На командном мостике было почти тихо — вероятно, ни один из них не верил в то, что на сей раз им удастся спастись.
— Спорт, — пробормотал Килгур, поймав очередную передачу. — Не понимаю, какой интерес бессмысленно таскать надутую кожаную сумку от одной меловой линии к другой. Напоминает, — продолжал он, обращаясь к Фрестону, сидевшему рядом у консоли радиосвязи, — о том времени, когда меня заставили играть в одну кретинскую игру — джентльмены называют ее крокет. Сначала я думал, что они окончательно спятили…
Тут его челюсти с треском захлопнулись.
Никто потом не мог вспомнить точно, что говорил диктор в этой прямой передаче. Но смысл был абсолютно ясен:
«Позор… бывший герой Таанской войны… маршал… генерал-губернатор… высшая мера наказания… Ян Махони… Имя должно быть вычеркнуто из всех хроник и стерто с монументов… предательство…»
Стэн вскочил на ноги. Его лицо стало совершенно белым.
— Ну, уж это слишком, — прошептал он.
Килгур собрался было что-то сказать, но только покачал головой. Язык не слушался. Офицер, несущий дежурство, что-то прорычал у него за спиной.
— Следите за экранами, мистер. Какое сейчас передавали сообщение?
— Э-э-э… виноват… оно закодировано.
— Я и сам это вижу, — проворчал офицер связи. — Кому оно предназначено? И от кого?
— Сэр… я полагаю… Прайм. И… оно предназначено для «Калигулы»… Так я думаю.
— Думать не надо, мистер! Ну!
— Сэр… у нас нет соответствующего кода. Он отсутствует в перечне.
Стэн заставил себя на время забыть о смерти Махони.
— Что это за передача?
— Не знаю, сэр. С Прайма на «Калигулу», сэр.
— Это я уже слышал. Свяжите меня с Масоном.
— Есть, сэр… «Калигула», это «Победа»…
— «Калигула» на связи.
— Это «Победа». Какое сообщение вы получили?
— Подождите, сигнал расшифровывается…
— Какого лешего, — удивленно присвистнул Килгур, в душу которого начали закрадываться подозрения, — как это может быть, что у них код есть, а у нас его нет?
— Сэр! «Калигула» прервал связь.
— Восстановите.
— «Калигула», это «Победа»… «Калигула», это «Победа». Вы получили сообщение?.. Сэр, «Калигула» ведет передачу.
— Ну?
— Они обращаются не к нам, а к своим кораблям прикрытия. Сообщение закодировано. Я не успел записать его.
Стэн пытался понять, что же все-таки происходит, а потом бросил взгляд на основной экран.
«Калигула» вышел из общего строя, и вместе с ним еще четыре истребителя, которые обычно прикрывали линейный корабль.
— Сообщите, куда направляется «Калигула».
— Подождите минутку, сэр… похоже, это обратный курс. Прямо — насколько я понимаю — назад на Джохи!
Послышались удивленные возгласы.
— Ну-ка тихо на мостике!
Стэн заставил себя сосредоточиться. Что, черт подери, происходит? Тут только он заметил, что говорит вслух.
— Сэр? — К нему обратился Фрестон. — Мне кажется, я знаю.
— Наконец-то луч света. Говорите!
— Э-э… сэр, прежде чем меня перевели под ваше начало, я исполнял обязанности офицера связи на «Черчилле». Когда капитан принял командование, ему выдали личный код. В сейфе корабля содержится копия этого шифра — на случай, если командный мостик будет выведен из строя.
— Понятно. Но почему, черт возьми, «Калигула» — или Масон — получил код, которого нет у нас? Ведь «Победа» — флагманский корабль.
— Так точно, сэр. Но… именно на «Калигуле» установлено устройство для уничтожения планет.
Конечно. Империя не любила признаваться в том, что обладает оружием, способным уничтожить целые планеты. Однако такое оружие у нее было. Оно никогда не использовалось — даже в разгар Таанской войны, в самые трудные для империи времена.
Для императора это практически не было связано с моралью. Он часто говорил, что геноцид не самая лучшая политика. Так император считал раньше. «Очевидно, — мрачно подумал Стэн, — вечный император изменил свою точку зрения».
Вероятно, моральные соображения теперь им вовсе не принимались в расчет. Однако Стэн относился к этому вопросу иначе.
— «Калигула» вышел на связь? — спросил Стэн.
— Нет.
— Командор, у вас есть наготове тактический корабль?
— Конечно.
— Мне нужен только один корабль. С лучшим пилотом «Победы». Снабженный «Кали». Он должен стартовать, как только я спущусь в ангар.
Килгур вскочил на ноги и устремился к двери.
— Алекс! Я хочу, чтобы ты остался здесь, на мостике. Я буду находиться на тактическом корабле и должен иметь постоянную связь с «Победой».