтай.
Ранетт решила особенно не афишировать свое присутствие. Она заказала билет на грузовой корабль, отправляющийся в интересующее ее созвездие. О предстоящем путешествии знали только издатель, клерк, который выдавал ей деньги на расходы, и капитан грузового звездолета, надежный старый пьяница.
Ранетт принадлежала к той редкой категории людей, которые всегда оказываются в нужном месте в нужное время.
«Мне просто повезло, что я там оказалась», — часто говорила она своим коллегам в баре клуба.
Ей никогда никто не верил. Считалось, что своим успехом она обязана «вранью, взяткам и хорошеньким ножкам». Однако Ранетт никогда не лгала, она скорее отказалась бы от хорошего репортажа, чем стала бы расцвечивать его ложью. Да и внешне она была самой непримечательной молодой женщиной.
Когда их корабль находился в двух днях пути от созвездия Алтай, Ранетт снова улыбнулась удача. Пришло известие о трагедии на Рурике. Слушая противоречивые сообщения по корабельному коммуникатору, Ранетт только посмеивалась. Она, несомненно, будет единственным репортером большого калибра, вовремя поспевшим на место происшествия.
Ранетт заперлась в своей каюте, чтобы с удвоенной энергией приняться за изучение грязной истории маленького созвездия.
За восемнадцать часов до прибытия на Джохи капитан протрезвел и постучался в дверь каюты Ранетт.
— У меня для вас плохая новость, леди, — смущенно проговорил он, когда журналистка впустила его. — Мы возвращаемся.
Ранетт посмотрела на него своим знаменитым взглядом — в такой ситуации и у куда более стойких людей начинали дрожать колени.
— Объяснитесь, пожалуйста.
Капитан покачал головой.
— Не могу. Мой босс ничего не сказал. Просто велел не доставлять груз на Джохи, и все. И немедленно возвращаться в Соуард.
— Что ж, черт с ним, с грузом, — проворчала Ранетт. — Вы все равно высадите меня на Джохи.
— Это невозможно. Извините.
— Я заплачу еще. Вдвойне. Проклятье! Я зафрахтую весь твой дурацкий корабль!
Капитан вздохнул. Его душа коммерсанта истекала кровью.
— Я получил категорический приказ ни при каких обстоятельствах не садиться на Джохи.
Ранетт вскочила на ноги.
— Твой босс заключил контракт с моей компанией! И вы должны выполнить его, до конца!
Она приперла капитана к стенке.
— Немедленно соедини меня с твоим паршивым боссом. Слышишь?
Капитан слышал.
Она начала с босса и довольно быстро добралась до президента компании, растерев по дороге в порошок нескольких исполнительных директоров.
Ничего не получилось.
Когда грузовой корабль развернулся и отправился в обратный путь, Ранетт удалось узнать две вещи: компания по перевозке грузов была расстроена не меньше, чем сама Ранетт, — на корабле находился довольно дорогой груз; приказ исходил извне.
Значит, в дело вмешались политики.
Значит, они не хотят, чтобы она оказалась там.
Какая-то очень важная персона не желает, чтобы Ранетт попала на Джохи.
И она ничего не может с этим поделать.
Ее издатель был ужасно сердит.
— Никто, конечно, в этом не признается, но мне очевидно, что без вмешательства императора здесь не обошлось, — возмущался он. — Я использовал все свои связи — ниточка тянется в Арундель. Все насмерть перепуганы.
— Как они могли узнать, что я направилась на Джохи? — спросила Ранетт.
— Шпионы, «жучки». Как еще? Сейчас я приказал, чтобы наши силы безопасности прочесали мой офис.
— А что делают конкуренты? — поинтересовалась Ранетт.